13 проклятий
Шрифт:
Секундой позже ее ждало новое потрясение. Из темноты раздался угрюмый голос:
– Ага… она и тебя заполучила, так?
4
Вздрогнув, Таня проснулась – поезд, громыхая, подъехал к платформе. Ей снова снились фейри. Не те милые и приветливые, которых изображают на картинках в книжках, а совсем другие. Те, что не просто подворовывают, щиплют, лгут и устраивают мелкие пакости. Ей снились фейри, которые похищают человеческих детей, и этих детей больше никто и никогда не находит. Настоящие фейри.
Таня встряхнулась и вытерла пот над верхней губой.
Таня знала это, потому что сама видела их.
За окном на маленькой обшарпанной платформе виднелась вывеска «Тики-Энд». У Таниных ног зевнул и почесался коричневый доберман Оберон; чувствуя, что путешествие заканчивается, он поднялся. Таня встала, сняла свои вещи с багажной полки и потащила к выходу из вагона. Вместе с ней с поезда сошли еще несколько пассажиров. Таня ступила на платформу и прищурилась на солнце, лицо обдало октябрьской прохладой. Оберон жадно нюхал воздух.
– Давайте я вам помогу, милая девочка!
Таня позволила дородному дежурному по станции спустить ее сумку с подножки поезда. Наверное, подумалось ей, он не так часто видит тринадцатилетних девочек, приезжающих в одиночку из Лондона в Эссекс. А она и правда впервые ехала одна. Обычно ее привозила мама, но сейчас машину ремонтировали, и мама после уговоров разрешила ей отправиться на поезде.
– Вернулись на каникулы? – спросил дежурный.
Таня покачала головой:
– Нет, я в гости. К бабушке. Пока нет занятий в школе.
– И где же она живет, где-то поблизости?
– В поместье Элвесден, – ответила Таня.
Улыбка застыла на лице дежурного.
– Ну, будьте здоровы. – Он вежливо кивнул и отошел, чтобы помочь другому пассажиру.
Таня молча посмотрела ему вслед. Ничего неожиданного в его реакции не было. Все, кто жил в Тики-Энде, слышали истории, связанные с поместьем Элвесден. О жене первого владельца, которая умерла в сумасшедшем доме, о местной девушке, пропавшей чуть больше пятидесяти лет назад, – многие считали, что ее убил смотритель поместья.
Дом, окутанный тайнами, служил вечным источником слухов и сплетен. И пересуды были далеко не безобидными. Опороченному смотрителю они отравили жизнь, теперь старик был затворником, никогда не покидавшим третий этаж дома.
Минувшим летом Таня выяснила, что случилось на самом деле, но разве бы ей поверили! Правда заключалась в том, что пропавшая оказалась запертой на полвека в царстве фейри и не могла оттуда выбраться, пока кто-нибудь другой не заменит ее. Для этого, пытаясь вернуться в мир смертных, она загнала в ловушку Таню. Но Тане повезло. Ее спасли… заняв ее место при обмене. При воспоминании о той ужасной ночи внутри у Тани все сжалось.
Присев на ближайшую скамейку, она стала ждать, осенний ветерок теребил ее длинные темные волосы. Против тающего потока пассажиров, расходившихся со станции, к Тане направлялась одинокая фигура мужчины. Обветренное лицо в морщинах, седина на висках, волосы, как всегда, собраны сзади в небрежный хвост. Это был Уорик, нынешний смотритель поместья Элвесден. Остановившись перед ней, Уорик слегка кивнул:
– Хорошо добралась?
Таня пожала плечами и улыбнулась:
– Нормально.
Уорик потрепал Оберона по голове, затем с легкостью взвалил на плечо Танину
Все в Тики-Энде знали, что Уорик работает в печально известном поместье Элвесден. И, кроме того, знали, что он сын Амоса, прежнего смотрителя, которого считали причастным к исчезновению той девушки. Как и Тане, Уорику одному из немногих было известно о существовании фейри. А еще известно о невиновности отца. И, как бы это ни было горько, известно, что жители Тики-Энда не захотят и не смогут принять правду о тех событиях.
Уорик с Таней забрались в видавший виды лендровер, и машина, выехав из города, двинулась по узким извилистым сельским дорогам Эссекса. Летом пышная листва деревьев сходилась над дорогой густым зеленым пологом. Теперь же раскинувшиеся над головой ветки сбрасывали листья, словно ненужные перчатки. Они лежали на земле красновато-коричневым ковром и разлетались из-под колес лендровера в стороны, будто птицы или фейри.
– Фабиан ждет тебя с нетерпением, – сказал Уорик. – Думаю, хочет вместе походить в Хэллоуин по дворам. «Сладость или гадость» – на пару веселей.
За лето Таня и Фабиан, двенадцатилетний сын Уорика, стали хорошими друзьями. Фабиан тоже знал о том, что Таня может видеть фейри, но не распространялся об этом.
– А еще твоя бабушка недавно наняла экономку, – добавил Уорик.
Они перекинулись еще несколькими фразами и замолчали. Уорик всегда был немногословен, но сегодня, казалось, он полностью погружен в свои мысли. По нему не скажешь, что он обратил внимание на враждебные взгляды в Тики-Энде, но наверняка это не так.
Уорик начал переключать радиостанции. Музыка сменились помехами, затем он нашел новостной канал и спокойно откинулся на спинку сиденья. Таня тоже устроилась поудобнее и стала смотреть в окно. По ней, так лучше бы оставалась музыка. Однако через несколько минут она вскинула голову.
– Найден ребенок, пропавший в октябре прошлого года, – сказал диктор.
Таня прибавила громкость.
– Что там? – спросил Уорик, но Таня едва его расслышала.
– Лорен Марш пропала из кондитерской в Саффолке. Сегодня ее нашли целой и невредимой недалеко от места, где она исчезла. В связи с этим, а также с двумя другими похищениями разыскивается сбежавшая Роуэн Фокс четырнадцати лет. Сегодня подтвердилась информация, что в феврале прошлого года бесследно пропал младший брат самой Фокс, когда они вдвоем были в детском доме. Фокс никто не видел с июля. Вопрос о ее местонахождении и безопасности остается открытым.
Далее прозвучал номер телефона для тех, кто обладает какой-либо информацией по поводу похищений, и диктор перешел к следующей теме.
Таня закусила губу. Краем глаза она заметила, что Уорик взглянул на нее, на миг оторвавшись от дороги. Вскоре лендровер замедлил ход и остановился на обочине.
– Это она, да? – тихо сказал Уорик. – Роуэн Фокс. Та, что тебя спасла. Заняла твое место. Та, что называет себя Рыжей.
Таня кивнула. Льдисто-голубые глаза Уорика были прикованы к дороге, рот сжат в тонкую линию.