Шериф
Шрифт:
С отдельным наслаждением я прослушал, как Самеди вызверился от прошлой моей акции. Перебитый КПП, три машины с бойцами, уведённые прочь из города. Не вернулся никто. Так вот, Франсуа угрохал нескольких своих же подручных — вскрыл им брюхо и принёс в жертву, чтобы наслать на меня проклятие. Или жертвы были хреновые, или никаких проклятий не существует. Что же более вероятно?
Выхожу из тупика, вытирая руки от крови, а ко мне уже задумчиво идёт Накомис.
— Слушай, там какой-то человек странный приехал…
— Насколько странный? Хобот на лице?
Полицейская жуёт губами.
— Тебе лучше самому взглянуть. А что эти придурки, заговорили?
— О да, потом расскажу.
— Секунду, надо кого-то оставить за ними приглядеть.
— Уже не надо.
Она хмурится, но ничего не говорит, хотя не сомневаюсь, к этому вопросу мы ещё вернёмся.
Выхожу за пределы лагеря и вижу парня лет двадцати пяти в чёрных брюках, простой белой рубашке и подтяжках. На голове соломенная шляпа. И верхняя, и нижняя губа гладко выбриты, зато длинная чёрная борода падает аж до ключиц.
Очень интересно. Что здесь понадобилось амишам?
Парень смирно стоит рядом с велосипедом, но при виде меня оживляется.
— День добрый, это вы лидер этого поселения? Вы просто обязаны нам помочь!
[1] Кенджутсу — японское искусство владения мечом.
[2] Доджо — места, где проходят тренировки, соревнования и аттестации в японских боевых искусствах.
Глава 14
— Обязан? — вскидываюсь я. — Кому должен, всем прощаю.
Парень теряется.
— Но как же? Мы люди мирные, мы не верим в насилие! Нам нужна ваша помощь!
— Вам пример бы с падре взять, — ухмыляюсь я и тыкаю себе за спину — на лагерь Кёртиса. — Ему вера не мешает держать дробовик.
— Значит, в его сердце нет истинной веры, — возражает неизвестный. — Ударившему, подставь вторую щёку.
— Так, давай без теологических споров.
Пробегаю по бородатому Оценкой.
Исайя “Енох” Шварц
Класс: Лазутчик
Редкость: Серебро
Ранг: Ноль
РБМ: 42 единицы
— Что ты мне заливаешь про пацифизм? — не выдерживаю я. — С твоим РБМом ты явно прикопал дюжину-две тварей!
— Защищаться от диких зверей не возбраняется, — как-то обиженно отвечает Исайя.
— Тогда в чём проблема? — бросаю непонимающий взгляд на Накомис, та пожимает плечами.
— Лиходеи пришли в наш дом, — мрачно вещает парень.
— Прямо лиходеи? — не могу сдержать улыбку. — Тати ночные? Практически ироды?
— Ироды самые настоящие! — кивает Исайя.
— Дай угадаю, послал их человек, чьё имя начинает на “Са”, а заканчивается
Енох отчаянно кивает.
— Выкладывай, а мы послушаем, хотя постой. Долго сюда добирался? Дать тебе чего перекусить или выпить?
— Не откажусь от стакана воды.
— Тогда пошли.
Мы отходим к трейлеру, где я когда-то ночевал. Бородач с благодарностью принимает флягу и складной стаканчик, садится и начинает говорить.
— Как я уже сказал, мы люди мирные и далёкие от мирской суеты. Поэтому и основали поселение в лесу, вдали от городского шума.
Это он про Уайтклэй с его двумя улицами? Ребята не слышали настоящий шум.
— Когда настала Великая Скорбь, очень многие из наших друзей и близких погибли, — он мрачнеет. — Некоторые старейшины призвали сложить оружие и выйти навстречу чудовищам.
— Надеюсь, они получили премию Дарвина, не утащив за собой остальных?
Накомис прячет улыбку. Исайя игнорирует вопрос и продолжает:
— С их уходом, выжившие решили защищаться от слуг Зверя до наступления Вознесения.
— Красавчики. Ударим хедшотами по антихристу.
Енох кривится от моей легкомысленности.
— В меру наших скромных сил нам это удавалось. Однако вчера всё изменилось, когда в нашу общину приехали злые люди. Они отобрали наше оружие и припасы. Калечат и издеваются над нашими братьями и сёстрами. Особенно сёстрами, — с тяжёлым вздохом добавляет он. — Многих они… — неоконченная фраза повисает в воздухе.
Накомис сжимает свой лук так, что белеют костяшки.
— Я так понимаю, огнестрельное оружие у вас было в наличии. Не перестреляли вы их к херам, потому что пацифизм головного мозга, верно?
Исайя отводит взгляд.
— Где сейчас эти ублюдки? Ограбили вас и уехали, пообещав вернуться? И теперь ты, как та крестьянка, ищешь семь ковбоев, чтобы защитить вашу деревню от бандитов?
— Что? — теряется собеседник. — Нет. Они обосновались в нашей общине, ведут себя разнузданно и жестоко. Похоже, не собираются покидать её в ближайшее время. Сестра Сара подслушала их разговоры. Лиходеи намерены сделать из нас рабов, которые будут выращивать для них пропитание. Я не мог смотреть на творящееся беззаконие и ночью тайно выбрался, чтобы найти помощь. Я слышал, что здесь живут верующие люди. Надеялся, что кто-то из них откликнется на мои мольбы.
— Понятно. Вы хотите, чтобы мы пришли и решили за вас эту проблему?
Исайя отчаянно соглашается:
— Ваши души всё равно потеряны, однако вы можете спасти наши!
С улыбкой смотрю на него и трясу башкой.
— Такой ты простой… Типа, нам всё равно дорога в ад, но хоть по пути их с собой захватим?
Он радостно кивает с улыбкой на лице. Мол, наконец, мы достигли взаимопонимания.
— Во-первых, кто там заливал про вторую щёку? Тебя от лицемерия собственного не корёжит, а? Что же вы щёку-то не подставите? Или другую какую часть тела? Или если мочить бандитов будете не вы, то и грех не на вас?