Время созидать
Шрифт:
Саадар отложил оружие и стал наблюдать.
Сначала Арон просто качался, потом начал выть песню. И все посматривал на Саадара, как будто примеривался, достанет ли его заклинание.
От этого взгляда мороз по коже продирал.
А ведь мальчишка очень сильный. Чересчур, если вспомнить, что похожие трюки вытворяли рутенцы. Интересно, госпожа Элберт понимает, что у ее сына не может быть таких сил?.. Откуда они тогда? Саадар бы дал руку на отсечение, что мальчишка сейчас едва ли не сильнее самого отца
Чтобы не думать о разных гадостях, на которые способен мальчишка, Саадар вернулся к своему занятию, впрочем, чутко прислушиваясь к тому, что делается вокруг.
Бум. Бум. Бум. Он поднял голову – и увидел, что Арон достал где-то толстую палку и теперь колотит ею по столбикам перил. Бум. Бум. Бум!
Сыпалась труха, и перила раскачивались. Паук, сидевший в паутине, в ужасе забился в какую-то щель.
– Чинить магией будешь? – как ни в чем не бывало спросил Саадар. – Или это за тебя мать сделает?
Арон промолчал, но удары стали сильнее и злее.
– Так не пойдет. – Саадар со вздохом встал. – Может, потренируешься со мной?
На последнем ударе ветхие перила все же проломились, и Арон остался стоять с палкой в руках. У Саадара рука зачесалась дать мальчишке подзатыльник. Жаль, что госпожа Элберт запретила его хоть пальцем трогать. А то узнал бы, как в армии уму-разуму учат!
– Ломать всегда проще, – раздумчиво заметил он. – Попробуй-ка починить, что сломал.
– Чего ты меня учишь? – буркнул Арон. – Ты мне в учителя не нанимался.
Он бросил палку, но прочь не пошел, оставшись стоять на веранде. Пнул ногой – чтобы окончательно доломать – перила. От этого стало как-то неприятно.
– По-хорошему, это я должен обидеться, – сказал Саадар. – Скажи-ка, отчего ты так на меня взъелся?
– Не знаю, – честно признался Арон. И громко засопел.
Похоже, мальчишка вспыхивал быстро, да так же быстро и остывал.
Саадар вынул из кармана спелое красное яблоко – наверняка сочное и сладкое. У Арона округлились глаза, стало видно, что съесть яблоко он не прочь.
– Мой сад! Мои яблони! А ты мое яблоко украл! – выпалил он.
Саадар опомниться не успел, как Арон схватил яблоко и убежал по тропинке в заросли акации.
Вздохнув, Саадар вернулся к прерванному занятию. Но почти сразу же снова отложил клинок и пошел искать Арона – мало ли что мальчишка со злости еще натворит…
Тот нашелся в глубине сада, под грушей – сидел на резной скамье, подтянув колени к подбородку.
Услышав шаги, Арон встрепенулся, как-то странно дернулся, но потом снова застыл в неудобной скрюченной позе – точь-в-точь большая угрюмая птица. Ворон.
– Не держи зла, малой, – примирительно двинулся к нему Саадар, поднимая ладони. – И я держать не буду за твою выходку с магией.
Лицо Арона скривилось, будто яблоко было совсем кислым.
–
– Когда-нибудь, – улыбнулся Саадар. – Всему свое время.
Он сел на скамью, разглядывая подлокотники – странной, диковинной формы. Хотя краска и слезла, было видно, что резала их искусная рука.
– Матушка твоя вырезала?
Арон сидел к нему спиной. Дублет на спине мальчишки как-то напряженно натянулся.
– Не знаю. Наверное. Тебе-то какое дело? – прежним недружелюбным тоном пробурчал он.
– Никакого. Любопытно просто.
– Да что ты ко мне привязался! Иди к Эрину вяжись! Или к другим! Они тебе с удовольствием выболтают все! – Арон соскочил со скамьи и встал напротив – волосы у него от ярости торчали дыбом, а глаза влажно блестели. Губы превратились в тонкую ниточку. – Меня из-за тебя и так посылают в монастырь! А я… – он осекся.
– Правда? – Саадар не сдержал удивленно-недоверчивый смешок. – Как думаешь, может, матери-то оно виднее? Вряд ли она хочет, чтобы…
Лицо Арона стало багроветь.
– А ты знаешь, что там со мной сделают?! В Оррими? Заставят молиться целыми днями, всяких больных проказой лечить и не спать по ночам. И милостыню для храма просить! А потом я сам стану уродливым старикашкой!
– Все мы постареем, а монахов народ уважает…
– Плевать мне на это!..
Саадар пожал плечами. Раз призвал Многоликий служить ему, дал силу – иди, служи. Как сам Саадар служил Республике на полях сражений. Разница невелика, если подумать. А кто не хочет обладать силой Многоликого, его благословением?..
– Говорят, в Рутене магов учат разному. – Арон зло шлепнул ладонью по скамье. – И не заставляют всю жизнь молиться и в монастыре жить. А-а-а, и все равно! Мама этого не понимает!
Они выжидающе смотрели друг на друга.
– В Рутене учат магов убивать тех, у кого дара нет, – жестко сказал Саадар. – И в Инвире, и в Амидане учат. По всей Алмарре!
Но Арон его не слышал, поглощенный собой.
– У нее в голове одни цифры! – его голос звенел. – Она думает, что и у меня тоже должны быть!.. Что я должен это изучать. А я терпеть не могу математику!
– Она тебя бережет, мальчик, – едва слышно произнес Саадар. – Всех вас она бережет. А ты бы вместо того, чтобы ругаться да пенять почем зря, помог бы ей. Раз себя таким взрослым считаешь.
Арон непонимающе смотрел на Саадара. Кажется, такая мысль даже не приходила ему в голову, она оглушила его, будто камнем.
Мальчишка. Ничего-то не знает о мире, о том, что происходит за крепкими стенами его дома… И госпожа Элберт хороша – ограждает сына от всего вокруг. А ему всего-то нужна твердая мужская рука и тот, кто объяснит ему, что к чему.