Технократ
Шрифт:
Нерман кривил душой, утверждая, что армия не сможет принять участие в завтрашних маневрах. Гонцы сообщали, что войска, состоящие из двухсот круантских ишибов и почти тысячи солдат в амулетах Террота, на подходе и будут в столице Фегрида этой же ночью. Теоретически маневры с их участием могли бы состояться, но король этого не хотел. Он систематически саботировал почти все начинания штаба и вообще был бы не прочь отбыть восвояси или, в крайнем случае, ограничить свое участие в будущей войне с Уларатом до минимума. Союз с Фегридом ему навязали благодаря тому, что император верил во внезапный эффект чудо-оружия — амулетов-гранат
— Наконец-то мы наедине, — произнесла Илания.
— Не совсем, — ответил король, показывая на ранигских гвардейцев, стоящих у ворот неподалеку.
— Ну и что? — пожала плечами принцесса. — Они не ишибы и даже, наверное, не дворяне. А мне так хотелось поговорить с твоим величеством.
Девушка придвинулась к Нерману очень близко, но он, сделав вид, что увлечен разглядыванием какой-то бабочки, быстро отошел за большую кадку с цветами. Пикантность ситуации заключалась в том, что дворец принадлежал Илании. Однако после покушения на жизнь короля, произошедшего здесь же, принцесса отдала ему дворец во временное пользование.
— Как твое величество относится к выгодным бракам? — Илания перешла в решительное наступление.
— Посмотри, какая бабочка! — воскликнул Нерман, показывая на невзрачного сероватого мотылька. — Ну что за чудо!
Принцесса бросила быстрый взгляд на насекомое. Ее не так-то легко было сбить с намеченного направления, хотя король Ранига и Круанта только этим и занимался последний месяц. Михаилу даже приходила в голову мысль, что он мог бы написать учебник «Сто путей избежать соблазна, или Как не жениться на молодой и привлекательной дочке императора».
— Мне кажется, что каждый правитель должен думать о том, чтобы укрепить свое государство с помощью брака, — продолжала Илания, поправляя на себе легкое белое платье так, что половина груди оказалась видна.
— Это наверняка уларатский шелкопряд, — заметил король, медленно двигаясь вдоль кадки, чтобы она оставалась между ним и принцессой.
— И удачный брак открывает такие возможности, которых не достичь даже военным путем… — Принцесса явно пыталась угадать, в какую сторону пойдет Нерман.
— Чрезвычайно редкий вид. Интересно, какими растениями он питается?
Илания слегка вздохнула. Она была приучена своим отцом к тому, чтобы упорно добиваться всего, не сворачивая с намеченного пути. Хотя месяц трудов и выглядел пустяком, но все-таки девушка начала немного нервничать.
— Твое величество, это не уларатский шелкопряд, — сказала принцесса. — А обычный грушевый серокрыл. Теперь мы можем поговорить о важных вещах?
Удар был не в бровь, а в глаз. Михаил совершенно не разбирался в бабочках и даже не допускал, что в них ориентируется дочь императора. Несмотря на все предосторожности и опыт, он все-таки продолжал недооценивать женщин. Однако в данной ситуации это уже ничего не меняло.
— Твое высочество, мы о них и говорим, — ответил король. — Вопрос ведь не в бабочке, а в политике. Вот представь, что на моем месте император. Неужели он позволил бы себя перебивать, даже если бы специально говорил то, что не соответствует действительности? И неужели он бы заключил долговременный договор с человеком, который спорит с ним по каждому пустяку?
Илания вздохнула сильнее. Со дня на день могут начаться настоящие военные действия. Возможно, это один из последних разговоров с Нерманом.
— Я ведь любимая
Михаил замер и даже на мгновение онемел. Неужели очаровательная принцесса метила на трон? Вот это новость!
— В Фегриде наследуют мужчины, — осторожно сказал он.
— Но в Уларате правит женщина! — с пылом возразила принцесса. — Никто не знает, как повернется…
— Что повернется? — тихо спросил король. — Император Мукант, конечно, не великий ишиб, но еще лет пятьдесят он точно протянет.
Девушка помолчала, изучая собеседника карими глазами. Она и так уже сказала больше, чем собиралась, но ничего не могла с собой поделать. С тех самых пор, как король Ранига начал мягко отвергать ее авансы, Илания все глубже и глубже запутывалась в сети сложных чувств. Отказы распаляли ее желание. Она даже ловила себя на мысли, что в последнее время ни о чем другом не думает — только о том, как заполучить Нермана. Решительность и непреклонность были семейными качествами, которые принцесса унаследовала с лихвой. Отступать она не собиралась.
— Я очень люблю и ценю своего отца, — сказала Илания. — Но в то же время готовлюсь к любым неожиданностям. Твое величество не задумывался, почему мой дворец расположен рядом с самой крупной школой имис? Или почему я регулярно провожу балы, на которых бывают все отпрыски знатных семей? Молодежь империи у меня вот где. — Девушка показала кулачок. — И в случае чего, даже старые даллы хорошо поразмыслят, чью сторону принять.
Последняя фраза прозвучала как завуалированная угроза. Михаил же «поздравил» себя с тем, что не отнесся к Илании всерьез. Он ее воспринимал как принцессу — ходовой товар государства для заключения политических сделок, не более. Однако дочь императора видела себя крупной фигурой. Королю Ранига для полного счастья не хватало только Илании на троне Фегрида.
— Нам нужно возвращаться в дом, — сказал Нерман. — Да простит меня твое высочество, но у меня очень много дел. Вскоре прибывает ранигская армия, а с ней и Анелия — моя официальная невеста. Нужно подготовиться.
— Конечно, твое величество, — с лицемерной улыбкой отозвалась принцесса. — Я буду рада познакомиться с Анелией. Может быть, мы даже станем подругами. Как знать…
Выпроводив принцессу и убедившись, что имперский генерал тоже отбыл, Михаил закрылся в кабинете и в очередной раз задумался о зловещей полосе невезения, в которую он попал. Во-первых, у него больше не было аба и отсутствовала всякая возможность изготавливать и ремонтировать амулеты. Его собственный амулет, нанесенный на кости, месяца через два мог уже начать давать сбои, если его не обновить. Хорошо еще, что Аррал и пара доверенных ишибов могли справиться с изготовлением гранат и пушек. Во-вторых, император Мукант пока не желал отпускать от себя короля Ранига и Круанта. В нынешнем состоянии Нерман не мог с ним поспорить. В-третьих, Михаил специально пригласил Анелию, чтобы представить ее, эльфийскую принцессу, ко двору Фегрида. Это был удачный политический шаг, направленный на примирение между эльфами и сокрушившей их империей. Но сейчас, после многозначительных заявлений Илании, король уже начал считать, что совершил ошибку.