Шрифт:
Гатаулин Сергей
Сапиенс, как вирус
Книга 1. "Вирус"
Книга 2. "Вирусапиенс"
Книга 3. "Сапиенс, как вирус"
За дверью кто-то шумно вздохнул и тут же послышался робкий стук.
Тук-тук-тук.
Дмитрий расслабился, мысленно заглядывая за бревенчатую стену, увидел ожидающего плазмоида.
— Привет Русса! — радостно поприветствовал он гуорка.
— Здравствуй, — пробормотал тот едва слышно, трудно и больно.
Выглядел
— Беда, — прошептал гуорк и, обессилено рухнув на землю, из последних сил досказал. — Ра-преобразователю угрожает опасность!
Потёмкин посмотрел на едва живого огненного разумника и длинно вздохнул.
Над ухом робко тренькнуло и — противно задребезжало.
Он нехотя открыл глаза.
Часы над головой показывали девять, а телефон трезвонил без умолку.
— Вставай пилот, страна зовёт! — засмеялась трубка голосом Анатолия.
Потёмкин непонимающим взглядом уставился на телефон.
— Ты не забыл, что мы договаривались встретиться у Бейрута с Жорой, в одиннадцать тридцать? — поинтересовался Анатолий.
— Теперь знаю, — буркнул Дмитрий и отключился.
В кухне что-то загремело, и на пороге комнаты появился белобрысый здоровяк, пугая холодную зиму за окном бронзой своего загара. Хитрое лицо Пугачёва протиснулось в поле зрения пробудившегося Потёмкина, и молодой человек прищурился.
— Дай угадаю. Ты не спал? Выходил на связь? — поинтересовался он.
— А ты откуда? — удивился Дмитрий, присматриваясь к другу.
— Откуда прибыл, или откуда знаю? — засмеялся Вячеслав, накручивая на палец длинные белоснежные волосы, спадающие на высокий лоб.
— Эх ты, Либерис! У тебя жирными буквами, на лбу написано: "Я разговаривал с Руссой!"
Дмитрий с трудом сдержался, чтобы не погладить лоб горячей ото сна рукой.
— Вот-вот! — Пугачёв кивнул. — Всегда прост, как инструкция по применению. Всегда душа нараспашку. И когда был человеком — и сейчас.
— Я и сейчас человек! — возмутился Дмитрий, чувствуя, как в душе зажглась искорка сомнения.
Стараясь прикрыть мысли, он активировал защитника. Тот загудел, но ощущения безопасности не прибавилось.
— Кхм! — хмыкнул Славка, сдерживая улыбку.
— Что там у них за беда? — поинтересовался он и, не дожидаясь ответа, предположил:
— Не иначе супермозг забарахлил?
Потёмкин в очередной раз удивился прозорливости друга.
— Отключается, — кивнул, соглашаясь.
Стоило ему только произнести слово — «отключается», как в голову хлынул поток незнакомых образов и чужих, нечеловеческих ощущений.
Русса,
Едва коснувшись раскрывающейся мыследемы, Дмитрий вздрогнул. В голове, не находя выхода, заметалось чужое горе. Безумный крик, взрывая каждую клетку испуганного мозга, болью полоснул по обнаженным нервам.
Миллиарды гуорков сминаемые неведомой силой, на мгновение отпрянули от незримого потока. Невидимое щупальце едва обозначилось в мерцании космической пыли. Бесформенная тень потянулась к отцу и матери, к сущности всего живого, к святая святых — Ра.
Нет!
Невидимый враг, до этого никак себя не проявляющий в физическом мире, атаковал Ра-преобразователь.
Только не это!
Дмитрий, ощущая себя Руссой, почувствовал захлестнувшую его волну ненависти. Ярко вспыхнула возмущенная оболочка: "Умереть, но защитить Ра!"
Гигантский эллипсоид, метнулся навстречу, а затем медленно поплыл назад. Пугающее, бесконечно холодное нечто встало на пути, обожгло страхом.
Внутренний огонь, питавший Русса, коснулся границы невидимого облака и стал быстро гаснуть.
Плазмоид, отброшенный от Ра-преобразователя, с трудом остановился. Он с болью наблюдал, как тёмное нечто, просачиваясь в физический мир, окружает Ра-преобразователь.
На раскаленной полужидкой поверхности эллипсоида появилась остывающая, мёртвая корка. Бессмертный Ра угасал.
— Люди, помогите! — умолял в голове безумный крик.
Дмитрий моргнул… и увидел перед собой озадаченное лицо Пугачёва. Голубые глаза белокурого здоровяка больше не смеялись.
Дмитрий резко дернул головой.
— Нужно спасать Ра-преобразователь, — выдохнул он убежденно.
— Мы больше не воюющие стороны? — поинтересовался Вячеслав, не скрывая иронии.
Он, не переставая, терзал непокорные локоны и успокоился лишь тогда, когда короткая, отливающая серебром косичка успокоилась у правого уха, поддерживаемая металлической полоской защитника мыслесферы.
— Боюсь, что скоро не с кем будет воевать, — произнёс Дмитрий угрюмо. — Если, конечно, не помочь гуоркам.
Славка недовольно покачал головой:
— Ты забыл как они нас? — прошипел он. — Как щенков — вышвырнули! И после этого ты предлагаешь им помогать? Ну, уж нет! Только не я!
— Я же не предлагаю, прямо сейчас идти к ним, — сказал Дмитрий. — Посовещаемся с ребятами, и решим, что делать дальше.
— Нет! Нет! И ещё раз нет! — выталкивая слова, Славка, словно резал ими стекло. — Звёзды, брат, гаснут, галактики останавливаются, чёрные дыры начинают материю из себя выбрасывать, а ты? Эллипсоид отключается! Нужно помочь! — скривился он. — Делать мне больше нечего.