Сутемень
Шрифт:
Над кустами и полевыми цветами у обочин деловито кружили крупные пчёлы, в одном месте дорогу отряду переполз уж. Небольшие, некогда уютные дворики, палисадники и клумбы оккупировали буйно разросшиеся деревья и кустарники. И только сияющий новизной таксофон совершенно не вписывался в окружающий упаднический ландшафт.
Обычно заброшенные деревни, а такие уже приходилось встречать Жене и Друиду, производят удручающее и мрачное впечатление. Здесь же, напротив, несмотря на повсеместно встречаемые следы запустения в виде потрескавшихся и полуразваленных стен, разбитых окон и поваленных
Парни остановились у таксофона, Игорь снял трубку, послышался гудок:
– Работает!
– Странная какая-то деревушка, – оглядываясь по сторонам, сказал Друид, – безлюдная как Припять. И собак нет, это очень странно, во всех деревнях первое, что тебя встречает – лай собак.
– Ага, – отозвался Игорь, – только тут всё равно хорошо, благостно как-то.
– Действительно чудно, – согласился Женя. – Ладно, давайте разделимся. Ты, – он указал на Андрея, – с Игорем идите в тот конец, мы с Друидом в другой. Поищем местных.
– А на кой нам местные? – спросил Игорь Андрея, когда они неспешно побрели в указанном Женей направлении.
– Языка брать будем, – с серьёзным видом ответил Андрей. – Женя с Друидом хотят про провал слухи да побасёнки записать. Легенды там, предания разные. Этнографические сборы, брат, не шутка. Да и вообще дорогу уточнить, у Жени есть описание от этого Ворона, но лишние сведения не помешают.
– Понятно, – отозвался Игорь и тут же задал следующий вопрос, – как думаешь, провал этот, он реально существует?
– А пёс его знает, я тебе так скажу: не особо верю во все эти россказни про чертей и упырей, что живут в какой-то дыре в лесу. Хотят мужики в это верить, это их дело, а мне нравится сам процесс. Посмотри! Птички поют, пчёлки чего-то там суетятся, воздух какой, солнце, красота! А если медовухи у местных раздобудем, вообще будем боговать! Так что найдём провал – хорошо! Не найдём – всё одно не в убытке.
– Я примерно так же думаю, хотя посмотреть было бы интересно.
– Интересно, – согласился Андрей. – Жутковато, правда. Все эти легенды… Мрачноватое, судя по всему, местечко.
– Так тем и любопытней. Вот почему нас тянет в такие места?
– Сие есть тайна великая и непостижимая. Да. Ещё Александр Сергеевич писал, – Андрей поднял палец вверх и продекламировал, – всё, что нам смертию грозит, для сердца смертного таит, неизъяснимы наслажденья.
– Браво! Тебя тоже влекут неизъяснимые наслажденья?
– Отчасти. Это и впрямь интересно и всяко выглядит привлекательней, чем просто туристический поход. Смекаешь?
– Пока не очень.
– Сам посмотри, за границу в наше время не поездишь, санкции, рубль упал, кризис кругом, да и не рады нас там видеть в большинстве случаев. Опять-таки не безопасно в мире нынче. А куда-то ездить отдыхать надо, особенно нашим людям. В России краёв нехоженых – пропасть. Но есть специфика, у нас инфраструктура не развита, что мы сейчас, кстати, и наблюдаем. В глубинке мест красивых с обалденной природой не счесть, а сервиса – никакого. Негде людям ни пожрать вкусненько, ни водку попьянствовать в культурной атмосфере, ни даже переночевать
– И какой из ситуации выход? – спросил Андрей и сам же ответил, – а выхода два, собственно. Либо развивать всё перечисленное, гостиницы, дороги и так далее. Но это долго и дорого. Как говорил дедушка Ленин, мы пойдём другим путём.
– Он так говорил?
– Да. В своём письме брату Александру, перед тем, как того повесили за покушение на царя-батюшку.
– Ты это на ходу придумываешь? – Игорь с прищуром посмотрел на Андрея.
– Возможно. Сам не уверен, что иногда во мне всплывает: осколки школьной программы или завихрения потоков буйной фантазии, – честно признался Андрей. – Но сейчас не об этом. Нужно выдать такую идею, ради которой люди будут готовы неделю лазить по лесам и болотам, кормить нежными тушками комаров, не мыться, спать в холодных палатках, жрать недоваренную крупу с котелка, да ещё и платить за это!
– И это идея…
– Верно, корнет, это, – Андрей широко расставил ноги, распрямил могучие плечи, взгляд его устремился вдаль. Проведя правой рукой в воздухе, будто протирая запыленное окно, за которым сияет его мечта, торжественно объявил, – экстремальные туристические походы по таинственным местам России. Ощути себя частью легенды, – и добавил уже без пафоса. – Мистика, легенды и привидения прилагаются. Ну, как?
– Зачёт, но над слоганом надо поработать.
– Это уже детали.
– А если жрать нечего в пути, это можно обставить как лечебное голодание, – выдвинул мысль Игорь.
Андрей рассмеялся и одобрительно хлопнул его по плечу:
– Сечёшь фишку, камрад, запомним эту мысль.
– Значит, ты здесь на разведку. Узнать маршрут, места.
– Типа того.
За разговорами они подошли к небольшому домику, который показался не таким заброшенным как остальные. Домик выглядел стареньким, с облупившейся краской на стенах, но на окнах висели свеженькие голубенькие занавески, а во дворе стоял, поблёскивая хромированными поверхностями велосипед.
– Вот, – указал на невзрачный домик Игорь, – всяко тут кто-то живёт. Такие велосипеды так просто не валяются. Постучим?
Оказалось, что калитка заперта, а перелазить через забор как-то неудобно, к тому же забор из потемневших от времени досок, всем своим видом показывал, что развалится при первой же попытке перелезть через него.
– Эй, народ, есть кто? – позвал Андрей, но не дождался в ответ ничего, кроме звенящей тишины.
– Может, в окошко камешком? – предложил Игорь.
– Да ну его, разобьется ещё…
– Бог в помощь, – внезапно раздалось позади них.
Парни резко развернулись; перед ними стоял низенький, худощавый старик, одетый во что-то бесформенное и обвисшее. Игорь даже вздрогнул, настолько неожиданным оказалось появление тщедушного дедули у них за спиной.
– Чего ищете, хлопцы? – с улыбкой, едва проглядывающей сквозь густую бороду, спросил тот. Воцарилась пауза: Андрей с Игорем молча смотрели на деда, а тот улыбающимися глазами смотрел на них.
– Здравствуйте, дедушка, мы дорогу спросить хотели, – произнёс, наконец, Андрей. – Как до провала пройти в Моравском урочище?