Сердце Империи
Шрифт:
Что ж, пора спускаться, рассаживать отряд, договариваться с Олегом. Я на прощание еще раз тронул холодный камень родного храма.
Внимание! Вы вступили на путь Паломника.
В список святых мест добавлен храм Ленивой личины Триединого.
Паломник? Я? Скажите тоже. Хло, ты это тоже слышал?
Москва, ул. Тверская, квартира Гурьева Михаила Геннадьевича.
Еж чувствовал себя неуютно. Вообще, за последнее время он должен был привыкнуть к этому. Если раньше работа доставляла
Это был финиш, полный. Геннадьич откровенно поссорился с головой. Об этом без страха уже поговаривали даже не только его охрана, но и весь обслуживающий персонаж. Быть одному против всего мира Паше не хотелось, да старику этого и не надо было. Он погряз, ушел, залип. Его здесь не было.
Еж посмотрел на швейцарский хронометр, четвертый час утра. Может плюнуть? В конце концов, он не обязан тут сидеть. В няньки не нанимался. Битва за Локтр закончилась уже пять часов назад. Точнее была бесславно проиграна по ряду причин. Именно их уже пытались объяснить аналитики. Они успели взвесить все за и против, разложить каждое действие по полочкам. Вот только Геннадьича тут не было.
Аналитики звонили каждые полчаса, вплоть до двух ночи. А потом прекратили. Один он тут как дурак сидит. Может и правда плюнуть? Пора откровенно признаться самому себе — шеф спекся. Не выдержал нагрузок. Вот только, что если вдруг что с Геннадьичем случится? Паша вспомнил того человека перед офисом, пробивать которого оказалось опасно для собственного здоровья и по его телу пробежали мурашки. Не станет шефа, кто поручится за жизнь самого Ежа?
В принципе, существовало принудительное отключение. Вроде та большая кнопка с правой стороны. Но Паша опасался. Во-первых, он был не спец в области этих виртуальных прибамбасов. Во-вторых, не знал, как отреагирует сам Геннадьич на насильное извлечение из игры. Поэтому оставалось только ждать.
Еж знал, что когда-то, еще на заре создания мира, шефу создали крутого перса. Какого-то то ли мага, то ли колдуна. Паша в этой фигне не разбирался. Для него «Верравия» была лишь блажью для задротов или извращенцев. Нормальный мужик не станет бежать от реальности. Ему и тут нормально. Так вот, шеф даже сначала вроде как играл, или как сам называл «бегал» за этого мага. То ли тестировал, то ли и вправду ему это нравилось. Не разберешь.
А потом вдруг как отрезало. Вроде надоело. Снова стали они по ресторанам ездить, да на конкурсы красоты — моделек для старика отбирать. То есть, жить обычной, нормальной жизнью. И почти не возвращался Геннадьич к этому вирткреслу, или как оно называется… ложемент вроде.
Тут же решил от первого лица на битву глянуть. Перса его еще раньше перегнали с материка на Тойрин. Полез в игру и все, залип.
Паша зевнул и потянулся, разгоняя кровь. Надо хоть сходить, кофе себе слоновью дозу в чайную кружку налить. И уже даже почти собрался вставать, когда за ширмой скрипнул пол. Еж замер, не понимая, почудилось ему или
— Аналитики спят? — только и спросил он.
— Спят.
Еж кивнул, а сам все пытался определить состояние шефа. Точнее уровень его вменяемости. За последнее время это была самая актуальная и неприятная игра. Вроде ничего, раздраженный немного, но это понятно. Как без этого.
— Поднимай всех.
— Отчеты по битве уже скинули, — голос Паши против воли стал тише.
— Да хрен бы с ними, с отчетами, — Геннадьич запахнул халат, прошелся мимо дивана и плюхнулся в глубокое мягкое кресло, — пусть мне лучше расскажут, что это еще за Сердце Империи такое?
Остров невезения
Зачистке побережья позавидовал бы любой отряд специального назначения. Выбранный Олегом небольшой дромон захватили довольно быстро, а остальные «лишние» корабли бомбили уже сверху. Причем уничтожение флота «темных» продолжалось до последнего утлого суденышка — чтобы никто меня не преследовал.
Хотя и сам Навуходоносор говорил, что перестраховка может не сработать. Лично он точно не стал бы держать все яйца в одной корзине. Конечно, его люди еще собирались прочесать побережье дальше, но их не так много, а Тойрин огромен.
На моей стороне оказалась фора во времени, которую надо было быстро использовать.
— За точкой возрождения следите! — доносится до меня голос Олега.
Я не представляю, на чем держится Навуходоносор. Мне удалось подремать на Коре, пока мы неслись сюда — даже разок чуть не сверзился вниз. Благо Хло с видом «не умеешь спать на верхней полке, нечего лезть на нее» подхватил. А вот кланлид «Миротворцев» часов двенадцать, если не больше в игре. Без перекусить, и, простите за французский, пописать. Бог его знает, что случится потом с телом, когда он расконнектится.
Ожившие разом «темные» так синхронно, что им позавидовали бы даже наши пловчихи, мрут. То ли я стал сентиментальным, то ли просто сам по себе не злой, но мне этих бедолаг даже жалко. Берут в один из дней ставят тебя в охрану кораблей, на которых лишь скудная команда из неписей, отрезав от общей веселухи. Ни грабежей, ни взятия городов. Работаешь, прости Господи, за оклад. И тут еще «подфартило». Сваливаются, как снег на голову враги, и начинают рубить тебя в мелкую щепу для растопки самовара.
Союзники на помощь прийти не спешат. Вернее, выслали крохотные силы летунов — но те лишь вдали покружили, благоразумно решили, что с них на сегодня унижений достаточно и отправились восвояси. Вот тебе и темное единство.
— Кирилл, пойдем, — легонько толкнул меня Тео.
Лучник оказался одним из игроков сопровождения, которого я знал. К слову, его старый друг Кадуцей тоже был здесь, но он категорично высказался в духе «скорее портянки свои съест, чем попрется на этот дурацкий материк, тут дел по гланды». А мне только лучше без этого постоянного раздражителя.