Сатгуру

Раджниш Бхагаван Шри

«Шарада Тилака Тантра», 2.145-52

Итак, передачу высшего Учения, которая прямо указывает на абсолютное состояние, следует давать только тем, кто обладает сущностным пониманием или способностью к осознаванию за пределами слов, тем, кто обладает верой, принимает духовные обязательства (самайи) и очень усерден в практике, чей ум всегда устойчив и кто не поворачивает назад, кто готов поднести все свои богатства и все, чем обладает, даже тело, с радостью, без притворства, без сожаления и привязанности, поскольку это указывает на наличие преданности, самоотдачи и самайи. Такой ученик является сосудом, достойным для передачи Учения.

Если он не отходит от устных наставлений Учителя и поступает в соответствии с его рекомендациями, выполняет свое служение, не жалея ни времени, ни сил, поэтому, оставив все мирские привязанности, он способен выполнить все наставления и учения практики. Когда такой ученик выполняет то, что соответствует устным наставлениям Гуру, он может полностью пройти путь реализации до конца.

Воин духа

Качества ученика наивысших способностей

«Он не чувствует ни счастья, ни печали от внешних условий, будь то приятных или неприятных, и не имеет симпатий и антипатий».

Шри Ади Шанкарачарья, «Вивека Чудамани»

1. Непоколебимость. Йогин непрерывно пребывает в естественном состоянии и не покинет своего созерцания, даже увидев Повелителя Ада или слуг Ямы, явившихся, чтобы забрать его, даже если земля и небо поменяются местами и содрогнется Вселенная.

2. Бесстрашие. Ничто не может смутить или вызвать страх у йогина, неуклонно держащегося созерцания, поскольку он видит, что все видения и события неотделимы от их источника – осознавания, в котором он находится.

3. Беспристрастие. Лайя-йогин, пребывая в созерцании, не оставит свое видение, даже увидев тысячи божеств, испускающих сияние, на своих тронах или Будду и Даттатрейю, левитирующих в «позе лотоса», испускающих радуги, поскольку он знает, что все это проявление его собственной природы. Нет ничего, что отличалось бы от его собственной природы.

4. Отсутствие надежды и страха. Такой йогин не стремится к нирване и не страшится сансары. Страх сансары ему неведом и он живет, подобно аватару в нераздельном единстве сансары и нирваны.

5. Отсутствие сомнений. Он никогда не испытывает ни сомнений, ни беспокойств, ни замешательства относительно истинной природы «Я» и проявляющихся феноменов во Вселенной.

6. Выход за пределы двойственных представлений. У него нет мыслей о правильном и неправильном, плохом и хорошем, чистом и нечистом, об альтруизме, спасении других, накоплении заслуг и совершении добродетельных поступков, поскольку такие представления – это часть человеческой иллюзии, основанной на двойственности, приятии и отвержении. Пребывающий в недвойственности, он сам есть воплощение чистоты, абсолютного блага без мыслей о них.

7. Мудрость. Он черпает мудрость из естественного состояния, не прибегая к внешним источникам.

8. Непривязанность к внутренним состояниям. Имея многочисленные сиддхи, знаки, духовные переживания, он равнодушен к ним, зная, что все это просто часть его собственной природы.

9. Преодоление двойственности. Он способен занимать одновременно две противоположные точки зрения или делать противоположное тому, что считается правильным.

10.

«Один вкус». Он равнодушен к хвале и хуле, все для него имеет «один вкус»: добро и зло, чистое и нечистое, правильное и неправильное.

11. Видение иллюзий. Он никогда не вовлекается в двойственное видение, концепции, мысли или действия.

12. Вне концепций. Его сознание и точка зрения не меняются под воздействием логики, аргументации оппонентов, критики.

13. Радость. Он всегда всем непрерывно удовлетворен, пребывая в блаженстве.

14. Игра. Он принимает подобно ребенку любую ситуацию, не отвергая ее, но и не привязываясь к ней.

15. Свобода. Для него нет ни связанности правилами, ни кодекса поведения, ибо он совершенно свободен, если же он придерживается их, то это подобно игре ради других. Его единственным правилом является осознанность, тем не менее, он способен соблюдать любые принципы, если в этом есть необходимость без приятия и отвержения.

16. Вне желаний. Он не затронут радостями и скорбями, влечением и отвержением.

Глава VI

ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ ЙОГА-ТАНТРЫ

Котенок и детеныш обезьяны

Два пути: постепенный и мгновенный

Традиционно существует два пути, ведущих к Освобождению.

Первый – постепенный путь «викас», активное упорное усилие йоги, связанное с методом.

Второй – мгновенный путь «лайя», полное поглощение путем самотрансценденции, устранения усилия и эго, связан с мудростью (джняна).

Путь активного усилия называют постепенным путем метода (упайя) или путем детеныша обезьяны (марката ньяя). В отличие от котенка, которого несет мать, детеныш обезьяны вынужден сам скакать за матерью по деревьям. Путь усилия включает в себя все многообразие методов сутры, крийя-, чарья- и йога-тантры, таких, как йога божеств, начитывание мантр, концентрация, медитация, работа с каналами, ветром и Кундалини. Применяя их, йогин достигает самадхи и открывает исконный Свет нерожденной Реальности и понимает, что теперь нет нужды что-либо делать, нужно просто позволить Свету поглотить себя, и стать единым со Светом через самоотдачу. Так он приходит к пониманию мгновенного пути.

Путь «лайя» включает в себя только понимание путем «джняны» и полную реализацию этого понимания через уничтожение иллюзии «Я», и недеяние вне метода (анупайя). Его называют путем котенка (марджара ньяя). Оставив методы и активное личное усилие, йогин открывается к новому измерению недвойственного видения реальности, пытается сразу войти в него и навсегда остаться в нем. Чтобы это сделать, он полагается только на это недвойственное измерение и устраняет усилия и саму идею «Я», которое прилагает усилия, как являющееся помехой для вхождения в бесконечную Реальность. Подобно котенку, который целиком полагается на мать и позволяет матери таскать себя в зубах, не прилагая личных усилий, йогин на пути лайи, заботится лишь о том, чтобы не выпадать «из зубов» матери Света великой Реальности. Даже если он делает методы, он их делает как созерцание и самотрансценденцию, а не самодостаточные практики, применяя которые, он надеется достичь измерения Света Недвойственности.