Робби
Шрифт:
— Я принесу еще одно меню, — пробормотала она, разворачиваясь на пятках.
— Не стоит, — попытался возразить Роб.
— Мне не сложно.
И официантка снова исчезла, сверкнув белыми кроссовками. Карин так и не посмотрела в ее сторону.
— Странная, да? — скривилась она, глядя в плотную книжицу.
Странные выводы.
— Нет, почему?
— Не знаю. Мне она показалась какой-то неприветливой.
Робби промолчал, откинулся на спинку стула. Обычная официантка. Возможно в отношении к новой знакомой Роба она и проявила холодность, но замашки Карин не нравились и ему самому. Точнее, пока что ему было все
Девушка не замедлила вернуться с еще одной книжкой меню, бросила косой взгляд на Карин и протянула книжицу Робу. Вместо того, чтобы положить на стол, она настойчиво пыталась ткнуть ее прямо в руки. Роберт выгнул брови. Что-то здесь происходило. Не говоря ни слова, он взял меню, раскрыл. Брови сами по себе выгнулись еще сильнее. Прямо на первой странице ярким пятном выделялся приклеенный бумажный стикер с надписью: «Уходи». У Робби возникло острое желание присвистнуть, но он его задушил.
Карин ничего не замечала. Она внимательно пробегала красным ногтем по мелким строчкам своего меню, черная прядь упала на лицо и на страницу, а яркие губы тихо проговаривали наименования. Официантка снова бросила на посетительницу косой взгляд. Взяла ручку, с каменным лицом нацарапала что-то в своем блокноте, выдрала лист и протянула Робби.
«Она напьется, начнет разносить ресторан и раздевать тебя прямо здесь. И сама начнет раздеваться и садиться к тебе на колени. Попытки увернуться она считает флиртом»
Что-то такое он предполагал. Вечер изначально был обречен, но кто знал? Скомкав блокнотный лист, Роб спрятал его в кармане джинсов, поднял взгляд на официантку и молча кивнул. Развернувшись на пятках, девушка снова исчезла. Что ж, ей легко говорить. А Роберт привык был джентльменом. Как ему выпутываться из этой ситуации? Нужно было сидеть дома в компании пива и телевизора, и восхвалять ту высокую любовь, которая была между ним и Лиз. Все-таки отношения с Ягодкой — это самые светлые отношения, какие могут быть.
— А куда она снова удрала? — опомнилась Карин, подняв голову и оглянувшись по сторонам. — Я готова заказать.
— Я не готов, — возразил Роб. — Она дала нам еще немного времени.
Девушка нахмурилась. Будто и забыла, что кто-то кроме нее хочет поужинать. Но тут же исправила оплошность, улыбнувшись той же соблазнительной улыбкой.
— Ну раз так, то я отойду. Мне нужно позвонить… Буду стоять вон там.
Она ткнула пальчиком в сторону выхода из зала, встала и, не дожидаясь ответной реплики, пошагала, утопая каблуками в ковре. Она отлично ориентировалась на местности, что еще раз подтверждало опасение официантки, но никак не помогало с планом побега. В раздумьях Роб взглянул на свой мобильник, лежащий на столе. Взял его в руки, покрутил в пальцах. Идея, пришедшая в голову, была спонтанной. У него же уже есть девушка! Живая, настоящая. Ходит, говорит, и скорее всего прячет револьвер за пазухой… Робби разблокировал экран и быстро набросал сообщение.
19.56 Малыш: «Спаси меня»
Ответ не приходил. Роберт украдкой взглянул в ту сторону, куда ушла Карин, девушка стояла на месте, обнимала себя за талию, и достаточно громко хохотала в трубку. Когда смартфон пискнул сообщением, Роб ухватился за него. Оказалось, прошла всего минута, а он думал — вечность.
19.57
19.57 Малыш: «Я пошел на свидание (настоящее) и сейчас меня хотят поиметь. В прямом смысле»
И снова она молчала. На этот раз целых две минуты. Для человека с хорошей выдержкой, у Роба подозрительно быстро начинали сдавать нервы.
19.59 Ягодка: «Для парня, которого никто не хотел поиметь до второго курса университета, ты слишком привередлив»
Робби хохотнул. Это внезапно проявляющееся чувство юмора радовало каждый раз. Нет, Карин определенно и в подметки не годилась его Ягодке.
19.59 Малыш: «Стейк-хаус «Окс». Ты моя подружка и должна меня спасти».
19.59 Ягодка: «Ладно. Отбивайся от нее вилкой. Скоро приеду»
Лиз вышла из такси на Корн-стрит и сразу нырнула в здание с высокими колоннами. Она была здесь впервые, понятия не имела, где искать Малыша, но если верить сети, то здание верное. Осталось разобраться, на каком этаже находится именно «Окс».
У Элизабет выдался спокойный вечер. Она не бегала за девушкой в фате и парнем в костюме-тройке, не снимала беременную женщину с пинетками, не пряталась по кустам, пытаясь поймать хороший момент для лавстори. Она сидела дома, в пижаме, с ноутбуком, работала над уже готовыми фотографиями с фатой, пинетками и кустами. А потом пришло сообщение.
Что испытала Лиз, когда узнала, что Робби пошел на свидание? Сложно сказать. Будто тонкая невидимая игла проткнула ей живот, а горло сдавило стальными обручами. Она пыталась ругать себя за глупость и необоснованность своих маленьких тихих надежд, но это не помогало. Обручи держали, игла колола. Однако Лиззи нашла в себе силы ответить и даже пошутить. Поэтому сейчас она поднималась по незнакомой глухой лестнице в незнакомую забегаловку чтобы забрать своего не-парня от похотливой девицы. И все это вместо того, чтобы просто послать Робби в задницу.
Поднявшись на верх, Элизабет вышла в красно-рыжий зал. Как здесь можно проводить вечера? Темно, как в подвале, вычурность интерьера давит тяжелым грузом, а если напиться, то можно возомнить себя обитательницей французского борделя середины позапрошлого века. Элизабет прищурилась и пробежала взглядом по залу. Людей собралось достаточно. Место пользовалось популярностью. Роберта она заметила не сразу, а когда заметила — злорадно хохотнула: его рыжий стог волос сливался со стенной. Наверняка, он и сам это знал. Брюнетка, сидящая напротив, что-то рассказывала, бурно жестикулируя над почти пустым бокалом вина, в то время как сам Малыш был заметно напряжен. Его пальцы барабанили по крышке стола.
Лиз нашла свое отражение в маленьком зеркале на стене, поправила шапку, глубоко вдохнула и ринулась в бой. Пора спасать беднягу. Роберт заметил ее приближение сразу. Его поза, до того скованная и зажатая, почти неуловимо изменилась, плечи опустились, глаза Малыш воздел к потолку. Радовался. Возносил хвалу создателю. Лиззи остановилась возле стола, уперла кулаки в бока, и попыталась сделать самый злобный вид, на который была способна.
— Ну надо же! — воскликнула она.
Робби не растерялся.