Русский Ришелье
Шрифт:
Так в чем же истинная причина приглашения? Неразгаданных загадок Хенрик Дрейлинг не любил, к тому же размышления отвлекали его от тревожных мыслей. Ведь сделать с русской армией он все равно ничего не мог, а вот определить, в чем смысл приглашения, и попытаться при возможности извлечь из этого знания выгоду стоило бы. Вот только ничего путного купец придумать за полдня так и не смог. Оставалось надеяться, что истина выяснится при встрече.
Когда купец вошел в дом градоначальника, у бургомистра уже находился в гостях местный пастор Кноблон. Хенрик Дрейлинг был поражен пышностью стола
При этом бургомистр и пастор сидели у роскошного стола с печальными лицами.
После того как Дрейлинг уселся в пододвинутое ему слугой кресло, хозяин дома учтиво осведомился у пастора, будет ли духовное лицо пить не только легкое, но и крепкое вино.
– И пиво тоже, – отшутился пастор. Лишь на мгновенье на его лице появилась улыбка, но тут же он вновь стал печален.
– Наливай, Каспар! – с грустью сказал он.
Бургомистр Сперлинг разлил по бокалам белое вино двадцатилетней выдержки из Бургундии. Тем временем слуга принес на серебряном блюде ароматные ломтики заморской диковинки – ананаса. Это был столь дорогой плод, что даже Хенрик Дрейлинг крайне редко позволял себе в Риге купить его.
Гость не выдержал:
– Господа, чем вызван такой пир?
– Так ведь завтра нам пировать уже вряд ли придется, – констатировал бургомистр. Он пояснил свою мысль: – Час назад русский монарх в третий раз прислал в крепость парламентера, уговаривать шведов сдаться.
– И что же?
– Наш бравый комендант, разумеется, отказался. Думаю, русские больше не станут заниматься бесплодными переговорами, уже завтра пойдут на штурм!
Каспар Сперлинг поднял бокал и вздохнул:
– Прозит, господа!
И без того напуганный, рижанин, услышав о штурме, залпом выпил весь бокал (забыв, что такое вино следует смаковать), закусил ломтиком ананаса, не чувствуя его вкуса.
Пастор воспринял мрачный вид Хенрика Дрейлинга по-своему. Пожелал:
– Не считайте, что у нас Валтасаров пир. Да, мы уничтожаем самое дорогое, чтобы не досталось врагу – в этом нет ничего плохого.
Гость же думал теперь совсем о другом:
– Почему вы считаете, что крепость падет? Валы Кокенгаузена велики. Был ли хоть раз когда-либо взят штурмом древний замок в центре крепости?
Про себя Дрейлинг подумал, что, может быть, и переигрывает, изображая простачка. Но посчитал: «Для этой глуши сойдет!»
– Старинные хроники гласят, что много веков назад крестоносцы захватили здесь замок, который существовал еще до возникновения нынешнего, – вмешался в разговор образованный пастор.
– И кто же владел им в те давние времена, какой-нибудь местный вождь? – спросил несколько озадаченный ходом разговора Дрейлинг.
– Да вы ешьте, – напомнил гостям бургомистр. – Конечно, таких разносолов, как у вас в Риге, здесь немного, но чем плохи эти копченая оленина, соленые боровики, свежая малина, лососина, рыбья красная икра, вареные раки, медвежье сало и другие местные закуски? И горячее блюдо – отварная говядина, думается, совсем недурна!
Рижанин
– Я не голоден. Недавно поел, – не подумав, брякнул он, слегка обидев гостеприимного хозяина дома.
Тактичный пастор тут же перевел разговор на другую тему. С аппетитом поглощая ложкой красную икру, он в то мгновенье, когда его рот оказался пустым, сообщил:
– Не местный вождь, а русские в древности владели замком. Они собирали здесь налоги, а правил ими какой-то православный герцог по имени Вячко.
– Да как он сюда попал?
– О, если верить старинным рукописям и легендам, это драматическая история. Как раз в то время в устье Даугавы высадились немецкие крестоносцы и основали Ригу. А через несколько лет эти немцы обманом захватили замок Вячко. Князь отомстил, убив двадцать крестоносцев, и бежал на Русь.
– Выходит, русские хотят лишь вернуть то, что когда-то им уже принадлежало? – сделал неожиданный вывод рижский купец.
– Но их нельзя пускать сюда, эти еретики могут обратить местных крестьян в свою веру, – озабоченно сказал лютеранский пастор и вздохнул. – Налей еще, Каспар!
Бургомистр щедро налил всем бургундского, посоветовал гостю из Риги угоститься местным сыром и говяжьими языками.
Хенрик, однако, ничего не ел. Крепкое вино, которое он пил на голодный желудок, ударило в голову, но купец не обращал на это внимания. Когда бокалы были опустошены, он предложил:
– Давайте лучше поговорим о дне сегодняшнем. Удастся ли шведам отстоять крепость? Они ведь лучшие воины в Европе.
Наивные вроде бы вопросы рижского коммерсанта помогали ему извлекать из собеседников всю известную им информацию о судьбе города.
– Знаешь, почему наши крестоносцы смогли выгнать отсюда князя Вячко? Крестоносцев было много, а русских – мало, – с намеком сказал пастор.
– Вы хотите сказать, что гарнизон малочислен и…
– Он мог бы отбить штурм двух-трех полков, но не всей неприятельской армии! Для этого у шведов попросту не хватает людей. Я сам слышал это от коменданта, – пояснил бургомистр.
– Выходит, уже завтра здесь будут русские? – Дрейлинг сделал вид, что наконец понял, что происходит.
– Именно потому мы не жалеем дорогих вин и лучших продуктов, – пояснил пастор, доедавший красную икру.
Да, не в добрый час приехали вы к нам, – пожалел рижанина бургомистр. – А главное, зачем взяли с собой вашу дочь Герду?
Хенрик Дрейлинг недовольно констатировал про себя: «Можно подумать, я сам не знаю, что сглупил». Впрочем, от такой оценки ситуации, озвученной другим человеком, рижанин и в самом деле совсем загрустил. Ох, как он жалел, что не послушался осторожных земляков, советовавших не покидать территорию за надежными рижскими укреплениями. Другие купцы сидели дома, а он же захотел сорвать куш, один встретить плоты с грузами здесь, недорого купить самый лучший товар. Что называется, жадность сгубила… Если бы купец не запустил дела после смерти жены, то никогда не пошел бы на такой риск.