Танец страсти

Лонг Джулия Энн

Обнаженное тело Сильвии вызвало у Тома сладостный шок. Казалось, он вовсе забыл дышать.

Сильвия все так же деловито начала складывать платье. Словно опомнившись, Том остановил ее:

– О Господи, Сильвия, оставь в покое платье.

Сильвия отбросила платье и засмеялась. Она подняла руку, чтобы откинуть назад длинные волосы, упавшие на лицо, и завороженный Том увидел, как при этом приподнялись ее маленькие, идеальной формы груди.

Это была женщина, которая, вероятно, уже не раз представала обнаженной перед мужчиной. Она не выглядела робкой или застенчивой,

но в то же время ее нельзя было назвать бесстыдной. Эта женщина понимает предназначение своего тела и знает, как распорядиться им и в работе, и в наслаждении.

Том вдруг почувствовал острый укол ревности. Кто-то другой, возможно, в этот самый момент тоскует по ней. Этот кто-то прикасался к ней и, без сомнения, считал, что имеет на это право…

Но сейчас она была здесь.

Ждет или не ждет эту женщину где-то в другом месте любовник, но она прошла по полутемным коридорам театра со свечой в руке и поднялась по скрипучей лестнице, чтобы сейчас быть с ним.

Сильвия присела на край кровати, подобрав под себя ноги.

– Сильвия. – Том произнес это шепотом, почти жалобно.

Он несмело пошевелился. Одеяло сползло, обнажив его грудь. Том нетерпеливо сбросил одеяло, и Сильвия всего в нескольких дюймах от себя увидела его широкие плечи, сильную грудь и тонкую талию. И возбужденную выпуклость внизу его плоского живота – свидетельство того, как сильно он ее желал. Сильвию захлестнули чувства, она с трудом верила, что находится здесь.

Том протянул руку, и рука словно в нерешительности повисла в воздухе совсем рядом с Сильвией. Том, будто измеряя температуру воды в сосуде, опасаясь, что она может ошпарить, осторожно приложил руку тыльной стороной к ее ребрам.

И моментально все тело Сильвии стало горячим, словно и впрямь воспламенилось.

Сильвия отвела взгляд от Тома. Было слишком трудно осознать, что с ней сейчас происходит.

Рука Тома медленно двинулась, словно изучая ее тело. Сильвия слышала, как прерывается дыхание Тома, когда его ладонь скользила по ее коже. Его рука прикоснулась к ее груди, грубые подушечки пальцев ощупывали соски. Сильвию мгновенно пронизало острое сладостное ощущение. Она закрыла глаза. Дыхание остановилось.

– Маленькие, – смущенно прошептала Сильвия.

– Нежные, – мгновенно поправил Том, произнеся это низким и хрипловатым голосом. Таким же эротичным, как и его прикосновения.

Затем он отнял руку, очевидно, почувствовав, что Сильвия слишком напряжена.

Некоторое время они сидели в густой и жаркой тишине, как будто между ними втиснулось еще одно тело.

– Покажи мне, любовь моя, как бы ты хотела, чтобы это было. – Том говорил очень тихо.

Сильвия, глядя на Тома, глубоко дышала, как будто вбирала в себя все, что окружало их. Казалось, она хочет понять всю силу его желания, тепло его кожи – могучей, шершавой и сладкой. Его кожа была как вино, как опиум. Она растворяла ее способность думать, но Сильвию это не мучило: в конце концов, она пришла сюда с единственной целью, и способность думать была здесь ни при чем.

Сильвия подалась вперед и обвила руками его шею, ощутив ладонями тепло его обнаженного тела.

Ее рот почти касался его рта, соски – его груди, посылая импульсы удовольствия в каждую клеточку тела. Том задумчиво смотрел на Сильвию. Он не отводил глаз. Его руки, сжатые в кулаки, как будто чего-то ждали.

Сильвия откинулась назад, привлекая его к себе. Он оказался на ней. Прижимаясь горячими бедрами, она обвила его ногами, словно взяв в плен, и ласкала своими ступнями танцовщицы икры его ног. Они лежали так, что его эрегированный орган всей длиной находился между ее бедер. Глаза Тома потемнели, когда он почувствовал, что Сильвия готова ему отдаться.

Их тела двигались синхронно, и дыхание как будто стало общим.

Том заглянул Сильвии в глаза, словно хотел убедиться, нет ли у нее сомнений или желания отступить. Впрочем, Сильвия не знала, что мог Том разглядеть в ее взгляде. «Хочу, – говорили и ее мозг, и ее тело. – Хочу».

– В таком случае пощады не будет, – прошептал Том. Его рот крепко прижался к ее губам. Сильвия услышала тихий стон, и наконец они познали друг друга.

Не было никакой любовной прелюдии – Сильвия в ней не нуждалась. Ей был нужен Том – весь и сразу. Точно так принимают противоядие. Она выгнула бедра навстречу ему, чтобы он глубже проник в ее лоно, и оба почти закричали от удовольствия, когда соединились до конца.

Он приподнялся на локтях и посмотрел на Сильвию.

– Том, пожалуйста, побыстрей, – шептала она.

Том смотрел в глаза Сильвии, которые стали темными. Совсем темными. Он ощущал влажность ее кожи. Однако он медлил.

– Том, ты должен, я хочу, – нетерпеливо попросила она хриплым голосом.

– Нет.

Сильвия ощутила это слово своими губами. Она открыла глаза. Лицо Тома почти касалось ее лица. Он умудрился озвучить отказ спокойно, хотя на его груди выступили капельки пота, а мышцы дрожали под ее пальцами. Это лишь подтвердило то, что он пытается ее обмануть.

– Мне необходимо…

– Попроси меня, Сильвия.

– Пожалуйста, я умоляю тебя…

– Тихо, любовь моя. Ты никогда не должна просить.

Она засмеялась и застонала одновременно.

– Ты зверь.

– Я зверь?

Сильвия услышала тихий смех. Том стал медленно отстраняться от нее, чтобы каждый из них мог ощутить мельчайшую частичку другого. Ощущение – непередаваемо сладостное. Затем последовал быстрый толчок, за ним второй, третий. Он словно навис над Сильвией, опираясь на руки.

– Ты этого хочешь?

Она попыталась выругаться по-английски или по-французски – это не имело значения, но лишь застонала. Ну что за вредный мужчина!

Том заговорщически прошептал ей на ухо:

– Если хочешь знать, я тоже этого хочу.

Сильвия едва не рассмеялась, но вместо смеха из ее груди вырвался лишь стон, как только Том снова погрузился в ее лоно.

Не спуская с него глаз, она выгнулась вперед, навстречу его толчкам. Бакенбарды щекотали ей шею, когда он нагнулся, чтобы поцеловать ее. Их губы то сливались, то теряли друг друга в ярости совокупления. Ее ногти все сильнее впивались в его спину по мере того, как приближался момент разрядки.