Текст книги doc

Жигунов Виктор

Забрала огораживали верх городских стен с обеих сторон. В мирное время стены служили местом гуляний.

Княжеский терем в Киеве стоял высоко над Днепром – на горах. Тревожный, неясный сон увидел там Святослав: будто ночью его одевали погребальным покрывалом на кровати из тиса (твёрдого и красивого дерева; княжеское ложе дейст­вительно могло быть изготовлено из него). Или кровать – те­совая, тогда это гроб. Святославу наливали не «чару зелена вина», а синее вино, смешанное съ трудомь (с заботой, горем) или съ трутомь, употреблявшимся для разжигания огня, от тру­та вино и

стало тёмным, горьким. Из опорожнённых колчанов – все стрелы истрачены, так и случилось в двухдневной битве – на князя сыплют жемчуг, он в снах предвещал слёзы. Колчаны не чьи-нибудь, а поганыхъ тълковенъ (от «толковать», переводить) – помощников, половецких союзников, они ведь первыми побежали с поля боя. Святослава неговахуть, что здесь значит «обряжа­ли», как покойника.

Святъславъ мутень сонь видЂ

въ Кiе†на горахъ. 4 2 4 1 1, III

«Си ночь съ вечера одЂвахуть мя, – рече, –

чорною паполомою на кроваты тисовЂ, 6 9 6 3 3, С

чьрпахуть ми сине вино,

съ трудомь смЂшено, 1 3 3 3 2, IV

сыпахуть ми тъщими тулн поганыхъ тълковень

великый женчюгъ на лоно и нЂговахуть мя. 5 5 4 9 4, C

Ухе дьскы безъ кнЂса

въ моемь теремЂ златовьрсЂмь всю нощь. 2 3 8 1 2, II

Съ вечера бусови врани

възграяху у ПлЂсньска на болони,

бЂша дебрь Кияни 8 3 5 5 3, С

и несошася кь синему морю!» 2 2 2 2 2, V

Кнесъ – князёк, конёк на крыше. Он делался из тяжёлого бревна и прижимал доски (таким образом удавалось обходиться без гвоздей). Когда человек готовился отойти в мир иной, конёк приподнимали, открывая душе путь на небо. Иногда при боковом ветре создавалось разрежение с одной стороны кровли, давление воздуха снизу с грохотом подбрасывало доски. Это жуткое, непонятное в те времена явление здесь происходит ночью! Ветер, правда, не назван, но свист его слышится: Си... ноЧь Съ веЧера... Сине вино, Съ трудомь СмеШено... Сыпахуть... дъСкы беЗъ кнеСа въ моемь тереме ЗлатовьрСемь вСю ноЩь, Сь веЧера буСови врани въЗграяху у ПлеСньСка... и неСоШаСя къ Синему морю. А ещё кнесъ созвучен с князем – это сам Свято­слав. Князья выше всех на Руси, она, как под крышей, нахо­дится под их защитой. Поход предпринят без ведома Святосла­ва, с крыши сброшены «доски»...

Каркают серые вороны, зловещие птицы, летают около Киева: в Плеснеске (от плёс) и в лесу по речке Кияни. И не­сутся они за поживой к морю.

Сон и впрямь тёмен, о чём позаботились сам поэт, пере­писчики и время. Не произведено ли название Плеснеска от ре­ки Плесны под Путивлем? Дебрь Кияни или дебрьски сани (лес­ные змеи)? – в первом издании написано дебрь Кисаню. Может быть, упомянуты сани, на которых перевозили умерших?

Как бы ни было, сон мрачен. Бояре принимаются

толковать его.

И ркоша бояре князю: 3 2 1 1 1, ?

«Уже, княже, 1 – 2 – 1, II

туга умь полонила,

се бо два сокола слЂтЂста

со отня стола злата

поискати града Тьмутороканя,

а либо испити шеломомъ Дону. 15 15 4 7 4, III

Уже соколома 1 3 1 – 1, II

крильца припЂшали поганыхъ саблями,

а самою опуташа въ путины желЂзныи. 9 3 3 9 3, III

«Уже соколам крылья подрезали, а их самих опутали желе­зом».

На редкость красиво параллельное выделение: Уже, княже... Уже соколома... Сплошь, всеми словами, созвучны строки: Се бо два сокола слетеста – со отня стола злата.

Игорь и Всеволод княжили вовсе не в Чернигове, но их отчий престол именно там. Этим городом правил Ярослав, брат Святослава, он дал для похода свой полк (который потом и побежал с поля битвы).

Сам Игорь хотел главу свою приложити, а либо испити шеломомь Дону. Бояре же приписывают ему другое желание, поискати града Тьмутороканя, так как им когда-то владел родона­чальник Олеговичей, и поход подсказывала память рода. У государственных мужей даже не появляется мысль, что настолько серьёзное дело не обдумано со всех сторон.

По летописи, Святослав услышал о беде не в Киеве, а в Чернигове, и не от мудрецов, а от Беловода Просовича, спас­шегося при поражении. Но поэт исправляет события, потому что где же, как не в столице, должен находиться великий князь в важный момент, и новости ему надлежит узнавать от своих советников, а не от безвестного дружинника.

Темно бо бЂ въ третий день:

два сълнца помьркоста, 3 4 4 1, III

оба багряная стълпа погасоста

и въ морЂ погрузиста, 9 5 1 2 1, II

и съ нимъ молодая мЂсяца, аки пардуже гнЂздо, –

и великое буйство подасть хинови. 7 7 5 7 2, IV

Олегъ и Святославъ тьмою ся поволокоста. 4 7 1 1 1, II

На рЂцЂ на КаялЂ тьма свЂтъ покрыла, 6 1 4 1 –, II

по Руской земли прострошася половци. 2 6 1 2 1, II

Уже снесеся хула на хвалу,

уже тресну нужда на волю,

уже вьржеся дивь на землю. 8 1 8 1 9, С

В последнем стихе не только изящное равенство, но ещё и повторяются согласные: уЖе, уЖе, нуЖда, уЖе, вьрЖеся. Отточенно одинаковое построение строк: перевесила хула хвалу, ударило насилие по свободе, ринулся дикий народ на Русскую землю (или упало знамя, на котором изображен див).