Северная буря
Шрифт:
— Живой акулий младенец в утробе матери? Вот уж никогда ни о чем подобном не слыхала. — В течение долгого мгновения она расширенными глазами разглядывала оберег. — Последний колдун дикарей, которого пришлось загнать, носил ожерелье из акульих зубов. Ты об этом подумал? Как ты считаешь, что это значит?
— Не знаю, ничего не могу сказать, — признался он устало. — Но да, я вспомнил того колдуна дикарей.
Тепло его крови на моей коже, когда я настиг его и перерезал глотку от уха до уха. Его тяжесть в моих руках и дух его смерти. Дев предлагал мне утопить эти воспоминания во хмелю. Не потому ли северяне так много пьют, чтобы легче было
— После того как я покинул Итрак и Рекху, я почти весь остаток ночи потратил, ища среди записей предков Чейзенов какие-нибудь сведения об акулах, которые могли бы объяснить такое знамение, — он покачал головой. — И не нашел ничего внятного. Но ты говорила, что еще не исполнила поручения Шек Кула, и это навело меня на мысли, насколько нам необходимо поскорее освободиться ото всех захватчиков с их тайнами, — он поглядел на нее. — Это столько же касается тебя и меня, сколько и владения Чейзенов. Мы не сможем смотреть в будущее, пока не освободимся от прошлого.
Ризала решительно взмахнула рукой:
— Тогда давай избавимся от последних дикарей как можно быстрее. Чего ты хочешь от меня?
Кейда взглянул на широкий голубой пролив и скользящие по воде суда.
— Мы знаем, что они все еще скрываются на островах Змеептицы. — И указал в сторону зеленых бугорков, едва различимых в морской дали. — И я сомневаюсь, что хоть одному из них удастся ускользнуть от «Прозрачной Акулы» даже если они утонут в этих водах. Тем не менее мне нужна уверенность, что не останется и следов этой заразы где-нибудь на Балайе или Далао. — Он повернулся и поглядел на россыпь длинных островов на дальнем краю череды обширных отмелей, где, как он знал, густо росли морские травы, а среди них мирно паслись бурые и серые черепахи. — Ты можешь проплыть мимо всех деревень и еще раз проверить их для меня?
Потому что я не могу выделить для такого поручения меченосцев. И пусть я даже не могу с тобой возлечь, мне хотелось бы держать тебя поближе к себе и не подвергать опасности.
Ризала оглядела небольшой флот, бездействовавший на водах.
— Я понимаю так, что кто-то постоянно будет держаться поблизости и пересылать мои доклады тебе?
Вождь кивнул.
— Такую почетную обязанность заслужил «Желтый Змей».
— Тогда вопросов больше нет, — она поглядела на нетерпеливое лицо Дева и лучезарно улыбнулась, прежде чем протянуть ожерелье из акульих зубов вождю. Он отмахнулся:
— Нет, оставь у себя. Единственное, в чем сходятся все источники, это что их зубы оберегают от утопления или от нападения акул. Я хочу, чтобы ты была как можно лучше защищена. — Он поглядел на Ризалу, надеясь, что она заметит тоску в его глазах.
— И ты себя береги, — сказала она хрипло, прежде чем, подняв пальцы, пронзительно свистнуть триреме. — А теперь ступай и делай, что должен. — Она повернулась к нему спиной и начала освобождать румпель суденышка, чтобы подвести «Амигал» ближе к нависающей корме триремы.
Кейда внимательно следил, как сбрасывают веревочную лестницу, неловко поймал ее, а затем решительно взобрался, не оглядываясь на «Амигал».
У нас не должно быть тайн друг от друга. Всякий раз, когда я говорю, что их нет, я жду раската грома или любого другого знака в ясном небе, чтобы все призадумались: какая и чья произнесена ложь? Хотя я не лгал. Я просто не сказал всего, что мог бы. Когда у нас появится время друг для друга, я скажу тебе больше. Сколько ни болтала Рекха о владении Дэйш, как они все там процветают — взрослые
Ни одна из женщин, которые делили со мной ложе, кажется, не лелеет память о нашей близости и не считает, будто от этого что-то приобрела. Итрак Чейзен, похоже, даже не думает воспользоваться случаем. Не лучше ли мне дождаться какого-нибудь верного знамения, прежде чем решиться на новую связь?
Особенно с Ризалой. Никогда еще я не испытывал подобного влечения к женщине. И такого страха, что могу потерять великую драгоценность.
— Мы готовы в путь, мой господин? — Дев протянул руку и помог Кейде перелезть через кормовой поручень «Прозрачной Акулы».
— Готовы. — Вождь кивнул старшему на судне, решительно отстраняясь от глухой боли, вызванной желанием близости с Ризалой. — Идем к островам Змеептицы, мастер Мезаи.
— Как тебе угодно, мой господин, — мореход подал знак старшине гребцов на весельной палубе и сложил сильные руки поверх короткой просторной безрукавки, бледно-голубой, с узором из вьющихся морских трав. Гребцы склонились над веслами, а парусная команда поспешила развернуть огромное колышущееся полотно на мачте, чтобы воспользоваться ветром, бьющим в корму. Даже при этой благоприятной возможности гребцам все равно придется долго и упорно трудиться, чтобы попасть в густо-синие воды, где отмели уходят в таинственную тьму. Мастер Мезаи с записями о здешних течениях и отмелях, которые заткнул за пояс из шкуры ящерицы, стоял подле своего кормчего, помогая управиться с неподатливыми кормовыми веслами, ибо яростное течение так и норовило снести тяжелое судно с курса. Кейда наблюдал с юта, как маленький флот поворачивает по водам, противясь упорной воле морских валов, которые шутя могли бы выбросить эти скорлупки в открытый океан навстречу множеству опасностей.
Нам придется вести разные сражения. И я тщательно рассчитал сроки плавания, чтобы прибыть к цели в день, неблагоприятный для наших врагов. Большая Луна затемнена и движется, незримая, в дуге небес, где наши враги могли бы искать благие для себя знаки, меж тем как Малая Луна перебралась в дугу союза, где Зеркальная Птица распростерла крылья как вызов колдовству, дабы отразить будущее от небес на землю.
Кейда ощущал немалый вес одного из звездных кругов Чейзена Сарила в кармане штанов. Одного их самых маленьких, размером едва ли с ладонь, но одного из старейших. Гравировка на латуни порядочно стерлась, а сам металл потускнел.
Хороший выбор оберега, раз уж я стремлюсь защитить это владение. И не стоит медлить. Еще несколько дней, и мы увидим одно из тех загадочных и великих смятений по всему небесному кругу, когда на небе нельзя будет прочитать ни одного знака.
— Пора надевать доспехи, мой господин, — нетерпеливый голос Дева вернул его на палубу. Приближалась битва.
Если я не могу разделить желанное блаженство с Ризалой, то могу хотя бы вложить часть моей досады в движения меча.