Xамза
Шрифт:
Хамза говорил правду о поджоге мазара - это понимали все.
И народ слушал его затаив дыхание.
Исмаил увидел, что люди приходят в волнение. Если он не сумеет сейчас предпринять что-то решительное...
Шейх сделал знак дервишам. Этого условного знака никто не знал, кроме них, и поэтому не заметил. И тут же дервиши подняли невообразимый шум, закричали, завизжали, заглушая последние слова Хамзы. Исмаил мгновенно использовал этот шум.
– Мусульмане!!
– зычно закричал он.
Дервиши затихли. Наступила тишина.
Шейх решил бить Хамзу наотмашь. Что нужно
Клевета!..
– Мусульмане!
– снова закричал Исмаил.
– Этот проклятый человек клевещет на обиталище святого Али, он призывает разрушить его!
Толпа всколыхнулась. И шейх, показывая рукой на Хамзу, начал проклинать его:
– Да испустишь ты дух, шайтанское отродье! Да сожрут тебя черви и пауки! Да съедят змеи твой поганый язык, клевещущий на нас! Да будешь ты вечно вертеться в семи адах! Да пошлет на тебя гибель дух нашего святого Шахимардана! Аллах акбар!
Гул голосов пронесся над собравшейся на площади мазара толпой. Увлекаемые дервишами, верующие теснили Хамзу, Алиджана и Амантая к ступеням вырубленной в скале лестницы, по которой нужно было подниматься из кишлака, чтобы попасть к мазару.
Из толпы уже раздавались злобные голоса:
– Уничтожить их!
– Сбросить со скалы!
– Закидать камнями!
– Оставь нас в покое, Хамза. Уезжай туда, откуда явился!
Положение было критическим.
И в этот момент через площадь мазара метнулась женская фигура и бросилась к Хамзе.
Это была Зульфизар.
Хамза не поверил своим глазам - Зульфизар осталась в Фергане и должна была приехать только через неделю. Как она оказалась здесь?
– Стойте! Стойте!
– кричала Зульфизар, прорываясь сквозь толпу.
Вид городской женщины - молодой, стройной, очень красивой и совершенно не похожей на местных жительниц - произвел сильное впечатление. Дервиши остановились. Многие верующие смотрели на Зульфизар, широко разинув рот, ее лицо было совершенно открыто. И настолько привлекательным, настолько прекрасным, настолько соединяющим в себе все человеческие представления о земной женской красоте было это лицо, что на людей как бы напало оцепенение.
Многие впервые в жизни видели так близко от себя "чужое"
открытое женское лицо. И какое лицо! Большинство находившихся на площади мазара верующих никогда в жизни не видело такого лица, потому что считали женскую красоту порождением дьявола.
И сила удивления и восхищения перед красотой, естественная для человека, оказалась сильнее религиозной силы, навязываемой ему. Люди стояли неподвижно и, может быть, не отдавая себе отчета в своем состоянии, любовались Зульфизар.
Никому даже не пришла в голову мысль о том, что она без паранджи.
Даже шейх Исмаил был неподвижен. Даже он, повидавший на своем веку многих красавиц, был поражен красотой Зульфизар.
А Зульфизар в эту минуту действительно была прекрасна, бесподобна, всесильна!
...Она скучала в Фергане без Хамзы и решила ехать раньше.
В дороге, чтобы не возникали осложнения, закрывала лицо косынкой. В кишлаке Вадил наняла арбу. Ее городской костюм убедил возницу в том, что перед ним важная особа.
В Шахимардане,
Сердце подсказало Зульфизар, что это правда. Зульфизар знала Хамзу.
Птицей взлетела она на скалу. И снова сердце, только оно одно - любящее женское сердце - подсказало ей, как надо поступить, какие слова говорить. Любовь определила ее действия, любовь помогала ей.
– Что вы делаете, Хамза! Как вы посмели оскорбить священный мазар? Вай, смерть моя, что же это будет? Разве можно опрокинуть стену, ударяясь о нее лбом?.. Покайтесь, Хамза-ака!
Склоните голову перед гробницей! Ради нашей любви, покайтесь!
Не дай бог стрясется что-нибудь!.. Разве можно тягаться с ними?!
Лучше покайтесь! И мы избавимся от беды!.. Смотрите, какой у них вид! Я боюсь!.. Если дорога я вам, покайтесь!
И она зарыдала.
Зульфизар, конечно, не сознавала и не понимала, что говорит, к чему призывает мужа. Между каждыми двумя словами она вставляла только одно слово - "покайтесь!". Она не могла знать, в чем вина Хамзы, чем он оскорбил гробницу... Она не знала этого и, возможно, не хотела знать. У нее просто не было времени понимать что-либо. Она знала одно - ей надо спасать мужа.
И слезы красавицы разрядили обстановку. Слезы жены стали раскаянием Хамзы. Толпа отхлынула от него.
Хамза был растерян, ошеломлен. Ничего похожего никогда не ожидал он от Зульфизар. Он уже не думал о том, как она оказалась здесь. Слова жены о покаянии жгли ему лицо. Перед кем он должен был каяться?.. У него в глазах потемнело, закружилась голова. Ему показалось, что сейчас здесь произошло что-то страшное. Он будто услышал, как все смеются над ним.
Шейхи, дервиши, верующие, мазар, гробница, святые реликвии на стенах усыпальницы, рога животных и прочая дребедень, знахарское тряпье, подвешенное к ветвям чинары, - все, казалось, хохотало над ним, все плыло перед глазами. И ветер нес хохот с горы на гору, и хохот, отражаясь эхом от неба, летел над всей землей, над всей вселенной...
Хамза почти потерял сознание. В туманной пелене увидел он около мазара толпу шейхов и дервишей... Маленькие людишки в полосатых халатах с уродливыми, как у чертей, лицами, в огромных чалмах кривлялись, строили ему рожи, хохотали, перебирали четки, трясли бородами, проклинали кого-то... Вдруг все они превратились в огромных чудовищных дивов и захохотали еще сильнее. Их хохот превратился в грохот, сотрясающий горы и скалы, в ураган, в катастрофу...
Так было уже однажды. Почти тридцать лет назад, когда он мальчишкой приезжал сюда с отцом. Неужели действительно ничего не изменилось за эти тридцать лет? Неужели все было напрасно - жизнь, борьба, страдания, странствия, гибель друзей, смерть близких, революция, фронты, стихи, песни, пьесы, музыка, память, высокие минуты отказа от своего личного ради большого, широкого, общего...