Раминар
Шрифт:
– Кольчужка сплетена из особого облегченного сплава, к тому же она очень тонкая. От пущенной стрелы или болта не защитит, но вот нож под лопатку в темном дворцовом коридоре мне уже не страшен.
– Уж какие у нас тут темные коридоры, - Теаран грустно усмехнулся, продолжая с долей восхищения рассматривать отца.
– Да и дворца-то..., - улыбнулся Одамад.
– А знаешь, - старик повозился с креплением тубы и, отцепив ее от пояса, порывистым движением ткнул в руки сыну, - раз уж ты здесь, то возьми себе. Почитаешь в тишине внимательно, ознакомишься с деталями. Тут приложены отчеты о ходе расследования. Может быть, пробежавшись свежим взглядом, найдешь что-то, что мы могли пропустить.
Теаран лишь молча кивнул, принимая бумаги.
– Тебе не кажется, что Эл Тейтон слишком легко смог организовать проникновение
Одамад отвернулся к окну и тоскливо окинул взглядом сад.
– Я самолично при помощи серогвардейцев отбирал людей для ближайшего окружения, и лишь месяц назад утвердил новый состав стражи. Ночное происшествие в очередной раз доказало, что безгранично полагаться на верность людей не стоит, а держать абсолютно все под контролем никому не под силу.
– Нужно срочно что-то предпринять. С такими успехами можно и не пережить следующей ночи.
– В личной страже я уверен.
Теан скептически поджал губы.
Уловив его настроение, градоправитель обернулся и скупо обронил:
– Они из гвардии. Все равно за один день тебе не отыскать лучшей замены.
С последним утверждением трудно было поспорить. Теаран понятия не имел, где ему раздобыть надежных людей, да еще и в такие короткие сроки, но сидеть сложа руки он тоже не мог.
– По крайней мере, надо разобраться в происшедшем. Допросить караульных, выяснить, кто околачивался неподалеку от кабинета накануне и с утра. Не пропадали ли ключи...
– Я распоряжусь. Можешь не волноваться об этом.
– Да нет уж, я хотел бы поучаствовать.
– Дело твое. В этом случае тебе не помешало бы сперва познакомиться с некоторыми полезными людьми из серой гвардии.
– Я готов, - Теаран стиснул тубу с документами, добытыми стараниями тайной службы, глядя в потерявшие от болезни цвет глаза отца.
Пять свечей, выстроенные полукругом на столе, освещали разложенные перед Теараном бумаги. Он уже просмотрел их все, включая отчеты шпиков, и теперь ворошил листы в поисках одного документа, не дававшего ему покоя. Отыскав нужную страницу переписки Эл Тэйтона с Тибало, он еще раз напряженно пробежал ее глазами. Речь шла о доставке некоего товара под названием "красная ягода", причем, судя по содержанию письма, с этой "ягодой" могли возникнуть проблемы во время проверки и приема груза в порту, поэтому Тибало оговаривал с Эл Тэйтоном денежные суммы, которые потребовались бы для подкупа некоторых лиц за пределами подвластной ему портовой канцелярии. В отчетах Гвардии эта таинственная "красная ягода" была подчеркнута жирной линией, а напротив красовался не менее жирный знак вопроса. Вот вам и шпики - вопрос и точка. Неужели никому это название не оказалось знакомо? Что за дрянь такую провез Эл Тэйтон в Юрр? Какой-нибудь мерзопакостный наркотик? Только этого еще не хватало. Судя по отчетам, в порту под легендой "планового контроля" людьми из гвардии был произведен тщательный обыск, не давший, впрочем, никаких результатов. Ничего другого, в общем-то, и не следовало ожидать, поскольку письмам на тот момент стукнул месяц, если брать во внимание даты на полях страниц.
