Верить в чудо
Шрифт:
Но сейчас ее желания вполне могли исполниться. Фрэнк был совершенно нагим и полностью находился в ее распоряжении. Он хрипло застонал, когда она придвинулась поближе к его быстро оживающей и меняющей размеры интимной плоти, и это вновь заставило Трейси вспомнить Бена. Тот никогда не стонал, занимаясь любовью. Он вообще делал это очень тихо. Все звуки издавала Трейси. Однако ей очень понравилось слушать, как стонет мужчина, и она решила про себя, что еще не раз заставит Фрэнка стонать от наслаждения.
Трейси легонько, едва касаясь, провела пальцами от основания члена
Через некоторое время дрожь Трейси усилилась, но уже не из-за беспрерывных стонов Фрэнка, а потому что ее собственное желание достигло некоего предела, за которым наступал черед более ощутимых действий. Трейси почувствовала, как словно чья-то невидимая горячая рука стиснула ее между ног, а соски напряглись так сильно, что даже возникла легкая боль.
Тогда она склонилась над Фрэнком и потерлась сосками о его разбухшую плоть. Затем она подхватила обе груди ладонями, сжала вокруг члена, заключив его в мягкий нежный плен, и начала двигаться. Когда возбужденная плоть Фрэнка заскользила в этом своеобразном тоннеле, его дыхание стало хриплым, и через минуту Трейси услышала предупреждающий возглас. Но она оставила его без внимания. В это мгновение она уже так же не могла контролировать себя, как и Фрэнк.
Взрыв удовольствия поглотил Трейси в тот самый миг, когда тело Фрэнка содрогнулось в заключительных судорогах. И самым изумительным было то, что Фрэнк даже пальцем ее не коснулся.
Потрясенная сверх всякой меры, Трейси потом долго лежала рядом с Фрэнком, который, вернувшись к реальности немного раньше, аккуратно обтер ее грудь принесенным из каюты полотенцем, предварительно смочив его водой. Заметив, что Трейси начала дрожать от потянувшейся с реки прохлады, он сходил за одеялом и заботливо укутал ее.
— Тебе хорошо? — шепотом спросил он, прикоснувшись губами к ее щеке.
— Хорошо, но… — Трейси помедлила, прислушиваясь к себе. У нее осталось ощущение, что она не насытилась. Странно, но она продолжала желать Фрэнка. Ей хотелось подарить ему новые ласки, те, которые Бен получал лишь по особой просьбе, а также новые, которых она еще себе никогда не позволяла. Боже мой, подумала Трейси, откуда взялась подобная ненасытность? Не становлюсь ли я нимфоманкой?!
Фрэнк как будто понял, какие мысли вертятся в ее голове.
— Не нужно смущаться Тесс, — заметил он. — То, что ты делала, было вызвано страстью и доставило мне огромное наслаждение. И я уверен, что тебе это тоже понравилось. А знаешь почему? Потому что мы любим друг друга.
Трейси повернулась и удивленно посмотрела на него. Но в глазах Фрэнка действительно светилась любовь, и это наполнило ее душу счастьем, а сердце заставило сладко сжаться от радости.
— Я полюбил тебя с первого
Так же говорил когда-то и Бен, припомнила Трейси, чувствуя, что ее глаза наполняются слезами. Только тогда это было неправдой.
— Ты уверен? — сдавленно спросила она.
— Уверен, как никогда в жизни, — решительно произнес Фрэнк, и Трейси по его глазам поняла, что он искренен. — Скажи, что ты тоже любишь меня, Тесс. Я больше не могу ждать. Я не вынесу, если ты не ответишь мне взаимностью!
— Ах, Фрэнки! — воскликнула она, высвобождая руки из-под одеяла. — Я люблю тебя, люблю! — Она нежно обняла его. — Сейчас я уже не сомневаюсь в своих чувствах. Я люблю тебя так сильно, что это даже пугает меня!
— Я испытываю то же самое! — подхватил Фрэнк, вновь пряча руки Трейси под одеяло и убирая светлые пряди волос с ее лица. — И поверь, мне немногое нужно — только любить тебя и заботиться о тебе.
— Я верю, Фрэнки. Ты никогда не сделаешь того, что сделал твой брат. Никогда не будешь лгать мне, — прошептала Трейси, лихорадочно целуя его лоб, лицо, плечи. — Впрочем, не будем сейчас вспоминать о моем муже. Мы еще успеем сделать это позже.
— Позже… — повторил Фрэнк со странными интонациями в голосе. — Вся беда в том, Тесс, что «позже» всегда наступает. И часто бывает так, что оно оказывается не таким уж хорошим.
— Может, ты хочешь, чтобы мы с тобой вместе отправились к Бену и рассказали ему обо всем?
Фрэнк на мгновение замер, а потом улыбнулся и сказал:
— Меня больше волнует другое. Мы с тобой никак не предохранялись… Ты не боишься забеременеть?
— Я уже подумала об этом, но надеюсь, что ничего подобного не случится. Я веду календарь своего цикла, и сейчас как раз такие дни, когда возможность зачатия минимальна.
— Значит, ты не принимаешь противозачаточные таблетки?
— Прежде принимала по настоянию Бена, но, когда сбежала от него, бросила. Видишь ли, твой брат не хотел иметь детей, откладывая этот вопрос на необозримое будущее, — с горечью пояснила Трейси.
— А я был бы счастлив, если бы ты подарила мне ребенка, — тихо заметил Фрэнк. — И чем скорее, тем лучше!
— Ты не хочешь ждать, пока мы поженимся?
— Нет.
— Да-а… — мечтательно протянула она, представив себе, как подносит к груди улыбающегося младенца. — Ребенок — это замечательно. Но сегодня у нас вряд ли что-то получилось.
— Ничего! Если мы будем как следует заниматься любовью каждую ночь, то все непременно получится, — заверил ее Фрэнк, нежно гладя пальцами по лицу, шее и все еще твердым от напряжения соскам. — А сейчас, солнышко, поцелуй меня, — добавил он вновь охрипшим голосом. — Поцелуй везде, как ты хотела…
Так Трейси и сделала. Она вновь уложила Фрэнка на спину и покрыла поцелуями всего, сверху донизу. И он в очередной раз не мог удержаться от стонов.
— Как мне нравится то, что ты делаешь!.. — сдавленно говорил Фрэнк, гладя ее по волосам. — Ты представить себе не можешь, что я испытываю… Ведь ты и впрямь любишь меня, верно? Ах! Не останавливайся, прошу тебя… Только не останавливайся…