Пыль

Хауи Хью

Она листала записи брата, и у нее начала неметь шея из-за того, что она прижимала шеей фонарик. Температура в ящике росла, и Шарлотта стала потеть. Она не могла уснуть. Здесь все было совершенно не так, как в той капсуле, куда ее уложили спать. И чем больше она читала, тем больше понимала, почему брат постоянно расхаживал, не в силах усидеть на месте, почему хотел что-то сделать, покончить с системой, внутри которой они оказались заперты, как в ловушке.

Осторожно расходуя воду и еду, делая крохотные глоточки и откусывая по чуть-чуть, она провела в убежище, как ей показалось, несколько дней, но это могли быть и часы. Когда

ей снова понадобилось в туалет, она решила прокрасться до конца коридора и снова попробовать включить рацию. Сильное желание облегчиться могло сравниться лишь с потребностью узнать, что происходит. Там были выжившие. Люди из Восемнадцатого смогли перебраться через холмы и проникнуть в другое укрытие. Выжила лишь горстка — но как долго они смогут протянуть?

Она слила воду и прислушалась к журчанию в трубах над головой. Рискнув, она прокралась в комнату управления дронами. Оставив свет в коридоре выключенным, она сняла с рации защитный пластик. На канале Восемнадцатого укрытия слышалось лишь шипение статики. И на канале Семнадцатого тоже. Она прошлась по десятку других каналов, пока не услышала голоса и не убедилась, что рация работает. Вернувшись на Семнадцатое, она стала ждать. Шарлотта знала, что может ждать вечно. Ждать, пока не вернутся охотники и не найдут ее. Часы на стене показывали чуть более трех часов. Середина ночи. Она решила, что это хорошо. Значит, прямо сейчас ее могут и не искать. Но тогда никто не станет и слушать эфир. Тем не менее она нажала кнопку микрофона.

— Алло. Меня кто-нибудь слышит?

Она едва не назвалась и не сообщила, откуда говорит, но тут сообразила, что люди из ее укрытия могут тоже прослушивать эфир и мониторить все станции. А если так, то что? Они не смогут узнать, откуда она передает. Если только не отследят ее через ретрансляторы. Возможно, такое им по силам. Но разве то укрытие не вычеркнут из их списка? Какой им смысл слушать его? Шарлотта отодвинула инструменты и посмотрела на листок бумаги, который ей принес Дональд, — список укрытий с их оценкой. В конце списка перечислялись все уничтоженные укрытия...

— Кто это? — ответил ей мужской голос.

Шарлотта схватила микрофон, гадая: а вдруг кто-то из ее укрытия передает на этой частоте?

— Я... Кто вы? — спросила она, не зная, как ответить.

— Вы внизу, в механическом? Знаете, который час? Середина ночи.

Внизу, в механическом. Это была структура другого укрытия, не того, где сейчас Шарлотта. Она предположила, что это один из выживших. И еще предположила, что их могут подслушивать, поэтому решила подстраховаться.

— Да, я в механическом. Что сейчас делается... у вас, наверху?

— Я пытаюсь заснуть, вот что делается. Но Корт велела нам держать эту штуковину включенной — на случай, если она нас вызовет. Мы тут восстанавливаем подачу воды. Люди разбирают себе участки на фермах, размечают грядки. А с кем я говорю?

Шарлотта кашлянула.

— Я ищу... Надеялась поговорить с вашим мэром. С Джульеттой.

— Ее здесь нет. Я думал, она внизу с вами. Попробуйте еще разок утром, если ваше дело может подождать. И скажите Корт, что нам здесь не помешает еще несколько человек в помощь. И толковый фермер, если такой найдется. И еще носильщик.

— Э-э... хорошо. — Шарлотта взглянула на часы, оценивая, сколько ей придется ждать. — Спасибо. Попробую еще разок с вами связаться.

Ответа не

последовало, и Шарлотта задумалась над тем, почему ей вообще настолько сильно хочется с ними связаться. Ведь она ничего не может сделать для этих людей. Или она полагает, что они могут что-то сделать для нее? Она уставилась на самодельную рацию, на лишние винтики и проводки, разбросанные вокруг, на коллекцию инструментов. Она рисковала, выйдя из убежища и находясь здесь, но ей тут было менее страшно, чем там, в одиночестве, в лифте для дронов. Риск, что ее найдут, делался в ее глазах меньше по сравнению с шансом на контакт. И через несколько часов она повторит попытку. А пока надо постараться и хоть немного поспать. Шарлотта накрыла рацию и подумала о своей койке в казарме, но все же забралась в темный металлический ящик.

44

УКРЫТИЕ 1

Завтрак Дональда прибыл вместе с компанией из трех человек. Весь предыдущий день он провел в одиночестве и без ужина. Дональд предположил, что это своего рода методика подготовки к допросу. За дверью посреди ночи кто-то все время топал, не давая заснуть. Что угодно, лишь бы сбить его внутренние часы, вывести из себя, ощутить безумцем. А может, топали как раз днем, и середина ночи сейчас, и никакого ужина он не пропускал. Трудно сказать. Он потерял счет времени. На стене виднелся светлый круг с торчащим из него шурупом в том месте, где прежде висели часы.

Вместе с завтраком явились двое в комбинезонах службы безопасности и Турман. Дональд спал не раздеваясь. Он поднял ноги на койку, пока троица втискивалась в его комнатушку. Сотрудники СБ уставились на него с подозрением. Турман вручил ему поднос с яичницей, сухим печеньем, водой и соком. Избитое тело Дональда все еще болело, он к тому же проголодался. Вилки или ложки на подносе не оказалось, и Дональд стал есть яичницу руками. От горячей пищи даже боль в ребрах немного утихла.

— Проверь потолочные панели, — сказал один из сотрудников службы безопасности.

Дональд узнал его. Бревард. Он был шефом СБ почти столько же времени, сколько Дональд провел в этой смене. И уж кто-кто, а Бревард точно не был ему другом.

Второй был моложе. Дональд его не узнал. Он обычно вставал поздно, чтобы его видело как можно меньше людей, и ночных охранников знал лучше, чем дневных. Молодой охранник залез на платяной шкафчик, приваренный к стене, и поднял потолочную панель. Затем достал из набедренного кармана фонарик и пошарил лучом во все стороны. Дональд хорошо понимал, что он там ищет. Он это уже проверял.

— Там заблокировано, — сказал молодой.

— Уверен?

— Это не он, — произнес Турман, все это время не сводивший глаз с Дональда, и обвел рукой комнату. — Там все было в крови. Он бы в ней измазался с головы до ног.

— Если только не отмылся где-нибудь и не переоделся.

Турман нахмурился, обдумывая эту идею. Он стоял в двух шагах от Дональда, у которого вдруг пропал голод.

— Кто это был? — спросил Турман.

— Кто был кто?

— Не прикидывайся дураком. На одного из моих людей напали, и в ту же ночь некто в комбинезоне реакторного техника прошел со своим пропуском через систему безопасности на этом этаже. Прошел по этому коридору — в поисках тебя, полагаю. Зашел в помещение связи, где, как я знаю, ты проводил много времени. Ты никак не мог провернуть все это в одиночку. Ты подключил кого-то — наверное, человека из своей последней смены. Кого?