Раи?дер

Кейси Л. А.

Я пристально посмотрела на сестру, пока она говорила.

— Я не хотела ссориться с ним из-за этого, понимаешь? — продолжила она. — Я посещала курсы по управлению гневом и настолько повзрослела ментально, что не захотела устраивать ссору из-за пустяка, пока у нас такие хорошие отношения. Насколько я понимаю, деньги, которые были у Доминика, были кровавыми, и я обрадовалась, что они исчезли, поэтому я не интересовалась, куда они делись. Я просто приняла это и двинулась дальше.

Я понимающе кивнула.

—

Но теперь мне все же интересно, — нахмурилась она.

Я съежилась.

— Прости, мне следовало держать рот на замке при Дэмиене.

— Нет, — заявила Брона. — Ты права. Мы должны знать, куда делись их — наши — деньги, в конце концов, мы их невесты, и то, что принадлежит им, принадлежит нам, верно?

Я невесело рассмеялась.

— После сегодняшнего вечера я буду просто бывшей.

Моя сестра склонила голову набок.

— Расскажи, что происходит между вами с Райдером, сестренка.

— Я не знаю, что с нами происходит, Би, вот в чем проблема. Я ничего не знаю.

Брона моргнула, поэтому я вздохнула и рассказала ей ту же сокращенную версию спускающихся по спирали моих отношений, что и Дэмиену. К тому времени, как я закончила говорить, она плакала, и мне хотелось ударить себя.

— Би, — промурлыкала я. — Не плачь, милая. Все будет хорошо, я обещаю.

— Не будет, — всхлипнула она. — Наша семья разделится.

Я ничего не могла сказать, чтобы заставить ее чувствовать себя лучше, потому что она права, как только мы с Райдером расстанемся, наша семья разделится. Навсегда. Но я чертовски сильно постараюсь, чтобы для нее все прошло легко.

— Все будет хорошо, — повторила я тверже. — Поверь мне, я никогда не позволю своей жизни повлиять на твою. Я разберусь с Райдером, чтобы у тебя все было как можно более нормально.

Брона вытерла слезы и сказала:

— Прекрати.

— Прекратить что? — спросила я.

Она не ответила мне, вместо этого она в ответ задала вопрос:

— Как ты можешь так жить?

— Как?

— Ты скрываешь все, что касается тебя. Почему?

Я опустила взгляд на свои руки.

— Не знаю. Просто делаю это.

— Ну, так прекрати, ты не можешь продолжать так жить.

— Существовать. — Рассеянно пробормотала я.

— Что?

— Я существую, а не живу, есть разница.

Моя сестра замерла.

— Ты не чувствуешь, что живешь?

— Брона, я едва чувствую, что существую, — призналась я. — Я здесь, но в то же время нет. Мне просто все равно.

— Думаю, у тебя депрессия, Бранна.

— Я думаю, это хуже, чем просто депрессия, — нахмурилась я. — Чтобы впасть в депрессию нужно что-то чувствовать, не так ли? Я больше ничего не чувствую.

На глазах сестры навернулись слезы.

— Бран.

Я улыбнулась и похлопала ее по руке.

— Со мной все будет в порядке, не волнуйся.

— Прекрати

это, — закричала Брона. — Перестань ставить себя на последнее место в списке приоритетов, ты делаешь это всю мою жизнь, и мне надоело это. Твое психическое здоровье имеет значение. Ты, бл*дь, важна!

Я отшатнулась от нее, будто она дала мне пощечину.

— Я просто не могу отключить свои инстинкты, чтобы защитить тебя, Брона, — ответила я, защищаясь.

Она заплакала еще сильнее.

— Я знаю, что ты не можешь, и я не прошу тебя перестать защищать меня, я просто прошу тебя не ставить меня выше себя!

Я не могла с этим смириться.

Я покачала головой.

— Ты всегда на первом месте.

— Так могло быть, когда я была младше, Бран, но сейчас я взрослая.

Я приподняла бровь.

— Это ничего не меняет, ты всегда будешь моей младшей сестрой. Знаю, не я тебя родила, но я тебя вырастила. Ты — моя.

Несмотря ни на что, Брона всегда будет моей.

— Да, — согласилась она, — это так, но даже младшие сестры должны повзрослеть и научиться ответственности. Я знаю, ты всегда будешь волноваться, но все остальное, о чем ты переживаешь, теперь ложится на плечи Доминика. Я также принадлежу ему, поэтому будет правильно, если он разделит с тобой часть ответственности за меня. Это то, на что он подписался.

Я проглотила рыдание, которое собиралось вырваться на свободу.

— Я люблю тебя, но мне нужно, чтобы ты перестала ставить меня выше себя. — Сестра продолжила настаивать. — Ты самый важный человек в своей жизни, и так должно быть всегда.

Я моргнула.

— Сейчас тебе легко говорить это, но подожди, пока у тебя не родится ребенок, она будет самым важным человеком в твоей жизни.

— У тебя нет ребенка.

— Ты практически мой ребенок, — возразила я.

Плечи Броны поникли.

— Туше.

— Я слышу, что ты говоришь, и люблю тебя за это. Я поработаю над собой, хорошо? Я знаю, теперь ты прекрасная бабочка, которой нужно пространство, чтобы взмахнуть крыльями, и я не нужна тебе все время.

Я улыбнулась ей, но мне захотелось выплакать всю боль.

— Ты всегда будешь нужна мне, но я не хочу, чтобы мои проблемы превосходили по значимости твои.

Я кивнула.

Брона отпустила мою руку и потерла нос тыльной стороной ладони.

— Всякий раз, когда Доминик выводит меня из себя, я говорю ему: «Я прекрасная бабочка, которой нужно пространство, чтобы взмахнуть крыльями».

Я рассмеялась, и мне стало лучше.

Брона откинулась на спинку стула и положила руки на свой круглый живот.

— Когда ты собираешься это сделать? — спросила она, когда перестала шмыгать носом. — Ты упомянула сегодняшний вечер, но ты на самом деле сделаешь это сегодня?