... Я Вам пишу
Шрифт:
– Лизонька, ты хорошо подумала?
– спросил Егор Иванович.
– Может еще встретитесь и поговорите с Олегом Константиновичем?
– О чем нам говорить? Как воспитывать его детей от других женщин? Спасибо, я не приму такого. И мужа, который открыто живет с другими женщинами при живой жене мне не надо.
Расставание прошло слезливо. Мамушка долго не отпускала ее из своих объятий. Отец Василий и Егор Иванович тоже украдкой вытирали слезы. Мамушка отдала все скопленные деньги.
– Бери-бери, Лизонька. Это самое малое, что я могу сделать для тебя, -
Егор Иванович тоже принес ей кошелек с ассигнациями.
– Лиза, возьми, прошу, это от чистого сердца. Эти деньги на твое содержание посылал Олег Константинович. Я почти не тратил их. Так что смело бери их, они тебе пригодятся.
Она плакала и благодарила людей, ставших ей такими родными.
– Егор Иванович, обещайте, что не скажете князю, где я буду жить и чем заниматься. Только Вы сами не забывайте навещать меня.
Отец Василий проводил девушку до города, сообщив, что ему срочно надо в епархию по своим делам. Они всю дорогу разговаривали и Лиза обещала обязательно помнить о своей мечте путешествовать.
– Отец Василий, обязательно я возьму Вас с собой, Вы такой замечательный собеседник и так сможете мне помочь в дороге.
***
Мадам Жоли встретила Лизу со слезами радости, тут же провела ее в приготовленную для нее уютную комнату на втором этаже жилого дома. Девушка-работница помогла Лизе разложить вещи. Потом они за чаем снова беседовали, глядя на затухающий за окном день. Лиза рассказала ей о том, как князь приехал к ней, чтобы поговорить о наследнике, но явилась беременная Марьяна. Жоли не верила и ругалась, почище извозчика на эту бесстыдную девку.
– Знаешь, дорогая моя. Как мне в свое время говорила моя матушка — все делается только во благо. Значит так, ты забудь об этом предателе изменнике, начинаем новую счастливую жизнь. Завтра я покажу тебе новые задумки.
И со следующего дня Лиза и Жоли с головой ушли в свое занятие. Через месяц об их платьях уже заговорили первые модницы города, к ним выстроилась очередь, чтобы заказать платья. Пользуясь таким спросом, Жоли не стеснялась и подняла цену на платья.
– А что такого?
– Говорила она, когда Лиза стала возмущаться ее решением.
– Они хотят от нас красоту и такую, чтобы быстро и чтобы ни у кого такого больше не было. Мы предлагаем свою красоту и имеет право получать за свою работу хорошие деньги. Не стоит стесняться, любая хорошая работа должна хорошо оплачиваться.
К концу года боль от поступка князя немного притихла в груди Лизы. Работа помогла отрешиться от печальных мыслей. И Жоли не давала ей скучать, возила девушку в парк, в театр, представляя ее, как свою незамужнюю родственницу, когда их стали осаждать любопытные.
К весне, когда Лизе исполнилось 19 лет, Жоли заговорила, что девушке не мешало бы поехать в Париж и поступить в Модный дом Чарльза Уорта.
– Ты не представляешь, это такой огромный опыт для тебя будет, что потом сама сможешь открыть модный салон.
– Жоли, представь, как я туда поеду одна? Это ведь нельзя одной девице ездить.
– А заешь
***
Оставив толковую мастерицу Людмилу управлять своим салоном, которой они оставили свой альбом с зарисовками платьев, Жоли и Лиза в сопровождении Георгия, давнего приятеля Жоли, направились в Париж. Тетушка Матильда была уже в довольно почтенном возрасте, но очень бодрой и позитивной. Она приняла Лизу, как родную и согласилась приютить у себя девушку на все время, пока будет необходимо.
– Деточка, я живу тут одна-одинешенька, эта Жоли впервые за последние десять лет соизволила приехать ко мне, проведать свою тетушку, - притворно ворчала Момо.
– И опять собирается уезжать. Мне хоть будет с кем поговорить вечерами. А еще я тебе покажу Париж, свои любимые места.
Как и говорила Жоли, тетушка Матильда помогла Лизе устроиться на работу в Модный дом Уорта.
– А что тут особенного?
– отвечала она с улыбкой.
– Я у них постоянный клиент, мне так нравится, что они шьют, ни за что другое платье не надену теперь. И буду рада, если ты, Лиззи, будешь шить мне.
Жоли пробыла с ними около месяца и поехала домой с новым альбомом эскизов. А Лиззи, как теперь ее стали называть, окунулась с головой в волшебный мир моды. Она была поражена размаху, как все тут было организовано. В Модном доме трудилось свыше тысячи портных и вышивальщиц, которые с утра до вечера суетились, что-то строчили, кроили, вышивали. Через два месяца Лиззи чувствовала себя здесь как рыба в воде. Познакомилась с женой Чарльза Мари, которая была первой женщиной, которая демонстрировала платья Модного дома.
Лизе нравилось, что Чарльз не старается угодить капризным богачкам, у которых иногда совершенно отсутствовал вкус, а создавал свои коллекции платьев, отличающихся изящной простатой и удобством.
Однажды Лиза в перерыве сидела в большом зале, где кроме нее работало еще с десяток девушек, задумчиво рисовала в альбоме свои эскизы. Она так сдружилась с тетушкой Момо, что решила сшить ей парочку платьев и костюмов в знак благодарности. Лиза была так увлечена, что не почувствовала, как кто-то подошел к ней сзади и с интересом рассматривает ее рисунки.
– Милочка, а ну-ка, расскажи, что ты тут такое рисуешь?
– раздался над ее головой мужской голос.
Лиза подскочила со своего стула и увидела самого Чарльза, который взял из ее рук альбом и с огромным восхищением рассматривал эскизы.
– О-ля-ля, наша русская загадочная душа, я вижу, какую красоту ты задумала. У меня есть предложение. Следующей весной будет очередной показ мод. Планирую около тридцати моделей. Так вот, предлагаю тебе придумать пять из них. У тебя есть на примете кто-нибудь, кто поможет тебе показать их?