Сердце Зоны
Шрифт:
Волнение вожака передалось стае. Кабаны забегали вокруг, одна самка взволнованно хрюкнула, другая ни с того ни с сего пнула мордой в бок младшего самца…
В сознании секача появился сложный, состоящий из нескольких петель узел. Болотник ослабил напряжение - и через миг вновь очутился стоящим на коленях возле рощи.
Только теперь от здания со столбом к нему шла тончайшая, как волос, нематериальная нить.
Он открыл глаза, помассировал шею, встал и потянул.
Раздался приглушенный визг, потом треск деревьев. Макс стоял неподвижно. Хруст веток, топот - все ближе. Он не шевелился.
Прямо
Болотник шагнул вперед. Кабан стоял на месте. Сталкер перекинул ногу через его спину и взгромоздился на поросшую жесткой шерстью холку. Вожак хрипнул, качнул головой. Болотник увидел, как округлый уголек его сознания начинает разгораться, и поспешно ослабил нить, одновременно натягивая другую.
Зверь замер в полной покорности.
Макс вытащил из-под плаща лохматую веревку. Соорудив скользящую петлю, просунул ее между могучими челюстями, завязал концы… вскоре у него было подобие поводьев.
Через минуту кабан, взбежав по склону насыпи, выскочил на шоссе, и копыта тяжело загрохотали по асфальту. Сзади донеся стук. Крепко сжимая поводья, Болотник оглянулся: вся стая, недоумевающая, но покорная своему вожаку, мчалась следом.
Макс собрался было пугануть их… И передумал, решив, что это слишком опасно: зверей было много, занимаясь ими, сталкер рисковал выпустить из-под контроля вожака. Пусть себе скачут. Возможно, они даже окажутся полезными.
Они съехали с насыпи, поставили броневик под прикрытие деревьев и залезли в крону одного из них, самого высокого.
– Умеешь ты выбрать злачные места, - проворчал Никита, в последний раз окидывая взглядом угрюмую местность и передавая бинокль напарнику.
– Нельзя, нельзя с Червями никаких дел иметь!
– Я с ними дел иметь и не собираюсь, - возразил Андрей.
– Хочу только заставить помочь нам.
– Заставить! Их заставить нельзя. Болотник, может, сейчас за нами по шоссе гонится, всего на несколько километров отстал, а мы, вместо того чтобы к Свалке мчаться во весь опор, встали тут.
Андрей посмотрел в бинокль. Впереди насыпь становилась отвесной, на ней висели ржавые волосы - штука зловредная и опасная. Участок, где по склону было не подняться, тянулся километра два. Примерно посередине в нем было широкое круглое отверстие, начало бетонной трубы, когда-то - часть искусственного водного канала, проложенного под шоссе. Канал давно пересох, вход в трубу был частично заложен кирпичной кладкой, загроможден ящиками и какой-то рухлядью… Братья Черви жили там, внутри. Их было не то пятеро, не то шестеро, точно Андрей не знал и подозревал, что никто, кроме самих Червей, не знает. Они взимали дань с проезжающих или проходящих мимо, торговали своим зельем, а еще ловили мутантов для сафари, которое с некоторых пор стало в Зоне прибыльным бизнесом.
Химик повел биноклем в сторону. Квадратный участок поля перед трубой имел странный синеватый
– Попадешь в него?
– спросил Химик, возвращая напарнику бинокль.
– В кого?
– тот посмотрел и понял.
– О, гляди, и эти слепых псов приручили, как все равно в Лесном доме…
– Во-первых, не псов, а пса, - возразил Андрей.
– А во-вторых, почему ты решил, что приручили? Просто изловить смогли и на цепь посадить, чтоб территорию охранял.
– Слышал, у Червей там такое растет, что мозги совсем набекрень сворачивает. Они свою дурь с ржавыми волосами скрестили. Ну и вообще - Зона-то на все влияет, в том числе и на растения. Радиоактивная аномальная конопля, особый чернобыльский сорт! Она, должно быть, так с ног валит… Черви по пятьдесят за коробок ее продают.
– Так попадешь?
Никита кивнул.
– Только винтовку надо из салона принести. Здесь же в ветвях и устроюсь. А у тебя что за план?
Химик быстро рассказал, и Пригоршня, не отрываясь от бинокля, поморщился.
– Слишком хитрый он у тебя какой-то… Вон младший Червь идет! Как его… Псих, кажется?
До них донесся лай и приглушенный лязг.
– Дай сюда.
– Химик забрал у напарника бинокль. Слепой пес бился на цепи, лаял, исступленно рычал: Червей он не признавал, как и прочих людей. Вдоль будок с решетками, за которыми сидели изловленные братьями мутанты - в основном зомби и псевдоплоти, - шел высокий сутулый человек, одетый в штаны и жилетку. Штаны были закатаны до колен, жилетка оставляла руки голыми. Псих был ужасающе, нечеловечески худ, конечности казались тонкими светлыми палками. Волосы на голове частично выпали, те, что остались, торчали во все стороны. Червь держал за конец длинного ствола ружье, приклад волочился по земле, в другой руке было лукошко, полное серой поблескивающей массы.
– За грибами, что ли, с винтовкой ходил?
– хмыкнул Никита.
– Ну да, у нас тут такие грибы попадаются… Без ствола страшно на них, еще укусят.
– Там не грибы, - возразил Химик.
– Это… пиявки, что ли? Или личинки какие-то?
– Чего? Дай посмотреть, - Пригоршня забрал бинокль.
– Иногда мне кажется, что Псих не в своем уме, - скептически произнес он, наблюдая за тем, как нелепая тощая фигура исчезает в узком проходе, который ведет в жилище под насыпью.
– Точно. И почему его не назвали Безумцем? Так ты все понял, да?
– Понял, понял. Хотя не нравится мне твой план, опасный и чересчур какой-то хитроватый. Сам себя перехитришь когда-нибудь. Это ж Черви! Нельзя с ними никаких дел иметь…
– С ними треть Зоны дело имеет, все, кому они зверье для сафари продают или наркоту свою. Хватит спорить, напарник. Сам говорил: времени нет, Болотник все ближе. Давай, тащи что нужно.
Андрей спустился на землю, а Никита прыгнул прямо на крышу броневика и сквозь откинутый люк башенки проник в салон. Спустя минуту он вышел через дверцу со снайперской винтовкой и пятилитровой канистрой бензина. Канистру отдал напарнику, а сам полез обратно на дерево.