1 апреля
Шрифт:
В один прекрасный день семейная идиллия закончилась – рыдающая хозяйка вернулась домой без любимицы. На прогулке собаку вырвали из рук какие-то проходимцы. А спустя день на телефон Лилии Олеговны пришло смс с требованием выкупа. Просили триста тысяч.
Теоретически деньги в семье нашлись бы. Но Владимиру совершенно не хотелось вытаскивать крупную сумму из бизнеса. И он решил поискать собаку сам. Объявления по подъездам расклеивать не стал, в соцсетях ничего не постил. Мать припугнули, что любимицу пришлют с курьером в виде пирожков, если о шантаже узнают в полиции. На одном из
Он поехал в приют. В реальности было ещё сложнее поверить, что это не украденная у матери Шельма. Да-да, домашнее прозвище точно отражало характер питомицы. Но это была не она. Болонка попала в приют после смерти хозяйки, и была старше Шелли на пару лет. Младший Выгонов сначала расстроился, а потом понял, что это шанс.
На следующее утро в приют за собакой отправилась его жена. Найти не очень порядочного ветеринара, который подделал чип, оказалось проще простого. Владимир отвез собаку к грумеру и лже-Шелли вернулась домой. Покладистый характер все списали на перенесенные испытания. Удивительно, Лилия Олеговна стала относится к Шелли прохладно. Зато Анатолий Николаевич к собаке привязался. И все было отлично, пока не позвонил Ивушкин. Вся правда вылезла наружу. Оказалось, что Шелли никто не крал.
Главной чертой характера Лилии Олеговны был эгоизм. Весь мир должен был крутиться вокруг неё. Ну, или хотя бы муж с сыном. Однако муж пропадал в парке, где играл в шахматы и где Лилию Олеговну просто игнорировали. А сын внезапно женился. Все чаще она оставалась одна, с противной капризной псиной. Гуляя в парке женщина познакомилась с продавщицей мороженого. Молодая девушка искренне восхищалась редкой породой, больше похожей на игрушку, чем на живую собаку. И у Лилии Олеговн появился план, как одним выстрелом убить всех зайцев. Вообще всех.
Девушке она рассказала душераздирающую историю о переезде к сыну, и что Шелли придется усыпить из-за злобной невестки, ненавидящей собак. Это несмотря на то, что собачка молода, здорова и стоит огромных денег. Целых восемьдесят тысяч! Да-да, и её щеночки буду стоить столько же. Продавщица построила в уме прибыльный бизнеспроект и предложила «удочерить» Шелли.
Отдав собаку, Лилия Олеговна пообещала принести паспорт на следующий день. Но ни завтра, ни послезавтра в парк она не пришла. Зато там спустя некоторое время появился Владимир, который начал расспрашивать, не видел ли кто-то, как украли маленькую беленькую болонку в ошейнике с пионами…
Напуганная Ивушкиным Лилия Олеговна сразу после звонка покаялась перед мужем и сыном. Оказывается, она сама писала себе смс-ки и письма с угрозами, потому что обиделась на Вовочку, купившего дорогущую шубу жене, а не маме. Продавщицу она тоже успела напугать требованием вернуть деньги, потому что была уверена – девушка решила обогатиться без сложной схемы со щенками.
– Я не возьму эту дрянь обратно, хоть в Яузе её топите, хоть в Москва-реке, – донеслось из-за спины Вовочки и лже-Шелли втянули за поводок туда же, где прятался Анатолий Николаевич.
– Ну, в общем, я под протокол буду утверждать, что собака никуда не пропадала. Вам
Ивушкин понял, что утопить Беллу-Шелли в Яузе будет однозначно проще.
– Вы мне взятку предлагаете? – процедил он сквозь зубы.
– Ни в коем случае! Предлагали материально помочь нашей доблестной полиции, оказать, так сказать, спонсорскую поддержку. Ну, нет, так нет, – троица дружно порысила к тойоте и скрылась в машине.
Ивушкин сел в свой форд. Ему нужны были пять минут тишины, чтобы пережить разочарование. С заднего сиденья донеслось поскуливание, Белла успела соскучиться по благодетелю. Капитан треснул по рулю, ушиб мизинец, выругался и вытащил переноску. Работу никто не отменял.
В отделе было многолюдно, но здороваться с Денисом никто не рвался. Увидев выражение капитанского лица, народ кивал, типа, «Привет» и разбегался на безопасную дистанцию. Нет, Ивушкин никогда не орал на коллег. Он запоминал подвернувшегося под горячую руку и «сдавал» начальству при первом же удобном случае. Злопамятность Ивушкина была такой же легендой, как и его брезгливость.
Поставив переноску с Беллой на подоконник, капитан занялся документами. Через пять минут собака начала тихонечко поскуливать. Через пятнадцать – подвывать. Ивушкин вытащил её из переноски и водрузил на стол. Судя по всему, страх Белле был неведом. Не обращая ни на кого внимания, она уселась между дыроколом и кружкой с вчерашним чаем, и замерла. Казалось, кто-то забыл на столе у полицейского красивую мягкую игрушку.
Дописав отчеты, Ивушкин пошел к начальству. А вернувшись, застал в кабинете Содом с Гоморрой и Ледовым побоищем. Пол перед его столом был залит кровью, в одном углу на стуле в обмороке возлежал Петька Бубен, местный клептоман-домушник, в другом сидел рядовой Климов, бледный донельзя. Что произошло, он понял посмотрев на Беллу. Кудрявая шерстка была в красных потеках.
– Кого укусила?
– Петьку. Он её украсть решил. Схватил, сунул за пазуху. Прокусила руку в трех местах, и по животу ему как швейной машинкой прошлась.
– А чего с Климовым, крови боится?
– Он у тебя кружку на столе вчера забыл. Хотел забрать. Больше ничего не хочет, ни кружку, ни кофе.
– Ясно, – Денис натянул одноразовые перчатки и на вытянутых руках понес собаку в душевую. Климов, все ещё бледный, повернулся к Петьке и сказал:
– Ну все, хана тебе. Кровь, что в тебе осталась, её хозяин на анализы выкачает.
Петька хихикнул, показав, что типа оценил шутку, но увидев лица остальных полицейских, понял, что шутить никто не собирался.
– Права не имеете! Все обследования только добровольно! – выкрикнул Бубен. Ответом ему была тишина. Капитан принес болонку в казенном полотенце обратно, и Белла заняла исходную позицию на столе. Ивушкин постучал по клавиатуре, молча достал бумагу из ящика и пошел к общему принтеру. Через несколько минут перед Петькой оказались три листа. На одном был список из десятка анализов, на втором исковое заявление по поводу кражи ценного имущества стоимостью в восемьдесят тысяч, на третьем жалоба на жестокое обращение с животными.