Шериф
Шрифт:
Тай без слов срывается в сторону здания, не отстаю и я, бросив за спину:
— Ждите здесь.
Глайдом сокращаю дистанцию к дому, стремительно пролетая сквозь открытое пространство. Обгоняю мечника и успеваю попутно повертеть головой по сторонам. Никого.
Николай отстаёт лишь на несколько секунд, когда я врываюсь в прихожую. Здесь свалена вешалка с верхней одеждой, а пол покрывают грязные следы. Коридор выходит в обширную гостиную, из которой доносятся вскрики и звуки борьбы.
Секунда, и я внутри. Глаза сразу
Реагируя на шум, Пиранья рывком разворачивается и вытягивает в мою сторону руку. Он не удивляется, не пытается что-то сказать или спросить. Сразу формирует огненный сгусток на конце пальцев, но под Спуртом я покрываю разделяющее нас расстояние за миг, и широкое лезвие обрушивается на подставленную конечность, словно гильотина.
Кисть, отсечённая в запястье, летит на ковёр. Кровь с силой выплёскивается из обрубка, и ублюдок раскрывает рот для крика. Я быстрее. Кулак, усиленный зажатым ножом, вбивает зубы в глотку трусливой мрази. Резцы мимолётно скребут по коже, но не могут пробить её. Несорвавшийся вопль сменяется сипением.
Сила удара отбрасывает Роберта назад через тело женщины, которая в шоке взирает на происходящее. Он кашляет и царапает горло, пытаясь выплюнуть зубы, набившиеся ему в горло.
Уши улавливают шелест стали позади, и, крутанувшись, с револьвером в руке, я замечаю сползающего по стене подельника. Того, что прятался от штурмовика. Я совсем забыл про него, а, меж тем, он находился в соседней комнате. Тай распластал его одним косым взмахом.
Две вещи происходят одновременно. Женщина находит в себе силы, чтобы сесть, а дверь в торце комнаты сотрясается от удара. Николай и я пристально смотрим на источник шума. В замочной скважине торчит ключ. Кто-то бьётся в неё и стучит.
Светловолосая крестьянка пытается что-то сказать, указывая на дверь, но не может выдавить членораздельную фразу. Пережитый шок отнял у неё способность трезво мыслить и говорить.
Пожав плечами, Тай проворачивает ключ и сразу же смещается назад. В ту же секунду в комнату влетает подросток. Я не дал бы ему больше шестнадцати. Семейное сходство с женщиной заметно невооружённым глазом. Он бросается к ней и падает на колени, стиснув в объятиях. Та подрагивает, синяк на лице уже наливается цветом, как и алые отпечатки пальцев на горле.
Всё это занимает несколько секунд, и однорукий Роберт только-только умудряется сделать полноценный вдох. Не давая ему прийти в себя, молниеносно швыряю его на пол, подсекая ноги. А следом перед женщиной гремит мой топорик. От стука она сжимается, смотрит на оружие, на Пиранью, снова на оружие и мотает головой.
— Нельзя, — хрипло шипит она. — Нельзя. Грех.
Пока я пытаюсь переварить эту логику, белобрысый подросток с серыми глазами хватает топор и с диким криком
Трус умирает, как и жил, ничтожеством.
— Что ты наделал?! Что ты наделал?!
Сдавленные крики матери прерывает отсвет арканы из жетона на груди убитого. Он сверкает серебром, и парень, не думая касается его.
Он что ли…
Оценка несколько долгих секунд молчит, но в итоге подтверждает, подросток получил класс.
Мэттью “Не выбрано” Тройер
Класс: Пиромант
Редкость: Серебро
Ранг: Ноль
РБМ: 14.4 единицы
Статус: Шок
— Мэтт, нас привёл Исайя, — негромко говорю я. — Бери мать, и спрячьтесь в подвале.
Тот пялится на свои руки, заляпанные кровью, и не сразу реагирует. Запоздало кивает и тянет женщину за собой к той самой комнате, где его и заперли изначально.
На теле Пираньи я нахожу пистолет и два запасных магазина. Больше ничего. Мне очень интересно, как они собирались выделить редкие классы среди амишей? У кого-то есть Оценка?
— Идём, — окликает меня вернувшийся Тай. — Второй этаж чист.
— Ты прав. Двинули.
Выглянув на улицу, убеждаюсь, что других людей здесь нет, и быстро пересекаю открытое пространство. Накомис сразу задаёт вопрос:
— Что случилось?
— Вычеркнули ещё двоих. Осталось… кажется, шесть? Или семь?
— Кваз больше не показывался?
Вся троица, даже Ракета, мотает головами.
— Надо зачистить последних говнюков и постараться застать врасплох Ушастика. Это повысит шансы.
— С двух сотых до трёх сотых? — с ноткой фатализма вздыхает Нако.
— Прорвёмся.
В одном из ближайших зданий мы находим ещё троих бывших заключённых. Двое беззаботно дрыхнут, разойдясь по комнатам, лишь последний чистит оружие и поглядывает на дверь. Накомис снимает его стрелой через окно. Звенит разбитое стекло, и дальше мы работаем на скорость, хотя по факту можно было не торопиться. Та парочка так и не проснулась из-за шума.
Покончив с ними, планомерно проверяем соседние здания. Бандитов не находим, но встречаемся с парой амишей. Их успокаивает Исайя. С ними он и остаётся.
Я вместе с Таем подступаю к очередному двухэтажному дому.
— Кажется, сюда направился Кваз, — шепчет полицейская.
— Что ж, надо решать с ним вопрос. Иди вон туда, — указываю себе за спину, на крышу соседнего дома. Если что, работай из огнестрела, потому что у него по-любому будет кинетический щит, его надо просадить. Скорострельность в этом деле важнее, чем аркана от лука.