Религиозный экстремизм Александра Дворкина
Шрифт:
РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ АЛЕКСАНДРА ДВОРКИНА
исследовательская статья
ноябрь 2010
Активную деятельность, направленную на подавление свободы религиозных объединений, Александр Дворкин ведёт с 1992 года. Тогда, будучи гражданином США, он вернулся в Россию после 15-летнего отсутствия.
Сразу же после возвращения
Руководя деятельностью РАЦИРС, Дворкин является главным координирующим звеном антикультистской деятельности на территории стран СНГ, а также оказывает немалое влияние и на западные страны, являясь вице-президентом FECRIS (Европейская федерация центров по исследованию и информированию о сектантстве – перевод с французского).
Эта статья даёт представление о том, каковы настоящие результаты деятельности Дворкина и каким способом они достигаются. Статья обращает внимание на факты, которые не очевидны и на которые, зачастую, не хотят обращать внимание. То, о чём говорится в статье, касается каждого верующего человека, независимо от того, какую религию он исповедует.
ПОНЯТИЯ «СЕКТЫ» И «ТОТАЛИТАРНОЙ СЕКТЫ»
Понятие слова «секта» было значительно искажено Дворкиным, в результате чего приобрело негативный, отталкивающий характер. За прошедшие 18 лет в России это слово было превращено в клеймо, которое теперь можно ставить на любую группу, чтобы в глазах общества придать ей антисоциальный характер.
Вот как слово «секта» определяется в словаре Ожегова и Шведовой:
«религиозное течение (община), отделившееся от какого-н. вероучения и ему противостоящее».
Вот определение из словаря Даля:
«братство, принявшее своё, отдельное учение о вере».
В этих определениях всё очень просто. Группа людей, отделившаяся от какого-либо вероучения и исповедующая свои убеждения. Но такое простое определение не подходит для Дворкина, так как оно не позволяет ни Свидетелей Иеговы, ни кришнаитов, ни коммерческую организацию «Гербалайф» назвать сектой. А надо.
Вот, что Дворкин пишет в своей книге «Сектоведение» про определение Ожегова: «Это определение для нас слишком расплывчатое, согласно ему, ни одну из разбираемых в этой книге групп мы не можем назвать сектой (во всяком случае, в России), потому что ни одна из них не отделялась от Православной Церкви» [1] . Ну, конечно же, не можем! Ведь они не являются сектами. Но как видно из цитаты, Дворкину необходимо сделать так, чтобы сектами можно было называть любую не православную религиозную организацию.
1
А.Л. Дворкин. «Сектоведение. Тоталитарные секты». Изд. 3-е, переработанное и дополненное. Издательство братства во имя св. князя Александра Невского, Нижний Новгород, 2002 г., 816 с.
Дворкину приходится придумать собственное определение секты, чтобы подогнать под него все неугодные группы и придать термину тревожно-отталкивающий характер. Дворкин формулирует для секты следующее определение:
«закрытая
Смысл полностью изменился, теперь стоит только продемонстрировать, что какая-либо религиозная группа противопоставляет себя культурообразующему православию, как она тут же становится сектой.
2
А.Л. Дворкин. «Сектоведение. Тоталитарные секты». Изд. 3-е, переработанное и дополненное. Издательство братства во имя св. князя Александра Невского, Нижний Новгород, 2002 г., 816 с.
Далее, чтобы придать термину «секта» отталкивающий характер, Дворкин выдумывает следующий термин «тоталитарной секты»:
«авторитарные идеократические группы, которые манипулируют своими членами и эксплуатируют их, нередко причиняя им психологический, финансовый и физический вред. Руководители тоталитарных сект скрывают свои намерения под религиозными, политико-религиозными, психотерапевтическими, оздоровительными, образовательными, научно-познавательными, культурологическими и иными масками». [3]
3
А.Л. Дворкин. «Сектоведение. Тоталитарные секты». Изд. 3-е, переработанное и дополненное. Издательство братства во имя св. князя Александра Невского, Нижний Новгород, 2002 г., 816 с.
Так как это определение довольно расплывчатое, под него можно подвести теперь всё что угодно, что Дворкин и делает.
«...под такую характеристику [тоталитарной секты] подпадает все что угодно — и сталинское Политбюро, которое то открывало церкви, то навязывало лысенковщину и сдачу норм ГТО, и некогда гремевшие Кашпировский и Чумак с помощниками, и организаторы финансовых пирамид и т.д. А при желании можно вполне аргументированно подвести под такое определение и саму православную церковь». – Георгий Еремеев (историк, религиовед Московского бюро по правам человека) [4]
4
Журнал «Религия и право» №1, 2004 год.
Важно также отметить, что новое определение демонстрирует именно негативный характер группы, которую называют «тоталитарной сектой». Далее, то используя слово «секта», то «тоталитарная секта», Дворкин делает так, что эти два понятия сливаются друг с другом в понимании слушателя и теперь, если просто назвать что-то сектой, то создаётся впечатление некой деструктивной группы.
«Каждая из тоталитарных сект стремится к власти над миром и к власти над всеми — на то она секта». – А.Л. Дворкин [5]
5
Фильм «Осторожно: секта» (часть 3), 2003 год.
Разделением этих двух понятий Дворкин себя больше не утруждает – часто группу, которую он ранее называл просто сектой, теперь он называет тоталитарной сектой и наоборот.
Если теперь, когда вы слышите слово «секта» у вас создаётся впечатление некой деструктивной группы, закрытого преступного общества или мошеннической организации – это и есть результат деятельности Дворкина. Большинство групп, которые клеймит Дворкин, таковыми не являются.
В 1998 году это было отмечено Судебной палатой по информационным спорам при Президенте РФ: