Сева
Шрифт:
Мы крепко пожали друг другу руки. Попрощавшись, я вышел из его кабинета.
Погода была пасмурной, но это не мешало мне идти домой в солнечном настроении. Вдруг в кармане завибрировал телефон.
– О, Вик, привет. Как дела, принцесса моя?
– Сева, привет, все хорошо, соскучилась сильно, когда ты уже придешь? Я такой вкусный ужин приготовила и хочу попросить, чтобы ты свечи взял.
– Вика, милая, я сегодня у мамы останусь, кое-что надо по дому сделать.
– А как же ужин? – расстроенным голосом спросила Вика. – Может, сделаешь по дому и придешь?
– Я постараюсь. Не
– И я тебя целую. Жду.
Под предлогом «кое-что надо по дому сделать» я имел ввиду совсем другое. На самом деле мы с мамой договорились накрыть стол и отметить последний вычеркнутый из блокнота долг. Об этом событии я не хотел рассказывать Вике, и потому пришлось немного соврать.
В прихожей я почувствовал запах куриных бедер под сыром, который доносился из духовки.
– А чем так вкусно пахнет? Или это от соседей?
– Сыночек, привет! – мама быстро подбежала, поцеловала и, не дав мне раздеться, добавила: – Так, сынок, вот денежка, беги в магазин и купи какой-нибудь сок и сливочное масло, а я побежала на кухню, а то бедра сгорят, – и мама удалилась.
Я, не став переодеваться, вышел на улицу и пошел в сторону магазина, как вдруг услышал крик со стороны:
– Сева, дружище, здарова!
Обернувшись, я увидел, что в беседке сидели ребята и играли в карты. Это были мои старые друзья, с которыми я одно время общался. Я свернул с маршрута и подошел к ним поздороваться.
– Всем привет! – пожимая ребятам руки, поприветствовал я.
На мне была одежда, в которой я ходил на работу, и она сильно отличалась от одежды ребят. Они все были одеты по-простому, кто в спортивной одежде, кто просто в прогулочной. Буквально недавно я был таким же, как они, причем не только внешне, но и внутренне, а сейчас стою возле них и чувствую на себе их взгляды совсем не дружеские, и ощущаю себя не в своей тарелке.
– Ну что, Сева, как дела, как на работе, колотишь деньжата? – с сарказмом спросил Вася.
Он был немалого роста, крепкий, но таким тоном он ко мне обратился впервые. Даже в прошлом, когда мы проводили время в общих компаниях, он не позволял себе такого. А сейчас, среди своих нынешних друзей, он чувствовал себя главным, так как был самый старший среди них.
– Сказать, что колочу, не скажу, но на носки хватает, – ответил я с тем же сарказмом и дал понять, что не желаю дальше общаться.
– А мелочь есть какая? А то мы не работаем так, как ты, у нас нет знакомых в управлении. Может, подкинешь нам на «ход ноги»?
Вася говорил это все с той же ехидной улыбкой и перебирал колоду карт над столом, над тем самым столом, который мы когда-то сколотили из досок. Он окинул взглядом своих друзей в поиске поддержки. Все они ухмылялись и смотрели на меня в ожидании ответа. Их было человек пять или шесть. Он просил не из нужды – хотел унизить. Для Васи это был хороший шанс поднять свой авторитет на ступень выше, осадив меня.
Я, проигнорировав его вопрос, задал свой:
– А во что играете-то?
– А ты че, сыграть хочешь, но ты знай, интерес у нас один, – и он жестом показал на деньги.
– Вообще то я спешу, но уделю время такой веселой компании.
Я аккуратно снял галстук через голову, бережно сложил и положил в карман брюк.
– Так во что играете-то, какая игра нынче в моде?
– В буру, – и Вася положил колоду на стол.
– В буру, так в буру.
Я закатал рукава белой рубашки и сел поудобнее, облокотившись на стол.
– Ну что, Василий! Шурши колодой, – улыбнувшись, сказал я, глядя ему прямо в глаза, и пододвинул к нему карты.
После моего предложения ребята засомневались и глянули на меня совсем по-другому, с осторожностью.
– Я смотрю, манеры твои остались при тебе, несмотря на галстук, – тасуя колоду, сказал Вася и нехотя улыбнулся.
– Каковы ваши ставки, госопода?
Вася посмотрел на одного из своих товарищей, тот достал несколько купюр и положил на стол.
– Ух ты, такой запас, а мелочь просишь.
Я достал из заднего кармана портмоне и вытянул оттуда последние деньги, но их не хватало для ставки, и я добавил из тех, что дала мама. Я чувствовал не азарт, я чувствовал волнение за мою репутацию, а это больше, чем деньги.
Вася начал раздавать карты, а все его друзья, окружив нас, наблюдали за игрой, как на мировом матче. По местным и дворовым правилам победит тот, кто выиграет трижды. Вася выиграл две игры подряд и с довольной улыбкой тасовал карты на последнюю, как он думал, игру. Он насвистывал себе под нос какие-то песни и делал это так, как будто деньги были у него уже в кармане. Я с самого начала обратил внимание на знаки, которые подавал ему его друг, стоя у меня за спиной, но я молчал эти две партии. Взяв карты в руки перед третьей партией и не взглянув в них, я, не отрывая глаз от Васи, сказал ему спокойным голосом:
– Скажи своим пастухам, чтобы отошли от моей спины, иначе вместо моих карт будут пасти улиток в дурдоме с проломленной головой.
Вася с нервным видом сразу ответил:
– Мне никто не передает… а за такие предъявы можем тебя в дурдом отправить. Но если тебе будет спокойней… – и он, чувствуя преимущество в два выигрыша, обратился к «пастухам», что стояли у меня за спиной: – Идите в магазин, купите мне сигарет.
И они ушли.
Я выиграл у него сразу две партии подряд, осталась решающая.
– Василий, а что вдруг свисток твой перестал песни напевать, батарейка села?
Его глаза засверкали злостью и налились кровью.
– Еще один укол, и ты домой сегодня не попадешь, – сквозь зубы процедил он.
– Ты меня количеством не бери, – и я указал взглядом на окружающих. – Давай поступим так: я закрываю глаза на твой подлый ход в игре, благодаря которому ты выиграл две партии, забираем каждый свои ставки и расходимся.
– Нет уж, взялся за карты, ходи.
У него появилась белая слюна на уголках губ, и выглядел он очень возбужденным. Я понимал, что в случае моей победы я просто так не уйду, а проиграть – это просто взять и положить деньги ему в карман, так еще и репутацию поставить под удар.