Талисман
Шрифт:
Они снова были в холле. У Ричарда, как выяснилось, не было ни одной мало-мальски разумной идеи, как незаметно выбраться с территории Школы Тэйера, и Джеку пришлось думать самому. Одно он знал наверняка: он не собирается поверить в эту обманчивую тишину и спокойствие и выходить через двери Домика Нельсона.
Вглядевшись в темноту за широким окном холла, Джек увидел приземистое восьмиугольное кирпичное строение.
— Что это, Ричард?
— А? — Ричард смотрел на липкие потоки грязи, бегущие по дорожкам темного
— Вон то маленькое кирпичное здание? Его почти не видно отсюда.
— А! Станция.
— Какая станция?
— Да название-то само по себе ничего не значит, — сказал Ричард, продолжая с беспокойством смотреть на селевые потоки. — Взять хотя бы наш медпункт. Его все называют Молочником, потому что раньше на его месте находился молокозавод. Года до 1919-го по крайней мере. Традиции, Джек. Это очень важно. Это одна из причин, почему я люблю Школу Тэйера. — Ричард снова с грустью оглядел грязный двор и поправился: — Почему я любил Школу Тэйера.
— Ну ладно, с Молочником разобрались. А откуда взялась Станция?
Ричард с упоением предался воспоминаниям о традициях Тэйера.
— Весь Спрингфилд сплошь покрыт железными дорогами, — начал он. — В старые времена…
— О каких старых временах ты говоришь, Ричард?
— Э… тысяча восемьсот восьмидесятые… и девяностые. Так вот…
Ричард замолчал. Его близорукие глаза медленно скользили по стенам холла. В поисках жуков, предположил Джек. Их не было… по крайней мере, пока. Зато коричневые пятна уже начали появляться. Да, жуков пока нет, но они не замедлят явиться.
— Продолжай, Ричард, — попросил Джек. — Мне очень интересно.
Ричард слегка улыбнулся.
— Спрингфилд был одной из трех или четырех крупнейших железнодорожных станций Америки на протяжении последних двух десятилетий девятнадцатого века. Он был географически связан со всеми точками земного шара… — Ричард поднял правую руку к лицу, собираясь привычным движением поправить очки на носу, обнаружил, что их там больше нет, и опустил ее, выглядя немного смущенным. — Ну вот, значит, железные дороги связывали Спрингфилд со многими другими городами. Эта Школа существует, потому что Эндрю Тэйер увидел открывающиеся за этим большие возможности. Он сделал упор на то, чтобы связать процесс обучения с путешествиями на запад. Преимущественно на Западное побережье. Он был первым, кому пришла в голову идея…
Внезапно словно яркий свет зажегся в голове Джека, озарив собой все его мысли.
— Западное побережье? — В желудке заурчало. Он все еще не мог узнать те странные очертания, которые высветил для него этот свет, но вдруг в его сознании четко и ясно зазвучало волшебное слово:
Талисман!
— Ты сказал — Западное побережье?
— Да, я сказал именно это. — Ричард как-то странно посмотрел на Джека: — У тебя что, появились проблемы со слухом?
— Нет, — сказал Джек. — «Спрингфилд был одной из трех или четырех крупнейших железнодорожных станций Америки…» Нет,
Он был первым, кому пришла в голову идея…
— Ты только что выглядел чертовски смешно.
Он был, можно сказать, первым, кому пришла в голову идея использовать железную дорогу для того, чтобы добраться до Пограничных застав…
Джек понял, со всей определенностью понял, что Спрингфилд был и, возможно, остается точкой наибольшего соприкосновения двух миров. И в этом может заключаться причина того, что именно здесь Морган имеет наибольшую силу.
— Здесь были кучи угля, сортировочные станции, товарные вагоны и много миль путей, — говорил Ричард. — Все это находилось на том месте, где сейчас стоит Школа Тэйера. Если в любом месте копнуть землю на несколько футов вглубь, можно наткнуться на шпалы, куски рельсов и все виды руды. Но на поверхности от тех времен осталось вот это маленькое здание — Станция. Конечно, здание не могло быть настоящей станцией, как мы понимаем это слово: оно слишком мало для этого, любой скажет. Здесь находилась главная железнодорожная контора, где управляющий делами дороги и ее хозяин обсуждали организационные вопросы.
— Ты чертовски много об этом знаешь, — сказал Джек почти автоматически — его голова все еще была занята новым открытием.
— Это тоже в традициях Тэйера, — просто ответил Ричард.
— А для чего оно сейчас используется?
— Маленький театр. Там должен работать драматический кружок, но он не давал о себе знать последнюю пару лет.
— Как ты думаешь, здание на замке?
— Кому нужно вешать замок на Станцию? — сказал Ричард. — Разве что кто-нибудь решит поискать там вагоны или спереть декорации, которые выцвели еще в 1979 году.
— Значит, мы можем туда попасть?
— Я думаю, да. Но зачем…
Джек указал на дверь около теннисного столика.
— Что там?
— Торговые автоматы. И микроволновая печь, чтобы подогревать закуски и остывшие обеды. Джек…
— Пойдем.
— Джек, у меня опять поднимается температура. — Ричард измученно улыбнулся. — Давай останемся здесь ненадолго? Ночью можно будет спать на диванах…
— Ты видишь эти коричневые пятна на стенах? — раздраженно спросил Джек.
— Конечно же нет! Я ничего не вижу без очков!
— Так вот, они здесь. И меньше чем через час сюда доберутся и белые жуки…
— Ладно, — быстро согласился Ричард.
Торговые автоматы жутко воняли.
Джек предположил, что все продукты, находившиеся внутри, протухли. И оказался прав. Голубая корочка плесени покрывала ломтики сыра и кружочки ветчины, липкие струйки растаявшего мороженого стекали по корпусу мертвой холодильной установки.
Джек потянул Ричарда к окну и выглянул наружу. Отсюда здание Станции было видно уже довольно хорошо. За ним Джек увидел перекрытый цепочкой проем в заборе и служебную дорогу, ведущую за пределы Школы Тэйера.