Притворись
Шрифт:
– Какого черта, Макс?
– закричал Мейс.
Я стояла, моргая и широко раскрыв рот. Я знала, что мне должно быть жаль, но я не чувствовала этого. Я дышала и контролировала себя, и только это имело значение. Мейс встал и отряхнул брюки. Его губы были сжаты в тонкую линию, а гневный взор устремлен на меня.
– Ну?
– прокричал он, и я постаралась побороть в себе дрожь.
Я не могла говорить об этом, не могла объяснить, почему. Черт, если бы он знал меня хотя бы наполовину так же хорошо, как знал Спенс, то понял
– Ты не можешь прийти, мои родители все еще в городе, - произнесла я.
Но я не сказала ему, что формально они остановились в гостинице. На этот вечер мне нужна была свобода.
– И поэтому ты меня толкаешь, черт возьми? Что с тобой сегодня происходит?
То же самое, что и каждый день. Пение просто раскрывает меня, а я не могу скрыть это.
– Мейс, прости.
– Прости, что повела себя как психопатка, вместо того, чтобы просто сказать.
– Я просто… Мне нужно несколько минут для себя. Ты не возражаешь?
Сбитый с толку, он покачал головой и сказал:
– Конечно, да хоть целый чертов день. Я пас.
– Мейс, я…
Дверь в туалет захлопнулась, и звук эхом отскочил от кафельных стен. Я закрыла глаза и постаралась закрыться самой. Я должна быть расстроенной, но, в основном, чувствовала облегчение. Я позвоню ему позже и извинюсь. У нас все наладится.
И продиктую ему наш сет-лист для концерта, так как, похоже, составлять его нам придется без него. Я плеснула в лицо немного воды и прижала ладони к глазам так сильно, что передо мной все почернело.
А потом я вернулась назад.
Спенсер уже собрал наши вещи и убрал их в кладовую, которую Сэм позволил нам использовать. Мне не нужно было ничего говорить. Возможно, Спенсер все и так слышал. Здесь хорошая слышимость, именно поэтому я попросила у Сэма разрешения репетировать по утрам до открытия бара. Отличная акустика. Хороша для музыки, но не так хороша для ссор.
– Ты в порядке?
– спросил Спенсер.
– А ты как думаешь?
– сказала я, закатив глаза.
– Думаю, ты в порядке.
– И будешь прав.
Парни такие парни. У меня хватало и других проблем, чтобы еще расстраиваться каждый раз, когда Мейс выходит из себя.
– Потому что у тебя стальные яйца, - сказал Спенсер.
Я ненавидела, когда люди так говорили, будто подразумевая, что сила и быть мужчиной - синонимы. Сила заключалась в том, чтобы быть женщиной.
– Спенс, у меня нет яиц. И это тоже хорошо, потому что в том белье, что я ношу, они выглядели бы ужасно.
Спенсер поправил галстук, глупо улыбнулся и сказал:
– Белье, значит? Бедный Мейс очень пожалеет, что убежал.
Он подошел ближе и положил руки мне на бедра. Он не приставал ко мне, тем более с таким идиотским выражением лица. Мы прошли через это. Должно быть, Спенс - единственный парень, с которым я спала и при этом
Я выскользнула из его рук.
– Сегодня он ничего не получит, как и ты.
Он прижал ладонь к своему сердцу и с болью посмотрел на меня.
– Ты жестока. Влагалище из стали.
Я так сильно засмеялась, что мне пришлось опереться на стол рядом со мной.
– Это еще хуже. Давай просто скажем, что мои интимные места сделаны из обычных интимных частей. Поэтому давай вообще больше не будем говорить о моих частях тела. Ладно, Спенс?
Он ухмыльнулся.
– Хорошо, но я не могу этого обещать, если буду пьян.
Я вздохнула и начала собирать свои вещи.
– Договорились. Ты придешь сегодня вечером?
– Думаю, да. У меня есть новая песня, над которой я работаю. Так что я могу захватить с собой еды, прийти сюда и поработать над ней. Может, сыграю тебе во время твоего перерыва.
– Звучит круто.
– Хочешь послушать, что у меня пока есть? Она еще на стадии разработки, но все же. “Твой парень придурок, болван, выбирай. Но ты можешь взять его барабанную палочку и…”.
– Принято, Спенс.
Он одел на голову фетровую шляпу.
– Я поверю, когда ты что-нибудь с ней сделаешь. Увидимся вечером.
– Я займу тебе твой обычный столик, - сказала я, но он уже вышел за дверь.
Я воспользовалась запасным ключом, который дал мне Сэм, чтобы запереть дверь, и выбросила Мейса из головы. У меня было достаточно времени, чтобы перекусить и поспать прежде, чем вернуться вечером на работу. Я натянула на голову капюшон, который помог мне укрыть от ветра лицо и уши, и направилась в сторону своей квартиры, тихо напевая одну из песен “Смитс” из нашего репертуара.
Где-то есть лучший мир.
По крайней мере, должен быть…
7
Кейд
Квартира Майло была типичной холостяцкой берлогой, в комплекте с разбросанной по всем столам едой на вынос двухнедельной давности. Он отодвинул рукой пустую коробочку из китайского ресторана и сказал:
– Ты перемудрил, эрмано. Поэтому я помогу тебе.
Майло открыл холодильник и стукнул о поверхность стола, который он только что “очистил”, бутылкой текилы.
Я уже начал представлять себе более ясную картину того, как пройдет этот вечер.
– Ты поможешь мне совсем перестать думать?
Он отвинтил крышку и произнес:
– В точку.
Я взял бутылку, и стекло обожгло холодом кончики моих пальцев.
– Ты бы мог, по крайней мере, купить нормальную текилу. Что это вообще такое? Тут на бутылке как-то долбанный пони.
Он выхватил у меня из руки бутылку и ответил:
– Я куплю более дорогую текилу, когда ты уже оправишься от этой девчонки Блисс.