119 дней до тебя
Шрифт:
Здесь в Техасе, даже в самом Остине, есть отличные колледжи... совсем рядом с домом. Но там нет того, что нужно... образование получают в довольно узкой области, нет интересующих направлений, нет возможности магистратуры. Конечно же, скорее всего, Нура продолжит заниматься делом своей семьи: разводить коров на мясо и молоко, растить племенных жеребцов на продажу. Она любит это, умеет, но хочет совершенно другого. Она не видела себя на ферме через десять лет, она хотела заниматься чем-то полезным, лечить и помогать людям.
– Дочка?
– голос тёти вывел девушку из раздумий. Нура глянула на растерянную женщину.
– Дядя тебя зовёт.
Дядя
– Это не важно, правда.
– тихо сказала девушка, присев на вельветовый диванчик в углу кабинета.
– Правда?
– переспросил мужчина прищурившись, - Ты его до сих пор не открыла.
– кивнул на письмо.
– Это очень странно, учитывая то, какая ты любопытная и то, как ты его долго ждала.
– Откуда ты... знаешь?
– совсем тихо спросила Нура, а дядя лишь улыбнулся.
– Я видел брошюры... не специально, но они разбросаны по всей твоей спальне. И ещё сайты... ты же иногда используешь мой компьютер. Ну и я слышал ваш разговор с Сарой. Когда это было, ещё в Мае, ведь так?
– Да.
– посмотрела она на конверт… провела пальчиком по выгравированным буквам и перевернула.
– Что это?
– глянула Нура на дядю.
– Ты читал?
Конверт вскрывали, липкая полоса явно отклеивалась.
– Что там написано?
– Открой.
– Ты уже знаешь, скажи!
– Это адресовано тебе.
– Да, Боже мой, но раз ты уже в курсе! Зачем меня мучить?
– Просто прочти.
Сердечко бешено забилось. Девушка быстро открыла конверт и вытащила сложенное в трое красивое письмо. «Уважаемая Мисс Дженсен, мы рассмотрели вашу заявку на поступление и рады сообщить, что мы с радостью принимаем вас в Иллинойский университет в Чикаго для дальнейшего сотрудничества и...»
– О, Господи!!! Не может быть! Я прошла… Меня взяли!!!
Она кричала ещё что-то в этом роде, скакала на диване, а потом выбежала из кабинета и чуть не сбив бедную тетю Энни с ног, закружила её в танце. Но потом пришла в себя, опустила руки... вернулась и села на место. Она была в восторге, который всё ещё то и дело проявлялся улыбкой на лице но, уже достаточно поутих.
– Наша Нура не могла не поступить туда.
– вошла следом тётя.
– Ни туда, ни куда бы она не подавала свои запросы.
Дядя лишь кивнул, приподняв лохматые брови.
– Мы ведь и об этом тоже говорили, не так ли?
– продолжала тетя, обращаясь к мужу.
– Что всё может когда-то так обернутся.
– Это так.
– вздохнул он.
– Значит, пришло время. То самое время, ты согласен?
– Нет, и никогда не буду, но похоже, выбор не велик.
– Что происходит? – наконец спросила, ничегошеньки не понимающая, Нура.
– Я тут, если вы не заметили, и хочу знать, о чём вы сейчас говорите?
Она замолчала, нетерпеливо округлив
– Если вы про отъезд, то... – начала, было, девушка, но дядя Ник её перебил:
– То он состоится уже через месяц, а у тебя даже подходящей одежды нет для этого чёртово Чикаго. Там зимой идет снег, и холодно... А ещё там настоящая цивилизация, и придётся накупить тебе всяких туфель с платьями... и заколок для волос.
А дальше он прослезился. Нура бросилась ему на шею, тётя Энни захлопала в ладоши и затараторила о шоппинге... и это всё было неожиданно и совершенно удивительно.
– Сядь, - попросил дядя Нуру, когда все чуть успокоились. – Сядь-сядь, и послушай меня, пока ты не очнулась и пока тобой не овладел твой разум.
– Мы же не можем себе этого позволить.
– покачала головой девушка, которая уже минуты как три обдумывала происходящую реальность, глубоко и полностью осознавая его полную безнадёжность.
– Мы да, а вот ты вполне себе можешь.
– странно заговорила тётя.
– Ну, то есть пока не можешь, но сможешь, когда...
– Когда всё, наконец, узнаешь!
– дядя Ник всплеснул руками. – Дорогая моя, Энн, ты ведь так и не положила мне мой пирог на тарелку?
– А, да-да, уже оставляю вас наедине.
– пропела та и, уходя, добавила.
– Шушукайтесь.
– Это же не сон, так?
– грустно взглянула девушка на дядю.
– Я не сплю, а сижу тут, держа в руках это письмо о зачислении. Ведь, если это всё взаправду, то мы живем в самом странном и несправедливом мире.
– Да уж, - присел рядом мужчина, - Наш мир и правда несправедливый и часто становится очень грустно из-за этого. Но, если подумать, может быть всему есть объяснение и нас просто оставляют в неведении. Мы живем своей жизнью, встаём каждое утро на работу и в школу, делаем привычные обычные вещи, решаем свои проблемы. А в это самое время вокруг нас кипит жизнь, живут такие же люди, как и мы, которые тоже делают что-то, казалось бы, обычное для них. Не только здесь в Остине, в Техасе, а далеко за пределами штата... И ты не можешь быть уверена, что кто-то, где-то там, не может не зависеть от тебя, а ты здесь, от него. Вы можете не знать всю правду друг о друге, но вы связаны.
– Я не понимаю тебя.
– прошептала девушка.
– Почему именно Чикаго?
– спросил дядя неожиданно.
– Мм... Не считая, что там один из лучших исследовательских университетов... не знаю.
– честно ответила Нура.
– Видела где-то в журнале фотографии... это было ещё в средней школе. Он потрясающий. Мне очень понравился этот город.
– Твои родители были из Чикаго, ты знала?
– Нет. Правда?
– Да... и ты не обращай внимание на то, что я сморозил тут до этого, про параллельные миры и жизни... связи и что я там ещё нагородил?..
– он громко вздохнул, - Когда я понял, что речь идет именно о Чикаго, я растерялся. Ты появилась у нас с Энни, когда тебе не было и пяти, мы привезли тебя именно оттуда. Нам сказали, что твои родители погибли, что родственников нет но, как бы это эгоистично сейчас не звучало, я всегда боялся того, что тебя заберут у нас.
– его карий взгляд стал ещё грустнее.
– Ты стала для нас самой родной на земле. Всё, что мы делаем, всё ради чего живём - это ты.