12

Ха Елена

– Что случилось? – он принялся обмахивать меня платочком. – Снова про Кощея и его гулянки рассказывал? Сколько раз тебе говорил, да не слушай ты его, хвостатый негодник тот еще сказочник…

– Нет, – слабо откликнулась я, до сих пор было дурно. – Вон, он Ефросия принес… – показала рукой на мешок. – А говорили, исправилась Баба Яга, хорошая она. А я верила! – на глаза навернулись слезы, я всхлипнула.

– Ты чего плачешь? – подошел к столу Баюн, понюхал пустую чашечку, перевел взгляд на меня. – От радости? Я и говорю, Ефросий Иванович вам передал гостинцев,

велел к ним в волшебный лес в гости приезжать. А вот еще, – он покопался в узелке, вытащил связку ключей, – просил за домом приглядеть.

Муж посмотрел на кота, на меня, снова на кота и расхохотался.

Баюн с минуту смотрел на меня, перевел взгляд на весело смеющегося мужа, снова на меня:

– Я вам сейчас все расскажу, – он подмигнул зеленым глазом. – За завтраком!

Я со вздохом и с все еще быстро бьющемся сердцем накрыла на стол, старательно обходя огромный мешок.

– Прилетаем мы, значит, домой, а Ягуси нет! – кот слопал пол салатницы мимозы, запил молочком, пододвинул к себе оливье и продолжил, – Я, значит, говорю Ефросию Ивановичу, чтобы он в печку спрятался, а я за хозяйкой схожу. Тот и спрятался, – Баюн заговорщически понизил голос, – я ж не знал, что мужик с большим чувством юмора. Побежал я за Ягусей…

– А откуда ты знал, где она?

– Я порядочный кот, – почему-то заявил хвостатый и пошевелил усами. – И все про всех знаю, а уж про свою любимую подругу тем более! Ходила она к Кикиморе за баночкой маринованных маслят, а по пути к Лешему зашла, елочку захватила. Даже прощения у меня попросила… Ну это потом было, – котик принялся за оливье, нам с мужем пришлось подождать, пока салатница опустеет.

– Ну? – нетерпеливо спросил муж и подлил усатому сладкой наливки в чай. В этот раз я была не против, одними глазами попросила и себе в чай подлить. Переволновалась я за нашего доброго соседа.

– Заходим мы с Ягусей домой, а Ефросий Иванович как выскочит из печки! – кот развел передние лапы в стороны, сделал огромные глазища. – Как заорет: «С Новым годом, Ягусенька!», – кот проорал так громко, что я испугалась, как бы он ребенка не разбудил.

– А Ягуся чего? – с содроганием спросила у кота, мне ли не знать, какой у нее крутой нрав, даром, что на пенсии, привычки так просто не искореняются.

– Она как рухнет от вида Деда Мороза, как заблажит! – хвостатый так эмоционально рассказывал, что картинки одна краше другой проходили перед глазами.

– Куда рухнула-то? – спокойно спросил муж, подливая коту в стакан со сладкой настойкой чай.

– Прям на руки Ефросию Ивановичу, – невозмутимо ответил Баюн и отхлебнул сразу пол чашки, глаза тут же заблестели, он продолжил, – Ягуся-то по зимнему лесу нагулялась, красивая пришла: в шубке от Василисы Прекрасной, валенках расписных вышитых самой Несмеяной, да и щечки красные от мороза. А еще веселая: с подружкой Кикиморой поболтала, вместо одной баночки любимых маринованных опят целых две принесла, затем к Лешему зашла, ну вы помните, он еще с утра праздник праздновать начал, так он ей комплиментов по самую Кудыкину гору отвесил. И вот, – котик закусил

чай блинчиком, попросил у мужа добавки, – красавицу и умницу такую как ваш сосед в руки поймал, так и влюбился…

– Да ну! – бесцеремонно перебил кота муж, от удивления роняя на пол красивую коллекционную бутылку.

– А что? – развел передними лапами Баюн. – Так и было. Выходи, говорит, красавица за меня замуж. У меня, мол, и своя жилплощадь имеется, и карета, и по хозяйству я, говорит, рукастый и в…

Не знаю, что именно хотел добавить болтун и балагур Баюн, но тут в кухню вошла дочка.

Хвостатый почему-то смутился, подбежал к мешку, вытащил небольшую подарочную коробочку, протянул дочке. Та приняла подарок с радостью, чмокнула кота в пушистую щечку и побежала в зал.

– Что ты ей подарил? – поинтересовалась у гостя.

– То, что она давно у Деда Мороза просила, – подмигнул мне кот. – Волшебную палочку!

– Что? – подскочила я, хватаясь за сердце. Мне ли не знать свойства волшебных палочек.

– Без паники, – небрежным движением лапы остановил меня Баюн, – палочка на минимальных оборотах, специально для маленьких детей.

– Что ты в самом деле, любимая? – теперь мне подмигнул муж. – Ты в ее годы уже в бой с Кощеем ходила.

– Кстати, о Кощее, – влез в наш диалог пушистый, – он к нам вчера с утра нагрянул, здоровье поправить решил. Ягуся же гостеприимная была всегда.

– И чего? – я улыбалась, представляя лицо моего в прошлом врага (сейчас у нас с ним вооруженный нейтралитет).

– А чего, – хохотнул кот. – Ваш Ефросий Иванович вежливо, но твердо гостя незваного выпроводил, попросив в следующий раз записочку прислать перед приходом.

– Когда поедем в гости? – повернулся ко мне муж. – У меня пару дней выходных еще будет.

Ответить не успела, за спиной раздался оглушительный взрыв.

Подскочила и успела первой вбежать в зал, следом влетели муж с котом.

Клубы белого дыма развеялись, моя дочка предстала во всей красе. Я тихонько застонала и съехала по стеночке.

– Придуши… – тихо прошептала, голос отказывал.

– Что? – аккуратно отступил от меня подальше Баюн.

– Что, дорогая? – наклонился ко мне муж.

– Придуши мерзавца хвостатого! – резко подскочила на ноги, но ушлый кот уже левитировал под самым потолком. – Неси метлу! – прокричала мужу и подбежала к моей девочке.

– Мам, а красивые у меня копытца? – радостно проговорила белоснежная единорожка с шикарной золотой гривой.

Она сделала круг по залу, ловко отстукивая копытцами мелодичный ритм. Я сжимала в руке потухшую волшебную палочку, израсходовавшую свою волшебную силу на одно заклинание.

– Дорогая, может не надо? – ласково проговорил муж, подавая мою метлу.

– Надо, – твердо произнесла. – Он мне еще за ту выходку ответит! И за эту! – перевела взгляд на волшебного зверя, в которого превратилась моя дочка.

– Я же не знал! – верещал Баюн, уворачиваясь от метлы.

– Любимая, ты же знаешь, где нам смогут помочь, – муж улыбнулся и крепко сжал меня в объятьях.