Розабелла

Эндрю Сильвия

Но не успела она вымолвить и слова, как появился мистер Уинболт. Он соскочил с лошади и быстрым шагом направился к ним. В одно мгновение корзинка была благополучно возвращена Аннабелле, а Картера мистер Уинболт так крепко схватил за руку, что тот не мог и пошевелиться.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Почему ты не на работе, Картер? – спросил мистер Уинболт. Сэм съежился и пробормотал что-то про плохое здоровье. – Пойди и окати голову водой! Сейчас же! – Мистер Уинболт

толкнул Картера к бочке, затем повернулся к Аннабелле: – Надеюсь, он вас не тронул, мисс Келланд?

– Нет. Я привыкла к поведению Сэма Картера, сэр, – холодно ответила она. – Уверяю вас, он не осмелился бы выполнить свою угрозу, так как хорошо меня знает.

– Но он пьян, а пьяница не всегда соображает, что делает. Не беспокойтесь – холодная вода его немного отрезвит, а уж я позабочусь, чтобы он вернулся к работе.

– Вы очень добры, – еще более сухо сказала Аннабелла. – Уверена, что его жена будет этому рада. Им нужны деньги. Но в вашей помощи, мистер Уинболт, не было необходимости. Я сама могу справиться с Сэмом Картером и с другими ему подобными, пьяные они или трезвые.

Филип Уинболт хотел было возразить, но, увидев, что собрались любопытные, лишь кивнул. Правда, в его взгляде промелькнула едва заметная усмешка.

– Рад это слышать, мисс Келланд, – сказал он. – Но если вам понадобится помощь на будущее, я готов ее оказать. Надеюсь, – погромче произнес он, – что Сэм Картер это тоже понимает!

Среди крестьян послышались одобрительные голоса. Они уважали мисс Келланд и вмешательство джентльмена сочли вполне уместным. Аннабелла разозлилась, однако виду не подала.

Вернувшись в Темперли, она рассказала о случившемся, но и дома не нашла понимания.

– Не знаю, что это на вас всех накатило! – возмутилась Аннабелла. – Пока не появился мистер Уинболт со своими глупыми лондонскими привычками, у нас все было в порядке. Хоть бы он наконец оставил нас в покое!

Через несколько дней Аннабелла, идя в комнату к отцу, вдруг услышала странный звук, доносившийся со двора. Она остановилась и прислушалась – в печных трубах свистел ветер.

– Уолтерс, ты что-нибудь слышишь? – спросила она слугу.

– Это ветер дует в окна, мисс Келланд. Очень сильный сквозняк. Я просил Бостока починить рамы, но он так ничего и не сделал.

Аннабелла не придала значения словам Уолтерса, который с ревностью относился к положению Бостоков в доме и при любом удобном случае старался на них пожаловаться.

– Нет, это совсем другой звук, – сказала Аннабелла, подходя к отцу. – Как ты, папа?

– Ничего, – рассеянно ответил он. – У нас есть еще свечи? Уолтерс просил служанку принести их, но она до сих пор не появилась.

– Я скажу, чтобы принесли свечи. Но и эти вроде еще не сгорели?

– Почти сгорели. Очень неприятно, когда они еле мерцают. Передай мне, пожалуйста, вон тот словарь.

– Папа, как ты думаешь, Розабелла приедет?

– Я

не занимаюсь бесполезными предположениями. Пришли-ка лучше служанку с дюжиной свечей. И попытайся поплотнее задернуть шторы – у Уолтерса ничего не получается.

Аннабелла вздохнула и подошла к окну. То, что она увидела через стекло, заставило ее забыть о шторах и свечах – к дому подъезжала красивая карета.

– Папа! Папа! Это Розабелла! Она приехала! – радостно воскликнула Аннабелла.

Стремглав сбежала она с лестницы, широко распахнула входную дверь и устремилась к элегантной карете. К ней присоединились Бекки и слуги.

– Господи, какая худенькая, почти прозрачная, – прошептала экономка, когда увидела Розабеллу.

Но вот уже сестры, смеясь и плача, обняли друг друга, а слуги засуетились, втаскивая в дом багаж.

Розабеллу провели на кухню – самое теплое место в доме, – поскольку она дрожала от холода. Бекки распорядилась насчет теплой постели и огня в камине, а Марта грела молоко для путешественницы.

Со двора доносился голос Джона – он давал указания кучеру и конюхам.

– Снять с вас пальто, мзм? – спросила Марта, протягивая молоко. – Тогда вы быстрее согреетесь у огня.

– Правильно, – сказала подошедшая Бекки. – Аккуратно повесь его и принеси бутылочку бренди из буфета в столовой. Миссис Ордуэй не помешает капелька горячительного.

Аннабелла стала растирать посиневшие руки сестры, с тревогой вглядываясь в бледное лицо.

Розабелла улыбнулась.

– Ох, как здесь чудесно! Не волнуйся, сестричка. Мы задержались в пути из – за оползня. Мне пришлось выйти из кареты и подождать на дороге. Было так холодно, а все кирпичи и теплые пледы успели остыть. Я скоро согреюсь. Как папа?

– Неплохо. Я была у него, когда увидела, что ты подъезжаешь. О, Господи! Я совсем забыла! Марта, вели кому – нибудь отнести в комнату хозяина дюжину свечей. И пусть ему скажут, что приехала Розабелла и скоро к нему придет. – Она повернулась к сестре: – Я так счастлива, что ты наконец дома.

Рассказывая Розабелле о делах в Темперли, Аннабелла украдкой ее разглядывала. Сестра была ужасающе худа, просто кожа да кости. Трясущимися пальцами она обхватила чашку с молоком. С ней явно произошло что-то нехорошее с тех пор, как они виделись в последний раз.

Неужели потеря мужа – единственная причина подобного состояния? А может, любовь – это такая сила, о которой Аннабелла и не подозревает? Несомненно одно: Розабеллу окутывает тайна, и она, Аннабелла, эту тайну разгадает. Но сейчас сестра как никогда нуждается в любви и заботе, а уж в этом недостатка у нее не будет.

– Ну-с, миссис Ордуэй, ваша постель готова, а комната – рядом с комнатой мисс Беллы.

– Пожалуйста, Бекки, называй меня «мисс Роза», как раньше, – сказала Розабелла. – «Миссис Ордуэй» в твоих устах звучит очень странно.