Сумерки Джедаев
Шрифт:
Боу усердно работал челюстью, но умудрился не сказать ничего, что могло бы спровоцировать Дрому поймать Хэна на слове.
Пока лифт поднимался, Хэн сдернул с себя бледно-зеленый костюм, под которым обнаружился другой - дорогой деловой. Любопытство Дромы стало ощутимым.
– Нет времени объяснять, - бросил Хэн; сунув Дро-ме свернутый костюм и раскрытые наручники, он добавил: - Не потеряй их; они нам позже понадобятся.
На пятом уровне он нацелил на правую руку перчатку и направился по широкому блестящему коридору к комнате с передатчиком. В левой
В нише у двери диспетческой стояло устройство для считывания отпечатка руки. Когда Хэн положил руку в перчатке на панель, экран устройства определил в нем Диса Харбрайта, двоюродного племянника графа Бо-рерта Харбрайта и старшего вице-президента по маркетингу в Саллиш Аг, которого напоминал чернобородый Хэн - по крайней мере, в достаточной степени, чтобы поднять на ноги полдюжины техников в диспетческой, когда вошел.
– Сядьте все, сядьте, - попросил он самым галантным тоном, который ему удался.
– Я просто хочу взглянуть на нашу систему деактивации. Мы идем по графику?
– За последний квартал было отключено и помещено на склад тысяча двести пятьдесят дроидов, сэр, - прочирикала тонкая, как хворостинка, женщина-техник.
– За тот же период подразделению приобретения персонала удалось набрать около трех тысяч беженцев, которые согласились остаться на Руане в качестве работников.
– Великолепно, великолепно, - поговаривал Хэн, ходя по комнате и все еще сжимая инфочип в руке. Пока женщина-техник продолжала излагать дополнительную статистику, Хэн - спиной к периферийному устройству, которое, как он надеялся, окажет наименьшее сопротивление - вставил в прорезь диск, который, как обещал Баффл, буквально исчезнет, как только закончит свое колдовство.
– Мы ожидаем, что к концу следующего квартала будет помещено на склад еще по крайней мере полторы тысячи дроидов, - говорила радостная женщина, когда компьютерные системы испустили серию пронзительных звуков, которые показались Хэну машинным эквивалентом крика боли.
– Система полетела!
– закричал другой, явно не верящий в происходящее техник.
Возле каждого рабочего места начали меркнуть огни, экраны посерели, а техникам оставалось только рвать на себе волосы, пытаясь воскресить систему, прежде чем она перешла бы через ту грань, куда уходили машинные мозги, когда они ломались. Их усилия были такими отчаянными, что Хэн испытал укол совести - по крайней мере пока не напомнил себе, что на этой машине лежала ответственность за деактивацию тысяч дроидов.
Благодаря растущей панике выскользнуть из комнаты незамеченным оказалось легко. Коридор был таким же тихим и ярко освещенным, каким он был несколько минут назад, не выдавая ничего из надвигающегося хаоса в диспетчерской. Поправив прекрасный костюм, Хэн медленно направился к турболифту, по-светски кивая всем, с кем встречался по пути. Когда он приблизился к лифту, из-за пластиловой колонны, которая, по-видимому, служила ему тайником, появился Дрома, на одной руке которого свисал светло-зеленый костюм.
– Постарайся
Хэн удержал на лице натянутую улыбку.
– Просто забирайся в лифт и надень наручники, - произнес он, не шевеля губами, но когда они оказались внутри, его спокойствие и благовоспитанная внешность испарились. Он снова быстро скользнул в костюм инспектора, взял у Дромы бластер и убедился, что тот заряжен.
– Я даже не буду пытаться догадаться, как тебе все это удалось, - говорил Дрома, одевая наручники.
– Ага, но было бы забавно послушать, чего бы ты на-придумывал.
– Хэн сунул бластер в карман куртки.
– Как только доберемся до вестибюля, направляемся прямо к ближайшему выходу, понял? Притворись, что ты у меня под арестом.
Хэн встал лицом к дверям лифта. Когда двери раскрылись, он не смог увидеть противоположный край вестибюля из-за сотен дроидов, носящихся вокруг и беспрерывно тараторящих что-то, многие из них спешили к выходам.
– Не могу избавиться от мысли, что ты имеешь к этому отношение, - проговорил Дрома.
– Косвенное.
– Хэн махнул на ближайший выход, который не был полностью загроможден дроидами.
– Туда.
Они вступили в толчею и были уже совсем близко около транспаристиловых входных дверей, когда хриплый голос прокричал:
– Вон они!
Хэн не смог сдержаться и обернулся. Пытаясь найти источник голоса, он увидел указывавшего на него Боу, теперь в компании нескольких охранников.
– Я думал, что сказал тебе закрыть его!
– воскликнул Хэн.
– Я так и сделал, - заспорил Дрома.
– Я засунул его в комнату с деактивированными дроидами.
Хэн выругался и вытащил бластер.
– Нет времени для тонкостей.
Едва целясь, он послал квартет лучей достаточно близко от охранников, чтобы они стали бежать в поисках убежища.
Согнувшись, они с Дромой продрались через плотную давку дроидов и вывалились наружу. Хэн заметил машину Боу и направился к нему, ведя Дрому за собой, а поток лепечащих дроидов все вытекал из восточного крыла и, расширяясь, двигался по окружающим лужайкам и стоянкам для транспорта.
Плюхнувшись в водительское место, Хэн широко ухмыльнулся.
– Одна вещь, которую всегда можно ожидать от деревенщин, - объявил он Дроме, который уже снял наручники и усаживался в пассажирское кресло.
– Они никогда не закрывают свой транспорт.
Хэн запустил репульсорный двигатель. Положив обе руки на руль и поставив ноги на педали, он провел машину через быстрый поворот и направился к главной дороге.
– Нет смысла пытаться выбраться через главные ворота, - прокричал он сквозь вой тройных турбин.
– Их уже точно закрыли! Нам придется воспользоваться служебными дорогами. Некоторые из них должны вести к полям, которые мы пересекали по пути к Лагерю 17!
– Лучше выбирай побыстрее, - заметил Дрома, изучая маленький экран сканера, прикрепленный к пассажирской консоли.
– На нас идут семь, нет, восемь спидеров с севера, востока и запада.