Тело

Браун Картер

Кауфман опустил свой стакан.

— Самая настоящая головоломка! — заявил он. — Освободиться от трупа становится почти невозможно.

Вот уж истинно мертвые хватают живых. Один труп тянет следующий…

— Если бы вы меня послушались, не было бы проблемы, — заворчал Порки. — Чем вас не устроило море?

— Лейтенант тебе скажет: тело всплывет или его выбросит на берег… — Он взглянул на меня. — Как бы вы избавились от трупа, лейтенант?

— Я бы отправил его

в морг, — ответил я.

Он засмеялся.

— Великолепная идея. — Слышал, Порки? Лейтенант знает дело!

Но я его не слушал.

— Последнее лицо на свете, которое вы можете позволить себе убить, — это полицейский, — сказал я. — На этом кончается и ваша жизнь. Вы должны это знать, Кауфман. Причина очень простая: все полицейские солидаризируются, когда одного из них убивают.

Они обязательно сцапают убийцу. Вы всерьез решили меня убить?

— Боюсь, что обстоятельства вынуждают меня именно к этому, другого выхода я не вижу, — сказал он, — хотя лично на вас, лейтенант, я не в обиде. Вы понимаете?

— Да, конечно.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Может быть, вы и правы. Уверен, убийство копа не пройдет безнаказанно. Но попробовать стоит. Если я вас сейчас отпущу, газовая камера распахнет объятия.

Но, если я вас устраню, мне останется маленький шанс не попасть в нее.

— Кончите вы любезничать? — раздраженно вмешался Порки. — Когда мы их уложим?

Послышалось рычание «остина». Он остановился перед домом. Я взвесил свои шансы: четверо против двух, и эти четверо вооружены. Вот сейчас я пожалел, что не действовал как все нормальные полицейские.

Появились телохранители, очень довольные собой, поскольку на этот раз они хорошо выполнили задание.

— Можно, патрон, — возбужденно спросил Мак, — я вырву уши этой ищейке?

— Берите девчонку и поезжайте на его машине к ней домой, — приказал Кауфман. — Мы поедем следом. Не спускайте с нее глаз.

— Есть, патрон! — с готовностью ответил Мак. — Рассчитывайте на нас!

— Еще один промах, и он будет последним! — сладким голосом предупредил Кауфман.

Они схватили Джо и бесцеремонно потащили к двери. Через минуту рокот «остина» затих в ночи.

— Налей еще по стаканчику, — сказал Кауфман Смиту. — Мы все в этом нуждаемся, особенно лейтенант.

— Хорошо, — проворчал Порки. — Вы придумали комбинацию?

— Да. Думаю, даже отличную. Но сначала принеси выпить.

Смит наполнил стаканы и один из них протянул мне.

Я с наслаждением глотнул и сосредоточил все свое внимание на Кауфмане. Я предчувствовал, что его комбинация едва ли придется мне по вкусу, но тем не менее не терпелось

узнать ее.

— Порки, — сказал он, — этот парень, хотя и полицейский, но волокита…

— Ну и что?

— Вчера у нас был вечер, — продолжал Кауфман. — Вспомни, как лейтенант ухватил эту девчонку Декстер, выволок из нашего дома, бросил в свою машину и увез без всяких церемоний.

— Да, я видел, — сказал Порки.

— Предположим, что в тот вечер она почувствовала, что сыта им по горло, и прогнала его, — продолжал Кауфман. — Лейтенант, который, как всем известно, увлекается дамами, возмутился и пришел в ярость.

Он, возможно, и не собирался ее убивать, но его охватило слепое бешенство, и он нанес удар…

— А потом? — недоверчиво спросил Порки.

— Попытайся представить себе, — сказал сладким голосом Кауфман. — Не забывай, что он полицейский, да еще лейтенант. И что он в припадке ярости убил женщину. Он уже видит заголовки газет, в которых его расписывают как убийцу-садиста… Что бы ты сделал на его месте?

— Думаю, что пустил бы пулю себе в лоб! — захохотав, ответил Порки.

— Иногда ты бываешь почти умен, — заметил Кауфман. — Представь себе, что он именно это и сделает, — Без шуток?

— Это должно случиться, — продолжал Кауфман. — Их наверняка видели вместе в Пайн-Сити. Мы также можем привести свидетелей, которые дадут показания о том, как лейтенант увез девушку, когда прием был в полном разгаре. К тому же полиция не станет раздувать дело. Она сделает все, чтобы его замять…

Он улыбаясь посмотрел на меня.

— Что вы думаете об этом плане, лейтенант? Видите ли вы в нем погрешности?

— Я размышлял… — сказал я. — Вы убили свою жену.

Вы убили двух девушек, чтобы заткнуть им рот. Но где Ольга Кельнер? Где вы спрятали ее труп? И так, шаг за шагом, — продолжал я, — дошел вот до чего: может быть, Анжела Маркой сформулировала свое заявление, ничего не требуя взамен…

— Да?

— Ну да! Эти девушки честно сказали правду: Снэк Ленниган — это вы!

Его улыбка исчезла.

— Неплохо, — согласился он, — совсем неплохо…

По правде сказать, жаль, что полиция потеряет одного из своих самых бравых сотрудников, а, лейтенант? — Его лицо стало бесстрастным. — Но это не причина удаляться от интересующей нас темы: видите ли вы погрешности в моем плане, который я составил, чтобы сразу освободиться от вас и Джо?

— Ваша история о преступлении, совершенном в припадке страсти полицейским, несостоятельна, — ответил я. — Кто угодно разобьет ее за пять минут.

— А почему?

— Потому!