Сердце Малого Льва
Шрифт:
ручейки. От стоянки модулей в главный корпус вела прямая дорожка, по которой шустро
пробегали молодые, энергичные ребята, веселые, шумные, разодетые пестро и немыслимо
разнообразно.
Эдгар никогда не был студентом, эта счастливая пора для него так и не наступила. Ему
пришлось очень быстро повзрослеть, и он немного завидовал тем, кому сейчас двадцать. Да
если бы ему, да в те годы попасть в такое общежитие! Уж он бы им устроил веселую жизнь!..
– Оливия Солла?
–
никогда не приходили мужчины, - она живет в пятом корпусе, комната тринадцать... но ее
сейчас нет.
– Разве она на занятиях?
– тоже в свою очередь удивился Эдгар, занятия в Университете
для Оливии кончились, через неделю она отлетала на Пьеллу.
– Нет, - ответила комендантша, - она отправилась в парикмахерскую.
– 7 -
– Даже так?
– усмехнулся он.
– А что?
– рассудительно заявила солидная дама, - давно пора. Все-таки на другую
планету летит. Неужели и там будет ходить как чучело?.. Извините...
– Рад за нее, - сказал он бодро, - подскажите мне тогда, как найти Льюиса Тапиа.
– Льюис, - прищурилась она, - Льюис Тапиа... вы что, из комиссии?
– Угадали.
– Ваш Льюис сейчас в Университетской библиотеке, сдает книги и журналы. Перевернул
все общежитие, пока нашел все, что нужно.
– Славный парень, правда, - улыбнулся ей Эдгар.
Комендантша посмотрела на него вполне серьезно.
– Лучше не бывает.
Ответ Эдгара немного удивил.
– Вам жаль, что он улетает?
– спросил он сочувственно.
– Ужасно, - вполне искренне ответила женщина, - но он всегда мечтал об этом. Знаете,
это какой-то звездный мальчик. Я всегда удивлялась, почему он не пошел в Космофлот, а стал
изучать какие-то волновые процессы.
– А отец его был космолетчиком?
– продолжал расспросы Эдгар, комендантша, очевидно,
много знала о своих подопечных.
– Нет, он был торговым представителем и поэтому часто летал... Да Льюис его совсем не
помнит.
– А мать? Помнит?
– Еще бы... Но он мало о ней говорит. Лучше и не спрашивайте.
– Спасибо за совет, - улыбнулся Эдгар и распрощался с ней.
Льюиса он стал поджидать у входа в библиотеку. Корпуса Университета были огромны и
стояли высокими призмами и низкими, расплющенными цилиндрами на крутом берегу
Тевкра. Они все как будто были собраны из одних окон, и яркое весеннее солнце отражалось
в отполированных стеклах во всем своем жизнеутверждающем блеске.
Эдгар остановился у парапета, ограждающего обрыв. Внизу, в темной, торопливой воде,
проплывали обломки грязных льдин. Зато плиты набережной были отмыты, отчищены и
неправдоподобно
Счастье, вот что он почувствовал, опершись на парапет, весеннее солнечное счастье
бытия на прекрасной планете, силу, молодость, надежды... И как воплощение этого счастья
из зеркальных дверей библиотеки вышел Льюис Тапиа. Эдгар был заранее настроен на него,
поэтому даже не понял, кому принадлежит эта всепоглощающая радость жизни: ему самому
или этому юнцу.
Дела у парня шли прекрасно. Сбывалась его мечта, он чувствовал себя избранником.
Почти вприпрыжку спустился он по лестнице и бодро направился к стоянке такси.
Трехцветная яркая куртка была распахнута, шапку он уже не носил.
– Льюис Тапиа!
– окликнул его Эдгар.
Красивый был мальчик, ничего не скажешь: стройный, спортивный, улыбчивый. У него
были светлые кудри ангелочка и огромные и честные синие глаза. В нем не было решительно
никаких недостатков, и это само по себе раздражало. Подойдя к Эдгару, он почему-то
смутился и покраснел как девушка.
– Здравствуйте, господин Оорл...
– Здравствуй, - кивнул Эдгар, - красиво у вас тут.
– А... на Пьелле разве не красиво?
– С таким размахом мы не строим, это уж точно.
– Но дело ведь не в масштабах...
Что-то сильно смущало прекрасного юношу, и куда-то вдруг подевалось его безмерное
счастье. Это было странно.
– Я хочу задать тебе пару вопросов, - сказал Эдгар, - если не возражаешь, пройдемся по
набережной?
– Не возражаю, - был почти испуганный ответ.
– 8 -
Пришлось дать парню время справиться со своим страхом. Минут пять они шли молча.
Эдгар смотрел на грязные осколки льдин в реке и на носки своих сапог.
– Вы, наверно, хотите, чтобы я сам во всем признался, - вздохнул Льюис, и это было так
неожиданно, что оба остановились.
– Хочу, - сказал Эдгар, не понимая, о чем речь.
– Но поверьте, я ведь сам не знал до вчерашнего вечера, - смущенно пробормотал Льюис,
– я ведь правда думал, что вы смотрели мою работу... я не собирался никого обманывать... у
меня и распечатки с собой есть, вот, смотрите, это я сам рассчитывал...
– Стой-стой, не надо никаких распечаток, - прервал его Эдгар, - я в них всё равно ничего
не пойму. Давай по порядку. Что стало с твоей конкурсной работой?
Прекрасный юноша, еще и патологически честный к тому же, растерянно посмотрел на
него и стыдливо опустил свои синие глаза.
– Я сдал ее. А он заменил ее своей. Конечно, он умней меня, и ему хочется, чтобы я