Повелитель Грёз
Шрифт:
– И убил своими мертвецами стражника.
– Ураш остановился и резко повернулся к Элдену.
– Но я могу простить твою дерзость.
– Это как?
Свет из окна падал на шрам, показывая все тонкости бугристой плоти. Словно горы Салира начертали на щеке.
– Я могу рассказать Дарагану, и тогда тебя четвертуют сегодня же. А могу немножко обмануть нашего с тобой повелителя, и вот тогда твое положение даже улучшится.
– Что ты имеешь в виду?
– Я восхищен твоими трупами. И хочу, чтобы ты и для меня их поднимал. Понимаешь, сейчас я почти ничего с них не получаю, все уходит Дарагану. А я хочу и себе небольшой динар.
– И ты будешь все хранить
– Получается, воровать у своего властелина? Он тебя голышом повесит на башне за это.
– Не повесит. Даже если узнает. Ты же сам понимаешь, что он хранит тебе жизнь не из-за трупов. Не из-за этих жалких для него динар. Ты просто для него новая игрушка. Смешной такой жрец. Умеет вот оживлять мертвяков, такие раз в двадцать лет появляются, зачем сразу убивать такого, когда можно немножко позабавиться. А динары эти ему не так и нужны. Так что он не сильно будет против, если я и для себя трупиков попрошу, а ему с них ничего давать не буду и вообще о них не расскажу.
– И сколько ты хочешь?
– Сейчас ты поднимаешь шесть-восемь в день. Знаю, Дараган тоже скоро хочет попросить больше. Значит, где-то двадцать для него. Ну и тогда тридцать в день для меня.
– Тридцать?! И все вместе пятьдесят в день?! Да я помру лета через три! Если не сойду с ума раньше.
– Мне то что, - криво ухмыльнулся Ураш. Он стоял вполоборота и глядел исподлобья.
– Если откажешься, сдохнешь сегодня.
Элден в отчаянии взмахнул руками.
– Но я обещаю, твое положение улучшиться. Я на тебя рассчитываю не как на слугу, но как на союзника. Ордену нужны друзья. Тем более, с могущественными, если правильно использовать, способностями. Кед-Феррешем тебе не чужие, мы же тоже нечистые. И до Первого Раскола шли вместе.
– Я первый жрец в своем роду. Так что мои предки никогда не шли вместе с твоими. Фраты были писарями, хранителями свитков и советниками.
– Но ты все равно нечистый, как и мы.
– Но я не раскольник.
– Не важно. Главное, что положение всех нечистых одинаковое. Мы вынуждены пресмыкаться перед господами и благодатными. Я хранитель ордена, но я не сильно богаче послушника. У меня даже дома нет, живу вот в казенной башне. Мне динары за трупов важнее, чем Дарагану.
– Мне нечем тебе возразить. Я вынужден повиноваться.
– Повторю еще раз: ты Кед-Феррешем друг, а не слуга.
– Только я не смогу поднимать пятьдесят в день в своей каморке. Там слишком мало места. На стол и шестеро еле влезают.
– Конечно. Я же говорил, что твое положение улучшиться. Новые покои уже ждут тебя. Там есть опочивальня и э-э... мастерская. С шестью большими столами.
– И как ты объяснишь Дарагану?
– Сколько раз он приходил в твою каморку?
– Ни разу.
– А знаешь, когда он вообще последний раз был в дальних коридорах первого этажа? Три лета назад, когда сдавал своих дочерей послушницами в храм. Младшая очень туда не хотела и спряталась в какой-то каморке. Вот он и пошел ее пороть. Так что без большого повода он туда не попрется.
– Без должного уважения ты относишься к благоверному князю, - фыркнул Элден.
– Почему же, с уважением. Просто не валяюсь в его ногах.
– Меня проводят в новые покои?
