Ванька 2

Куковякин Сергей Анатольевич

Научат костыгу и броскам, заломам, как голову свернуть точным движением. Ножом работать, а если рука до врага не достает, то и метнуть его правильно. Сам такому не научишься, в книжке какой не прочитаешь. Тут всё из уст в уста, от сердца к сердцу и далеко не всем. Злых, нехороших бузе не учат. Только для добра нарожденных.

Стоит буза на

точности, правильности, силе и скорости. Многих сразу отсеивают. Вспыльчивых, нетерпеливых… Учат нужным приемам и действиям сейчас костыгу на сверхмедленных скоростях. Сначала ему надо освоить не только попадание в нужное место, но, главное – делать это правильно. Со временем будет попадать в цель он точно и быстро, так, что глаз заметить не успеет…

Уже теперь, как заметил Федор, двигается костыга непрерывно, плавно, как бы перетекает… Ещё раз про себя атаман кивнул, заметочку себе сделал.

Сейчас ему только ещё мышление перестраивают, принципы боя через сказки вкладывают. Старший говорит, к примеру – не пустили в дверь, лезь в окно или через подпол… Костыге уже понятно – ударил прямо, затем сбоку, а после в пах. Ищи окно – дыру в защите супротивника, дверь – направление прямой атаки, лоб в лоб, подпол – это что ниже пояса…

Всё с песней, в пляске… Так дышать костыга учится. Слаженность у него вырабатывается, а как без неё в улье биться? Парный, групповой пляс для этого же. Ритм боя костыга учится ловить, день за днём растёт его выносливость, ловкость и всё, что в бою важно.

А, уж вприсядку плясать… Против конного бой вприсядку хорош, да и на укатанном снегу часто приходится сражаться. Тут в присяде и подсекай стоящего на скользком врага. Ногами. А, ногами бузники не бьют, они ногами убивают.

Федор улыбнулся. Последние слова его дедушка часто говаривал… Вот у кого, ноги-то как железные были…

Переключился мыслями из-за этого костыги атаман, дал краткий отдых своей голове. Не всё же о плохом и тяжелом думать.

Хорошо это, когда смена тебе растёт. Правильно

это. Так и должно быть.

Глава 13 Павел Павлович

Где на нас кинжалы точат

Мы туда гулять идем.

Или нас кого зарежут,

Или мы кого убьем.

Ушла артель Федора на пятачок. Я в селе остался. Застрял здесь неизвестно на сколько…

Сейчас какое-то время дергаться не надо, надо ровно на одном месте посидеть. Попадёшь во время войны артелей кому-то под горячую руку…

Режьте, режьте паразиты,

Мое тело на куски.

Мое мясо – не капуста,

Не посыплются листки.

Федор, перед тем как уйти, поинтересовался, чем я раньше занимался. Я ответил – в больнице работал. Тут он меня в земский фельдшерский пункт и определил. На помощь к Павлу Павловичу, представителю местной уездной медицины. Старичку совсем скоро лишние руки не помешают.

Голова моя, головушка

Я тобой не дорожу.

Разобьют тебя, головушка

Я платочком повяжу.

Резаных, ушибленных много будет. Кого и убьют… Не без этого.

Бой с высоковскими без уговору будет. Это тебе не драка после престольного праздника. Там, да, заранее уговариваются – в пах и затылок не бить, не ломать пальцы, ножами не колоть, а только резать… В бою можно всё применять, что к победе ведёт.

Задушевного товарища

Зарезали во ржи.

Ала кровь его бежала

Со разбитой головы.

Фельдшер Павел Павлович свой не богатый инструментарий пересматривал и в курс дела меня вводил.

– Высоковские, Ваня, колы любят. Наши – тростки, о они – колы. По два метра, да ещё с одной стороны заострённые. Мочат их в специальном рассоле из брусники… Такие вокруг шеи обовьются, а не сломаются. Ударишь таким, а он залипает…

Павел Павлович виртуально продемонстрировал работу с колом. Видно было, что в этом деле он не одну собачку скушал.

Конец ознакомительного фрагмента.