Вестфолд
Шрифт:
– Значит, если я соглашусь, – проговорил Адриан после недолгой паузы, – то получаю жизнь и свободу?
– Конечно, – согласилась Лаура. – Ну… на известных условиях. Разумеется, первое время за тобой будут присматривать… Как следует присматривать, – жестко закончила она. – Чтобы удостовериться, что игра будет честной.
– Ты действительно считаешь это честной игрой? – Это был риторический вопрос, и Адриан не ждал ответа. – Хорошо, а что будет с ней?
– С кем? – спросила Лаура в притворном недоумении.
– Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю.
– Ах эта… Извини. Она обвиняется
Я зажала рот рукой, чтобы не ляпнуть чего-нибудь лишнего. Мне слишком многого стоило не вмешиваться в этот разговор до сих пор. Необходимо было продержаться до конца.
– Сосредоточься, Адриан, – посоветовала Лаура. – На твоем месте я бы сейчас думала о собственной судьбе.
– Ты бы – конечно, – задумчиво подтвердил Адриан.
– Тебя должны повесить послезавтра на главной городской площади, – напомнила Лаура, чеканя каждое слово.
– Спасибо за напоминание, – кивнул Адриан. – А то я уже начал об этом забывать. У меня есть время подумать?
– Думай, – щедро согласилась Лаура. – Я подожду. Только учти: у тебя ровно два варианта. Либо ты уходишь отсюда вместе со мной – и мы сегодня же вечером венчаемся в храме, либо я ухожу одна – и в этом случае послезавтра ничто тебя не спасет.
– Только идиот не согласился бы, – беззвучно прошептала я одними губами.
– Хорошо, я согласен.
Голос Адриана громом прогремел в ушах. Черт, и ведь всего секунду назад я думала, что именно так он и должен поступить. Почему же теперь я почти физически ощутила, как волна разочарования рассекает мое тело пополам?
– Отлично. – Кажется, она и не думала сомневаться в его ответе. – Эй, ты, там! – подозвала Лаура. Один из стражников поспешно приблизился к ней. – Открывай.
– Госпожа, вы уверены? – нерешительно пролепетал он.
– Еще раз осмелишься со мной спорить и сам окажешься в камере, – предупредила Лаура.
Стражник торопливо зазвенел ключами. Прекрасно понимал, что шерифская дочка не любит шутить. Лаура между тем сделала пару шагов в мою сторону и посмотрела мне в глаза с ярко выраженным презрением.
– А ты неплохо держишься, – снисходительно заметила она, – для приговоренной к смерти.
– Ты тоже неплохо держишься, – не осталась в долгу я, – для женщины, которую мужчины готовы взять в жены только под страхом смерти.
Молодой стражник хихикнул в кулак, но тут же придал лицу прежнее равнодушное выражение. Лаура подошла вплотную к разделявшей нас решетке. Ее лицо перекосила такая ненависть, что я невольно порадовалась наличию между нами преграды, пусть даже такой.
– Ты забываешь, ничтожество, кто хозяин в этом замке, – прошипела она. – Тебя в любом случае скоро повесят, но если я захочу, то оставшиеся два дня ты проведешь в пыточной, умоляя о том, чтобы казнь хоть немного ускорили.
– Так мы идем отсюда или нет? – нетерпеливо вмешался Адриан.
– Да. – Лаура обернулась к нему, стараясь вернуть себе прежнее самообладание. – Нечего здесь задерживаться.
Она быстро зашагала прочь, звонко цокая каблучками, Адриан проследовал за ней. Я бесшумно приблизилась к решетке, до последней секунды провожая его взглядом. Я хорошо понимала, что, вероятнее
– Ты что, Джош, с ума сошел?! – Стражник постарше набросился на молодого, стоило шагам Лауры и Адриана затихнуть вдалеке. – Нашел над кем смеяться! Этой-то и вправду все равно, ее скоро повесят, тут уж и пошутить не грех. А ты-то, дурья твоя башка, что, туда же захотел, с ней за компанию?
Ну вот, моя компания уже перестала котироваться, машинально подумала я, снова усаживаясь на солому. Общество Лауры теперь явно ценится выше. Чтобы отвлечься, я с силой ударила кулаком по стене. Отвлеклась. Чуть было не взвыла, сдавливая второй рукой взорвавшуюся болью кисть. Метод хороший, но помогает лишь на короткое время. Я вздохнула, откидывая голову назад. Когда меня предала Кларисса, это не было так больно. Собственно, это вообще не было больно, я всего лишь злилась на собственную недальновидность. А то, что произошло сейчас, даже нельзя было назвать предательством. Я же сама, САМА считала, что ему следовало поступить именно так. Разве было бы лучше, если бы послезавтра он умер рядом со мной, перестав дышать в то мгновение, когда захрустят шейные позвонки? От этого не было бы лучше ни ему, ни мне. Ровным счетом никому. Так почему же тогда я все острее с каждой минутой чувствовала, что меня предали?
Минуты тягуче текли, склеиваясь в часы, и я сама не заметила, как задремала. Поняла это лишь тогда, когда проснулась в холодном поту. Мне показалось, что прямо надо мной склонилась женщина, голова которой покрыта платком, и ее большие грустные глаза заглядывают прямо в душу. Я вздрогнула и затрясла головой, отгоняя видение. Разумеется, в камере, кроме меня, никого не было. Но смерть подошла очень близко, и от этого мне стало не по себе.
Очень эгоистично, даже недопустимо с моей стороны было так думать, но… когда за стеной сидел Адриан, мне было не так страшно.
Глава 14
Ближе к вечеру к двери в камеру подошли два стражника, уже знакомый мне Джош и еще один, которого я видела впервые.
– Поднимайся, нечего рассиживаться, – обратился ко мне тот, второй. – И приведи себя в порядок, насколько это возможно.
– Это еще с какой такой радости? – нахмурилась я, даже не думая шевелиться.
– Ты будешь присутствовать на свадьбе госпожи Лауры де Оксенфорд, – пояснил он.
– Вот еще глупости. Мне что, делать больше нечего?
Вообще-то делать и вправду было особенно нечего, но отправляться на свадьбу тем не менее не хотелось.
– Тебя никто не спрашивает, – огрызнулся стражник. – Было приказано доставить тебя на церемонию венчания. Сама не пойдешь – за волосы притащим.
Очень захотелось, за неимением кинжала, проехаться по его физиономии ногтями. Но смысла это не имело. Если понадобится, действительно притащат.
– В чем дело, Лаура не только жениха затаскивает на свадьбу под страхом смерти, но еще и гостей? – осведомилась я, неохотно поднимаясь и отряхивая юбку от соломы. – Впрочем, в чем-то она права. Ей действительно нужно собрать на венчание как можно больше свидетелей. Иначе люди потом не поверят, что кто-то взял ее в жены.