– Разумеется. Я бы тебе туда и личную рабыню выделил, но, сам понимаешь, лишние глаза и уши ни к чему. Хотя могу дать Кед-Феррешем. Даже несколько.
Элден еще раз глянул на кровавую медузу.
– Пожалуй, не стоит. Если я захочу покорное безмолвное существо, призову в помощники мертвяка.
– И то правда. Видишь, как мы все-таки похожи.
–
– И мы - союзники. Я ведь даже девчонку пытался спасти, послал за ней Кед-Феррешем. Выследить не составило труда, глупышка бежала прямо по набережной, как на ладони. Но вот незадача - Кед-Феррешем не был вооружен, и приказали ему доставить девчонку бережно. Он и собирался ее аккуратно взять, а она ему, представляешь, арбалетным болтом в глаз. Хлопнула беднягу. Сначала я не поверил, но потом нашли на древке лоскут ее рубашки. И кровь еще, поранилась бедная.
– И где это случилось?
– насторожился Элден.
– Ай, в доме кузнеца одного, Брунхом звали. Повесили его третьего дня за связь с мятежниками. Ты ей сказал туда идти?
Элден сглотнул.
– Да можешь не отвечать, и так понятно. Теперь вот не знаю, куда дальше она побежала на свою беду. Вряд ли выживет здесь. Хорошо, если мучить будут не долго.
– Ураш принялся снова ковыряться в углях.
– Если ты не расскажешь обо мне, кого же тогда обвинят в побеге?
– Есть у меня на примете один писарь. Взяточник, казнокрад и еще кое в чем я его подозреваю. В общем, не жалко.
– И тебе поверят?
– усомнился Элден.
– Не переживай, я знаю подход к властелину. Ты мне нужен, я уж постараюсь.
Ураш поставил кочергу и повернулся к Элдену.
– Да, жрец, чуть не забыл. В первый день поднимешь на пятнадцать трупов сверх уговора. Ты мне должен возместить за убитого Кед-Феррешем. Знаешь, почем нынче сумрачная сталь? А его хлопнула твоя девчонка.
– Не моя, а Карьмина.
– И твоя тоже. Теперь у нее два отца.
Спустя месяц после оживления Подлизы в городе появляется странный человек. Он повсюду сопровождает маленького Элдена, близко не подходит, но и не прячется. У человека темные курчавые волосы, мясистые губы обрамлены усами и бородой цвета грязного снега. Его фигуру скрывает балахон, от легкого дуновения шелестит так, что слышно c конца улицы. Элден идет на озеро - незнакомец за ним, в лавку Ролима - выслеживает из-за дерева, в гости к Шраю - дотемна ждет в корчме напротив. Элден знает, что иногда чужие люди уводят мальчиков с собой, и те уже никогда не возвращаются. Ему страшно, и он все рассказывает Шраю. Они решают взять топоры и напугать преследователя.
Однако вечером того дня Элден застает странного человека на кухне с матерью. Ее лицо серьезно, Элден никогда не видел ее такой. Она поворачивается к нему, озабоченная, а в глазах печаль.
– Я ничего такого не делал, ма.
– Элдену кажется, что он все понял.
– Я не хотел оживлять Подлизу, все случайно вышло!
Мясистые губы гостя улыбаются. Мягкий свет крохотной люстры над столом придает чертам лица мягкость. Неожиданно Элден больше не чувствует угрозы, только нужно доказать, что он ни в чем не виноват.
– Такие вещи случайно не происходят.
– Гость не перестает улыбаться.
– Мы читали поминальную молитву. Если этого не сделать, душа зверя не попадет в Сады Наслаждения. А мы все очень любили Подлизу! Он заслужил Сады!
– Сколько лет не проходит, а мальчишки все те же, - качает головой гость.
– Когда мне было девять, как тебе сейчас, мы тоже читали поминальные молитвы по нашим собакам, коням и осликам. Ну, как же они могут остаться без Садов Наслаждения, без этих кущ услады.