Строго 18+
Шрифт:
— Спасибо, — бормочу я, ни на секунду не поверив в комплимент. — Так что… Прогуляемся немного? Или ты на машине?
— У меня нет машины. Уже два года передвигаюсь на такси. — Данил встает рядом и кивает вперед, тем самым указывая направление для прогулки. — Рассказывай, что у тебя стряслось. И кем ты, кстати, работаешь?
Он задавал тот же вопрос в наш телефонный разговор, но я предпочла стыдливо отмолчаться. Было неловко, что в свои двадцать пять я сумела дорасти лишь до должности, не требующей навыков и талантов, тогда как он запросто
Но после унизительной встречи с Максимом и шлюхой Надей вдруг стало плевать. Суровая реальность быстро рассеивает иллюзии о собственной эксклюзивности, в которую мне почти удалось поверить за шесть лет беззаботной и сытой жизни рядом с Костей. Так что да, должность девушки с ресепшена — это пока максимум, на что я могу претендовать.
— Я встречаю гостей, — говорю я с вызовом. — Отвечаю на телефонные звонки и вношу брони. Такая нехитрая работа.
— Это отличный ресторан, — ничуть не удивившись моему признанию, замечает Данил. — Мегапопулярный. Не думаю, что сюда каждого берут. Так что ты умница.
Я отрывисто смеюсь.
— Издеваешься?
— Совсем нет. Люди часто обесценивают собственные достижения, когда сравнивают себя с другими. Ты молодец, потому что не стала бездействовать и ждать чуда. Как я понял, муфлон Костя был против любой твоей реализации, но компенсировал это деньгами. Любому было бы нелегко принять такие перемены и стартовать с нуля. Не прошло и двух недель, как ты нашла работу. Это охренительно большой шаг.
Я смотрю себе под ноги, чувствуя сопротивление похвале Данила и страстное желание в нее поверить. Все-таки тяжело каждый день просыпаться с ощущением собственной никчемности — волей-неволей начинаешь цепляться за все, что сможет убедить тебя в обратном.
— Ты спрашивал, что стряслось, — напоминаю я. — Так вот, в первый же рабочий день сюда заявились Костины друзья, чтобы меня высмеять.
— Серьезно? — Брови Данила взмывают вверх. — Друзья твоего бывшего — такие мрази?
— Да нет… Я наверное не так выразилась… — Удалив из памяти кадр торжествующего оскала Нади, торопливо поясняю я. — Хотя это уже неважно. На самом деле, когда я устраивалась сюда, то предполагала, что смогу их встретить. «Роден» действительно популярный ресторан.
— Видишь, ты не только решительная, но и смелая.
— Ты задался целью мне польстить? — смеюсь я, ощущая, как внутри теплеет. — У меня просто выбора не было. Денег осталось немного, и я вряд ли сумею надолго их растянуть… А занимать у сестры не хочется.
— Теперь я бы мог назвать ответственной и здравомыслящей, но тогда ты снова обвинишь меня в угодничестве. В общем, ты молодец, Диана. — Во взгляде Данила появляются уже знакомые мне теплые искорки, увиденные во время встречи в кафе. — Продолжай в том же духе.
Я чувствую, что краснею, и потому решаю перевести тему. Мы и так почти всегда говорим только обо мне, а это невежливо.
—
— Как обычно, — Данил задорно скалит зубы. — На самом деле, я впервые выступал в Нижнем и сильно волновался.
— Волновался? Ты? Ни за что не поверю, — я шутливо гримасничаю, невольно заражаясь его манерой общения. Недавняя подавленность от встречи с Максом и его удивленным присвистыванием: «Ты реально тут? Вот Костян охереет», сама собой сходит на нет.
— Зря. Я дико эмоциональный. Первые полгода стабильно блевал перед выходом на сцену. Уж прости за подробности.
— Надо же. А так совсем не скажешь. Когда я тебя впервые увидела, то подумала, что ты, скорее, страшно самоуверенный. И потом мне тоже так казалось.
Мое замечание, как и обычно, не задевает Данила, и он лишь пожимает плечами.
— Все носят маски.
— Кто еще, например?
— Да все. И ты, и твой бывший.
— И какая маска — моя? — решаю поинтересоваться я вопреки желанию.
Данил поворачивается и, сощурившись, оглядывает меня с ног до головы, будто бы желая убедиться в правильности поставленного диагноза.
— Маска жертвы. На деле, ты гораздо больше и сильнее, чем сама о себе думаешь.
— Так как ты говоришь все, что приходит в голову, сделаю тебе скидку, — заключаю я, молча переварив сказанное. Сдается мне, что личная симпатия затмила Данилу голову и он слишком хорошо обо мне думает.
— А твой бывший носит маску всесильного альфы, хотя на деле он ссыкло, — продолжает он. — Поэтому ему нужно было держать тебя на коротком поводке. Он успокаивается только контролем.
— Можно не трогать Костю? — Я резко останавливаюсь. — Несмотря на не слишком красивое расставание, он сделал для меня очень много, и мне не нравится, когда о нем плохо говорят.
— А я разве сказал что-то плохое? Мне лишь хотелось немного развеять твои иллюзии о нем.
Я хмурюсь, глядя перед собой. Снова я защищаю Костю. Но Данил действительно не прав: Костя кто угодно, но не трус. Грубый, вспыльчивый, жесткий, не терпящий возражений — да, но он никогда и никого не боялся.
— Если мы пойдем полтора километров по прямой, то сможем дойти до моего дома, — предлагаю я через паузу. — Долго гулять не могу. Завтра рано вставать.
— Звучит как план, — соглашается Данил. — Ты есть хочешь? Можем зайти куда-нибудь по пути.
— Нет, спасибо. Нас кормят в «Родене». — Я саркастично усмехаюсь. — Один из плюсов этой работы: возможность питаться в ресторане бесплатно. Все как я люблю.
— Видишь? Теперь и ты начинаешь видеть плюсы. А какой у тебя, кстати, график?
— Два дня рабочих, два выходных.
— Значит, послезавтра ты свободна для кинопоказа?
— Это приглашение в кино? — Собственная прямота кажется почти поразительной в свете того, что я обычно легко теряюсь. — Немного завуалированная формулировка.