Твоя навсегда
Шрифт:
– Он – пьяница, понятно? – сказала мисс Мейбл, толкнув Саманту локтем в спину.
– Тише ты, – зашипела ее сестра.
– Он что-нибудь ел? – спросила Саманта, не обращая внимания на комментарии двух своих спутниц. Они поднялись по лестнице и оказались в маленьком коридоре. На втором этаже было всего три комнаты. Мистер Седлер остановился возле одной из них.
– Вообще ничего, – ответила миссис Седлер. Саманта нахмурилась.
– Почему вы считаете, что он серьезно болен? Может быть, ему стало плохо из-за того, что он выпил слишком много спиртного?
– Мы
– У него все тело просто горит огнем. У пьяных такого не бывает. Можете мне поверить, – добавил мистер Седлер, взявшись за ручку двери. – Должен сразу предупредить вас, мисс Нортрап, что это зрелище не из приятных.
– Другого я и не ожидаю увидеть, – заверила его Саманта.
– Мы готовы к самому худшему! – твердо заявила мисс Мейбл.
Хозяин гостиницы не стал стучать в дверь. Он просто ее открыл и отступил в сторону. Сестры Дойл сразу же ринулись к двери, вытянув шеи, а потом, зажав пальцами носы, резко отступили назад.
Саманте часто приходилось посещать больничные палаты, поэтому она уже привыкла к царящему там зловонию. Бедный мистер Браун! Все помойные ведра, стоявшие в комнате, были доверху заполнены рвотными массами. К этому запаху примешивалась вонь спиртного и мужского пота.
О да, это был он. Она узнала его, даже несмотря на густую щетину, покрывшую его лицо.
Высокий и широкоплечий мужчина лежал на спине, растянувшись на слишком короткой для него кровати. Оконные ставни были еще закрыты, и в комнате царил полумрак. При таком освещении он казался мертвенно-бледным. Он был полностью одет и даже обут в покрытые засохшей грязью ботинки. Его не менее грязная одежда была сильно измята. Казалось, что он пытался раздеться, но так и не смог сделать этого. Если бы не прерывистое дыхание и яркий румянец на щеках, можно было бы подумать, что он крепко спит. Его лоб был покрыт густой испариной.
Все это не на шутку встревожило Саманту. Она подошла к нему и прижала пальцы к его щекам. Однако она почувствовала, что от него исходит сильный жар, еще до того, как прикоснулась к нему.
– Мистер Седлер, прошу вас, уберите отсюда эти помойные ведра, – быстро приказала она. – Не вздумайте выплескивать их содержимое в окно. Пусть Томми выльет все это где-нибудь подальше и присыплет землей.
Мистер Седлер посмотрел на Томми и щелкнул пальцами, давая ему понять, что он должен выполнить это приказание. Парень нехотя протиснулся вперед, зажав рукой нос.
– Что с ним, мисс Нортрап? – испуганно спросила миссис Седлер. – Вы знаете, чем он болен?
Саманта поставила на пол корзинку с лекарствами. Ей даже не нужно было сверяться со своим дневником. Она сразу поняла, чем он болен.
– У него сильнейший грипп, – сказала она.
Едва она произнесла это страшное слово, как в комнате воцарилась мертвая тишина. Вспыхнувшая этой зимой в деревне эпидемия
После того как этот тяжелый недуг буквально за считанные дни свел в могилу викария Нортрапа, даже самые молодые и здоровые жители Спраула боялись заболеть гриппом. В прошлом месяце он унес жизнь ребенка Райманов. Миссис Седлер схватила сына за руку и вытащила его из комнаты.
– Иди вниз и присмотри за своими братьями и сестрами. Ни в коем случае не пускай их на второй этаж.
– Я пойду с ним, – вызвалась мисс Мейбл. В это время мисс Хетти уже бежала вниз по ступенькам.
– Мы должны избавиться от этого человека. Нужно увезти его из гостиницы, – заявил мистер Седлер. – Ни одна живая душа не осмелится зайти в мой дом, если здесь будет лежать больной гриппом.
– Но наш первейший христианский долг – поддержать больного в трудный момент и оказать ему помощь, – напомнила ему Саманта. – Этот человек очень болен. Его нельзя сейчас трогать. Это может только ухудшить его состояние, – сказала она и прижала пальцы к шее мистера Брауна, пытаясь нащупать его пульс. Он был слабым, но вполне устойчивым. Похоже, мистеру Брауну это не понравилось. Он резко повернулся и оттолкнул ее руку.
– Мистер Браун? – спросила Саманта, наклонившись над ним. – Мистер Браун, вы меня слышите? – снова спросила она, но уже более громким голосом.
Поморщившись, мистер Браун отвернулся.
– Убирайтесь, – едва слышно пробормотал он. Сейчас он был совсем не похож на того сильного и страшного человека, с которым она встретилась всего пару дней назад.
– Мистер Браун, прошу вас, откройте глаза. Скажите нам что-нибудь.
Саманта уже начала сомневаться в том, что он ответит ей, как вдруг он все-таки открыл глаза. Она с удивлением обнаружила, что их цвет – теплый, темно-карий, а не угольно-черный, как ей показалось при первой встрече. А еще в его черной щетине она заметила несколько рыжих волосков.
Он в недоумении уставился на нее.
– Мистер Браун, вы меня помните? Это я, мисс Нортрап.
Он не ответил ей. Она решила, что он просто не хочет с ней разговаривать, и в этот момент он заговорил.
– Хозяйка могильного склепа, – прошептал он.
Услышав его слова, миссис Седлер просто онемела от ужаса. Даже у Саманты от страха по спине побежали мурашки, когда он произнес низким и скрипучим голосом:
– Вы пришли, чтобы забрать мою жизнь?
– Я не понимаю, о чем вы говорите. – Саманта вся дрожала.
– Я умираю, мисс Нортрап, – прошептал он, и его тонкие губы искривились в иронической усмешке. – Умираю.
Она взяла его за руку. Его шершавая мозолистая ладонь была твердой и холодной, несмотря на то что все его тело горело огнем. Переплетя свои пальцы с его пальцами, она потерла его ладонь, чтобы восстановить циркуляцию крови. У него были длинные тонкие пальцы, как у людей благородного происхождения. Тем не менее, в них ощущалась сила.
– Вы будете жить, мистер Браун. Я не позволю вам умереть.