Я – менеджер
Шрифт:
– А знаешь, ты прав. Я раньше об этом даже не думал, до поступления сюда жизнь казалась более понятной и определенной. Это я в тебе и ценю – ты постоянно подкидываешь что-то интересное для размышлений.
– Спасибо! Не хочешь сходить за ещё одним кофе? Там как раз очереди нет.
После обеда мы со Львом попрощались до завтрашнего дня и поехали каждый в своём направлении: я – к себе домой в Выхино, а Лёва – гулять в лесопарке в Кузьминках. Как я понял, наряду с чтением и компьютерными играми это любимый вариант досуга Льва – я обратил внимание, что, несмотря на большой запас знаний, широкий кругозор и превосходное
В ожидании своего поезда я обдумывал наш сегодняшний разговор. Как меньше чем за час можно поменять мнение по такой важной теме? Внутри будто ком застрял.
Получается, что я добровольно заключил «сделку с дьяволом». Абсолютно несправедливо, что в таком юном возрасте от нас ожидают решения о том, чем мы будем заниматься всю оставшуюся жизнь. Если не выбрал направление и не поступил, то всё, ты – «пропащая душа», «непутёвый сын», и место твоё там, где кричат: «Свободная касса!»
Даже не верится, что в современном мире, где существует искусственный интеллект, роботы и частные космические корабли, мы верим, что мышление могут расширить только лекции в душных аудиториях.
К сожалению, в наших головах укоренилось понятие важности «корочки», которая позже действительно оказывается просто «корочкой», пригодной только к тому, чтобы пылиться на полке около телевизора у родителей дома или быть использованной в качестве доски для нарезки хлеба. Если так подумать, эта «бумажка» – одна из самых дорогих бумажек в нашей жизни. А зачем она и для чего? До сих пор ответа не нахожу.
Не знать, кем ты себя видишь через десять лет, – это нормально. Ошибаться с выбором направления и переосмыслять свой путь совсем не страшно, даже отлично. Гораздо хуже вписаться в нескончаемую рутину: дом – работа – дом, и жить от выходных до выходных. Подобный формат жизни будет скорее напоминать существование, а не настоящую жизнь. Вокруг нас огромное количество прекрасных вещей и моментов, но как часто мы обращаем на них внимание? Когда в последний раз мы решались на приключения в реальной жизни, а не довольствовались ими в кино или книгах?
Глава 3
Толковый препод
Я решил отогнать тяжёлые мысли. Завтрашний день обещал быть более содержательным: в расписании у нас стояла пара по дополнительной дисциплине с единственным толковым преподавателем на курсе. Звали его Юрий Владимирович Богомолов. Как это часто бывает с хорошими преподавателями, он был довольно строг и требователен, но глаза при этом смотрели на окружающих по-доброму, с лёгким прищуром и ироничным выражением, что лично у меня сразу вызвало доверие. На вид ему было около тридцати пяти лет, может, чуть больше – с точным определением возраста у меня постоянно проблемы, глаз не намётан.
Юрий Владимирович никогда не позволял себе прийти на пары как попало. Одет он был всегда с иголочки, как на встречу с президентом: идеально выглаженный тёмно-синий костюм, белая рубашка, тёмно-красный галстук и красный носовой платок в левом кармане пиджака – истинный джентльмен. Качество, которое отличало этого преподавателя от всех прочих, – умение держать внимание аудитории. Богомолов не читал с бумажки – рассказывал
С такими мыслями я заснул. А мой настойчивый будильник погнал меня с самого утра по уже протоптанному маршруту. Ничто, даже самый крепкий в мире кофе, так не тонизирует с утреца, как выхинское метро. Ежедневный транспортный коллапс, этот атомный взрыв, оставил свой неизгладимый отпечаток на моей памяти. В 7:30 я трясся в вагоне метро, ощущая себя как на российском курорте лета конца девяностых: так же грязно, тесно и потно. Единственное, что радовало, – я знал, что в этот раз точно проведу время в университете с пользой.
Приехав вовремя, к первой паре, я встретился со Львом в гардеробе. Его сложно было не увидеть даже в толпе из-за довольно высокого роста – около 180 сантиметров. Только мой друг уже буквально вбегал в корпус, чтобы успеть переодеться и дойти до аудитории без опоздания. Он был искренне увлечён биологией и историей, а также литературой, философией. Наверное, поэтому уже в ту пору его мало интересовал разудалый студенческий досуг вне университета.
В его полный знаний и книжных открытий мир мог попасть далеко не каждый.
Есть что-то очаровательное в этой наивности первокурсников, спешащих на пару или переживающих за посещаемость. На тот момент я не понимал, почему старшие курсы с некоторой усмешкой смотрят на нас. Что ж, теперь понимаю…
Придя в аудиторию на пару по биофармацевтике и биомедицине, которую преподавал нам Юрий Владимирович, мы оба заняли самые лучшие места в первом ряду.
– Ну что, Лев, сегодня планируешь снова мне в шахматы проиграть? – спросил я с лёгкой ухмылкой, подтрунивая над его увлечением. У Льва был математический склад ума, да и проигрывать он не любил.
– Должен сказать, что я настроен взять реванш. До поединков с тобой я не играл значительное время, поэтому я в ужасной форме, однако это дело наживное. Пока же, разумеется, реванш подождет: Богомолова я послушать не прочь.
– Да я тоже дико хочу его послушать. Лев многозначительно улыбнулся.
– Тебе кто-нибудь говорил, что слово «дико» ты используешь очень часто?
– Мне это говорят дико часто, – улыбнулся я.
– Вот у Богомолова нет вообще никаких изъянов в речи, полагаю, он мог бы преподавать и ораторское мастерство.
Странно, что такой нужной дисциплины нет в программе. Ты, например, обращал внимание, как он использует риторические вопросы? Ни один другой преподаватель так не делает. А его притчи? На каждой паре он рассказывает притчу или историю из его жизни, но при этом мы всегда успеваем втрое больше, чем с любым другим преподавателем.
Я со Львом был абсолютно согласен. Мне самому больше всего запомнилось, как на одном из своих семинаров он рассказал одну современную притчу. Итак, представим некое агентство, назовем его ООО «Радость». В HR-отделе этого агентства работают два менеджера: молодой парень и взрослый мужчина предпенсионного возраста. Их задача – за один час отобрать десять лучших резюме из ста имеющихся.