Угу и Тет

В то далекое время люди не умели строить домов, и мальчик Угу со своей сестренкой Тет жили в пещере. Раньше в этой пещере жил огромный черный медведь, но отец Угу и Тет убил его большим каменным топором.

Тогда люди не умели еще добывать железо. Они делали себе оружие из камня и дерева, питались мясом убитых на охоте зверей. А о том, что можно приручить каких-нибудь животных, они и думать не могли.

И вот в то далекое-далекое время,

в одно прекрасное утро из-за горы, поросшей дремучим лесом, поднялось большое красное солнце.

Теплые, веселые лучи его расстилались по разбуженной земле и осветили в скале над рекой широкий, словно разинутая пасть, вход в пещеру.

Из пещеры выскочил юркий, худенький мальчик, рукой заслонил от солнца свои карие глазки и стал всматриваться в даль. Затем, повернувшись на одной ножке, вприпрыжку побежал к роднику.

Из-под большого серого валуна струйкой пробивалась вода. Мальчик припал к воде, попил, плеснул себе в лицо и, взвизгнув, вскочил на ноги.

Вернувшись к пещере, он опять внимательно оглядел окрестные холмы и крикнул:

— Па! Паа! Пааа! Было тихо.

Тогда он крикнул еще громче:

— Ма! Маа! Мааа! Никто не ответил ему.

Мальчик рассердился, тряхнул кудрявой головой и, повернувшись лицом к пещере, позвал:

— Тет!

В тот же миг из пещеры выскочила девочка. Она была чуть ниже мальчика, как и он, нагишом, такая же бронзовая от солнца, такая же худенькая и подвижная.

— Тет, где Па? — встревоженно спросил мальчик.

— Не знаю, — ответила она.

— А где наша Ма?

— Не знаю.

— Тет, Па и Ма нас бросили?

— Что ты! — воскликнула девочка. — Ведь Па и Ма любят нас, Па и Ма никогда нас не бросят.

— Но ведь Па и Ма ушли из старой пещеры и оставили там старую Ба и старого Де. А мы так любим Ба и Де…

Девочка на мгновение задумалась, а затем ласково, чуть насмешливо улыбнулась:

— Но ведь в старой пещере всем нам было тесно. А со старым Де и старой Ба остались много дядей, тетей и маленьких детей. А нам здесь, в этой пещере, хорошо.

— Я люблю Де и Ба, — перебил ее Угу, — я хочу к ним! Дети помолчали.

— Как кушать хочется, — уныло проговорил мальчик.

— А может быть, Па и Ма нам оставили еду? — сказала Тет.

И дети вбежали в пещеру.

В начале пещера была просторная. В ней можно было ходить не сгибаясь. Но чем глубже она уходила в скалу, тем уже и темней становилась.

У стены лежал огромный камень, им на ночь заслоняли вход, чтоб в пещеру не пробрались бы звери.

В середине пещеры лежала груда пепла и тлеющих углей, вдоль стен на листьях и мху были разостланы звериные шкуры.

Дети порылись в золе, но ничего не нашли в ней, кроме истлевших костей и обгорелых сосновых шишек.

Угу вытащил из пепла большой черный уголь и направился к сестре, которая в это время шарила руками по выступу

скалы.

— Нет ничего, — не оборачиваясь, грустно промолвила она.

Угу бросил уголь и сел на землю, обхватив колени руками.

— Но может быть, они оставили нам еду в твоем углу? — быстро сказала Тет.

Угу повеселел и первым бросился туда, где он обычно спал. Но и там не оказалось еды, — только большие обглоданные кости да среди них широкие, гладкие лопатки каких-то зверей.

Угу поднял одну из них:

— Давай погложем ее, — предложила Тет, — ведь она не совсем высохла.

— Нет! — воскликнул Угу. — Это для Ба и Де…

Вдруг он нагнулся, схватил с земли прут и метким ударом раздробил голову бежавшей по скале ящерице. Тет и оглянуться не успела, как Угу оторвал ящерице голову и с удовольствием сунул маленькое зеленое тельце себе в рот.

— А мне? — возмущенно крикнула Тет.

Угу взглянул на сестру, вынул изо рта ящерицу, разорвал ее и половину протянул девочке.

Но могла ли одна маленькая ящерица насытить двух голодных одиннадцати-двенадцатилетних детей?

Тет вздохнула:

— Куда же ушли Па и Ма?

— Пойдем, осмотрим деревья, — сказал Угу. Дети выбежали из пещеры, спустились по склону горы и стали внимательно осматривать стволы деревьев и ветви кустарника.

Они знали, что родители, если только они не навсегда ушли от них, обязательно должны были оставить знаки на деревьях или кустах.

— Вот! — радостно крикнула Тет, указав на сломанную ветку.

— А вот еще! — закричал Угу. — Они ушли в сторону рождения солнца.

— Гляди, гляди, — говорила Тет, — вот висят рыбьи кости, вот бычьи кости… О, Угу, они ушли на охоту.

— Значит, скоро мы будем много-много кушать! Дети стали прыгать и петь:

Наша Ма и наш Па Принесут добычу! Наедятся Тет и Угу! Наша Ма и наш Па Скоро вернутся! Они любят Тет и Угу!

Запыхавшись, дети перестали плясать, посмотрели друг на друга и снова вспомнили, что они голодны.

— Тет, давай поищем в гнездах яйца.

— О, Угу, мы их выбрали из всех этих гнезд, — Тет повела рукой вокруг, — на этих деревьях ни одного яйца нет.

— Тот, ты быстроногая, пойдем поймаем зайца.

— Пойдем!

Угу подхватил с земли прут, взял сестру за руку, и дети побежали.

Они долго бегали по холмам и оврагам в поисках зайца. Только двух крыс и одну мышь поймала быстроногая Тет. Угу оторвал им головы, содрал с них шкурки, и дети заморили червячка.

Солнце поднялось уже высоко. Дети вышли на тропинку и присели отдохнуть в тени огромного дерева.