Снова наемник
Шрифт:
– Слушай сюда, – жестко проговорил Серов. – Я сделаю все, что ты захочешь. Приму как задание любую бредовую идею. Но только после того, как Надя и сыновья будут в Москве и я буду уверен в этом. Надеюсь, я сказал понятно? – спросил Сергей.
– Разумеется, – согласился Палусов. – Так все и будет. А сейчас я, в свою очередь, хочу предостеречь тебя. Любой твой неверный шаг, и все. Ты меня понял? – Не успел Сергей ответить, как раздался негромкий металлический щелчок. Палусов отключил микрофон.
– Что? –
– А то! – прошипел Рошфор. – Иначе он нас всех подведет под статью. Если у тебя будет какой-то шанс смягчить наказание и отделаться червонцем усиленного режима, то меня расшмаляют. И президент не помилует! – зло закончил он.
– Радужную перспективу ты мне нарисовал, – нашла в себе силы сыронизировать Палусова.
– Я сказал о том, что будет. Он сдаст нас. Понимаешь ты это? Как только он выйдет из психушки, с ним сразу будут говорить ребята из ОББ. И все! – воскликнул Пахомов. – Нам крышка. Наверняка кто-то уже сообщил в отдел, что Раков постоянно твердит о присланной ему голове. О том, что мы…
– Но как это сделать? – кусая губы, спросила Зинаида.
– А вот об этом надо думать тебе, – отрезал он. – У тебя связи. В конце концов, ты втянула меня в это. И все замутила ты! Если меня сцапают, я так и буду говорить. И смогу доказать это, ясно?
– Куда яснее, – сказала она. – Я-то думала, мы делаем одно дело, и поэтому…
– Сейчас главное – спасти свою задницу, – перебил он.
– Ты насмотрелся видиков, – усмехнулась она, – и говоришь языком их героев. Но тем не менее ты прав. Спасти себя можем только мы. Хорошо, я постараюсь сделать так, чтобы Раков из психушки не вышел. Но мне не понравились твои слова. – Зинаида посмотрела ему в глаза.
– Да я это в горячке ляпнул, – отводя взгляд, буркнул Рошфор.
– Значит, ты можешь в горячке и еще что-то вроде этого ляпнуть, – усмехнулась она. – Оказывается, ты собираешь доказательства моей преступной деятельности, – засмеялась она. – Вот уж не думала, что Станислав Пахомов, гроза местных уголовников, прозванный за ум, хитрость и жестокость Рошфором, может подставить под топор палача женщину, которую он когда-то обожал. Или ты обожал моего отца, – она усмехнулась, – который в свое время мог все?
– Он и сейчас может многое, – буркнул Пахомов.
– Ему недолго осталось. – Поняв, что сказала лишнее, засмеялась. – Правда, это пока только мечта, которую я выдаю за действительность. Но ты знаешь, как я отношусь к отцу.
«Что-то она задумала, – решил Рошфор. – Неужели нашла способ разделаться с Паулюсом? Но, впрочем, сейчас куда важнее Раков». Он шумно выдохнул. Ладони стали влажными.
– Почему ты молчишь? – спросила Зинаида.
– Я подумал, что будет, – сипло проговорил он, – если Раков расскажет…
– Не начинай все снова! – воскликнула она. – Давай решим, как нам быть с заказом на меня. Ты взял аванс, а товара у нас нет.
– Во-первых, – криво улыбнулся Пахомов, – деньги взяли мы – ты, я и Раков. Во-вторых, первую партию мы отослали. Так что…
– Не выходит! Ты же знаешь, что в первой партии много брака. Питер требует или меха, или деньги и дал нам срок – полмесяца.
– Но почему раньше ты ничего не говорила? – опешил Пахомов.
– Я не хотела тебя тревожить, – вздохнула Зинаида. – Надеялась, что смогу уладить сама. И если бы не твои слова о…
– Надо решать с Раковым! – закричал Пахомов. – Питерские дали нам срок. Если Мишка что-то скажет милиции, нас упрячут по гроб! Неужели не понятно?
– Найди… – сказала Зинаида и замолчала. – Пришли ко мне Хасана, – негромко сказала она, – и успокойся. С Раковым кончат раньше, чем он переговорит с милицией.
– Ну-ну, – пытаясь понять ее «найди», буркнул он. – Давай. А Хасан здесь. Только я бы на твоем месте не особо доверял ему. Он, оказывается, и на твоего папочку работал. А как дело паленым запахло, то есть пришлось выбирать, ты или Паулюс, ушел в сторону.
– Позволь мне решать, кому верить! – отрезала Зинаида. – А сейчас иди, я буду говорить с Хасаном без тебя. Извини, – она усмехнулась, – но после твоих слов о доказательствах против меня полностью доверять тебе я не могу.
Что-то зло буркнув, Пахомов вышел. Через некоторое время в комнату вошел кудрявый черноволосый парень.
– Найди мне Мурзаева, – приказала Зинаида. – Я должна встретиться с ним вечером.
– Понял, – гортанно отозвался Хасан. – Где вы будете его ждать?
– Ресторан «Парус», – немного подумав, решила Палусова.
– Ребята, – скуляще проговорил сквозь решетчатую дверь одиночной палаты Раков, – меня убить могут. Прямо здесь. Им это надо. Во главе Зинка…
– Заткнись, – недовольно бросил один из сидевших перед палатой людей в белых халатах, – или мы тебя сейчас сами сделаем.
– Плюнь ты на него, – разглядывая карты, усмехнулся другой. – Дурик, он и есть дурик. Ходи.
– Нашел я ребятишек, – войдя в комнату, бросил Паленый. – Ребята что надо – умеют стрелять, ножами неплохо работают, каратэ этим хреновым занимаются. Цена их устраивает.
– Они знают, что должны сделать? – спросила Галина.
– В курс дела введешь их сама. Все равно тебе с ними базарить придется. Так что о том, кого и когда, сама скажешь.
– Что слышно о Ракове? – поинтересовалась Галина.
– Да он вроде как разговорился, – усмехнулся Паленый. – Мол, ему посылку с головой Грифа передали. А потом хотели убить. Но сначала Зинку Палусову требовали. Мол, она у них за главшпана катит.
– Это хорошо, – довольно улыбнулась Галина. – Как отреагировал на это ее отец, – тихо пробормотала она.