Раздраженно отодвинув бумаги в сторону, Теан взял двумя пальцами перстень с опалом и покрутил его туда-сюда, рассматривая. Никаких гравировок или хотя бы клейма ювелира видно не было. Кому же он принадлежал? И что он делал в ящике вместе с письмами в доме Кнада? Возможно, он служил гарантом молчания сторон, то есть у каждого из заговорщиков должны были быть подобные залоги. Фамильный перстень? Как-то уж простоват и дешев для украшения подобного рода. Крепление камня и вовсе было сделано грубо, один зубец коронки топорщился... Теаран попробовал его пригнуть, надавив пальцем, и вздрогнул от неожиданности, когда опал вместе с остальными пятью зубчиками крепления откинулся вверх, будто крышка сундука, и на руку Н'Карну высыпался серый порошок. Юноша замер, хмуро глядя на перстень с секретом - в маленькой камере, скрытой под опалом, еще оставалось больше половины порошка. Он осторожно защелкнул крышку и, отложив кольцо, прошел к окну, захватив по дороге кувшин с водой. Перегнувшись через подоконник, Теаран смыл пыль с пальцев. Эту дрянь
В этот момент из-за двери послышалось шуршание. Теаран впился глазами в тень, разорвавшую полоску света под дверью. Челюсти окаменели, когда с той стороны в комнату чья-то рука просунула желтый конвертик. Уже в следующую секунду Теаран подхватил с пола письмо, одновременно распахивая двери и выбегая в коридор. Горели светильники, ничто не тревожило тишину спящего дома, и ни единой живой души поблизости не наблюдалось - в том числе и караула у его спальни. "Что за?!.." Вернувшись в комнату, только бы не торчать снаружи, он торопливо сорвал маленькую красную печать, параллельно отметив, что она была совершенно пуста - ни букв, ни хоть чего-то, отдаленно напоминающего герб - отправитель предпочел сохранить инкогнито. Едва пробежав глазами первые строчки, Теаран устало оперся о стену и вздохнул, неодобрительно поджав губы.
"Фи, как некрасиво, дорогой виконт. Уже неделя минула, как вы возвратились в отчий дом, а вашей милой Лилии ни весточки не отправили. Я обижусь, право, если вы не почтите нас визитом в ближайшее время.
PS: праздник Цветов не за горами."
В углу записки красовалась замысловатая закорючка, напоминающая цветок лилии. Арданта всегда умудрялась поразить его степенью своего авантюризма. Ее проделки забавляли и развлекали, но ее же причуды и закидоны способны были вывести из себя кого угодно. Теаран не был исключением. Скомкав листок бумаги, он бросил его в опустевшую бронзовую чашку для канцелярского песка и поджег от свечи. Хоть встречи с девицей О'Брал порой заканчивались очень приятно, но в сложившейся обстановке было не до того. Гораздо важнее сейчас представлялось выяснить, куда запропастились двое из ночного караула. Теаран убрал документы и кольцо в тубу, которую закрепил у себя на поясе и прикрыл верхней рубашкой. Погасив свечи, он вышел в коридор.
Полы плаща бились о голенища сапог, каблуки размеренно стучали по камням мостовой - Теаран, скрыв голову под широким капюшоном, пересекал площадь. За пазухой у него таилась драгоценная туба, и в ней в такт шагов еле слышно перекатывалось кольцо. Юноша хотел показать порошок одному человеку, который мог бы дать ответы на вопросы и которому Теаран сейчас доверял более всех остальных. Членов серой гвардии, с которыми имел удовольствие вчера познакомиться, в свои планы он не посвятил. Так что об этой встрече никому не должно стать известно. По крайней мере, Теану очень хотелось в это верить. С досадой он отметил, что в последнее время слишком многим удается вносить свои коррективы в течение жизни и быта их семьи. Сперва отец впускает в личное пространство подозрительных типов из некогда упраздненной тайной гвардии, тем самым доверяя им вместе с секретами свое благополучие. Потом заговорщики мимоходом перерывают отцовские бумаги, проникнув в особняк с внушающей серьезные опасения легкостью. Наконец, взбалмошная Арданта О'Брал подкупает слуг в доме градоправителя, спаивает снотворным личную охрану Н'Карнов, чтобы просто подбросить записку, в которой манит Теарана пальчиком, будто загулявшегося кобеля. "Да что такое творится вообще!"
Юноша зашагал быстрее, в ярости сжимая кулаки. Целиком погруженный в свои мысли, он чуть не пропустил нужный поворот. Человек, которого он искал, последнюю неделю обитал по неизвестным причинам в одном захолустном трактире в юго-западной части города. Так сказали появившиеся на шум соседи, когда Теан в третий раз попробовал достучаться до хозяина дома, торча колом на пороге. Настроение его ухудшалось с каждым шагом, приближавшим его к улице Тележной, где расположился трактиришко. Разговор предстоял серьезный, а место выглядело вовсе не подходящим для подобных встреч. Теаран уже видел в двухстах шагах деревянное крыльцо с узкой террасой и вывеску над входом, изображавшую кисть винограда. Вокруг шатался разнообразный люд. Во внутренний двор как раз въезжала крытая повозка - привезли провиант или питье. Опершись о косяк распахнутой двери, курил трубку какой-то бугай, лысый с тонкой седой косицей на виске.