13-й демон Асмодея
Шрифт:
— Эм, — я вспомнил огромные когти этой твари. — А мы сейчас об одном и том же Бароне говорим?
Ей не дала ответить открывшаяся входная дверь. Егорыч зашёл с тяжёлыми сумками в руках и поставил их на пол.
— Уф, до дождя успел, — выдохнул он. И тут словно ему в ответ, как полыхнуло. А гром, раздавшийся, казалось, прямо над домом, заставил пригнуть голову. Когда в ушах перестало звенеть, денщик повернулся ко мне. — Там за тобой машина приехала, Денис Викторович. Поспеши, вдруг что дюже срочное?
— Значок не горит, значит, не совсем срочное, — я тем не менее направился к двери. Хоть до больницы успеть доехать,
На крыльце сидел Барон и смотрел на меня немигающим взглядом. А по двору прохаживалась курица. Надо бы ей имя дать, а то всё курица и курица. Вот завтра с утра и подумаю, как назвать это исчадье, чтобы окончательно закрепить с ней связь. Без имени фамильяр обладает лишь половиной силы и живёт гораздо меньше.
— А вам не положено бояться грозы и сейчас сидеть на сеновале, или где вы там устроились и трястись мелкой дрожью? — спросил я, глядя прямо в зелёные глаза сидящего у меня на дороге кота. — Или вы хотите, чтобы я вас в дом пустил. — И я демонстративно распахнул дверь. — Заходите, не стесняйтесь.
— Мяу, — Барон резко развернулся и в два прыжка оказался посреди двора.
Курица смерила меня ненавидящим взглядом и побежала вслед за своим приятелем. Даже боюсь представить, в какого монстра она в итоге превратится. А, может, наоборот, станет хоть немного добрее, во что, если честно, верилось с трудом. Я же поспешил к стоящей напротив калитки машине.
Когда пробегал мимо стоящей сбоку весьма добротной конюшни, которая была сделана чуть ли не лучше самого дома, из очень качественных материалов, то мне показалось, что я увидел промелькнувшую большую тень. Кот в этот же момент выгнул спину и зашипел, а курица начала грозно прыгать и орать. Но тут мелькнула молния, а следом раздались раскаты грома, и я решил, что мне всё-таки показалось, а эти гнусные твари, притворяющиеся животными, боятся грозы. Как и положено это делать всем животным и птицам.
За рулём в машине сидел крепкий парень. Он сидел, положив подбородок на руки, лежащие на руле. Когда я сел рядом с ним, парень встрепенулся и помотал головой.
— Дмитрий, — сказал он представляясь. — А вы, Денис Викторович, я знаю. — Машина загудела и тронулась, а на стекло упали первые тяжёлые капли.
— Не успели до дождя, — пробормотал я, глядя, как дождь начинает набирать силу.
— Да, и ведь ничто не предвещало, — ответил Дима. — Опять, наверное, кто-то по скудоумию в пустошь сунулся. Всё мечтают несметные сокровища в замках тех уродов найти. Но находят только геморрой, да погода вон, на ровном месте портится. У нас тут и так засухи не бывает никогда, так с этими приключенцами вообще, порой, так заливает, что урожай гнить начинает. И ведь ничего с ними не сделать. Не убивать же на подходе, — раздражённо ответил парень, глядя на дорогу.
— И что, никто оттуда не возвращался? — я с любопытством посмотрел на него.
— Не-а, живым, никто, — Дмитрий покачал головой. — Пару раз зомбаков видели, на ушедших недоумков похожих, а живые не возвращались.
— Потрясающее место, — я только хмыкнул. — Зато понятно, почему от такого крупного домена все отказываются. Лучше под гнев императора попасть, чем вот это вот всё. Да, а откуда вы все моё имя знаете?
— Так ведь ещё три недели назад ведомости зарплатные прислали. За них Наталья Сергеевна отвечает. Вот она-то и сказала, что врач приедет. Ненадолго, правда, до конца лета, но всё же. — Ответил
И тут до меня дошло. Три недели? Он сказал, три недели? Это что же получается, никакой варан не виноват в том, что Дениса распределили именно в Аввакумово. Его заранее приготовили на заклание, как того жертвенного барашка. Внезапно вспомнилась надпись в дневнике. Это как-то связано? Ладно, не буду забивать башку. Всё равно отсюда что-то узнать будет проблематично. Вот вернусь в Петербург и тогда начну расследование. С княгиней Гнедовой как-то нехорошо получилось, но никакого сострадания я по этому поводу не испытывал.
Выскочив из машины, я сразу же прыгнул на крыльцо, и всё равно успел немного промокнуть под обрушившимся на землю ливнем. Чертыхаясь, вошёл в так называемый приёмный покой. Первое, что мне бросилось в глаза, это сидящие на скамье в коридоре два полицейских. Между ними сидела худая, неопрятная женщина с опухшим лицом. Все трое проводили меня взглядом и смотрели до тех пор, пока я не зашёл в приёмник, захлопнув за собой дверь.
На кушетке сидел мужик, держась рукой за лицо. Рядом с ним с философским видом стоял Саша, бросая окровавленную салфетку в стоящий на полу таз.
— Что тут у нас? — спросил я, делая шаг в сторону кушетки, но тут ко мне метнулась Анечка.
— Денис Викторович, мундир снимите, мы вам халаты приготовили. — И она довольно ловко сняла с меня мундир, я только успел его расстегнуть. И также ловко всунула меня в белый халат, после чего исчезла в своей комнатке, унося с собой мою одежду.
— Так что у нас здесь? — повторил я вопрос, подходя к кушетке.
— Роковая страсть, — произнёс Саша, протягивая мне перчатки. — Там в коридоре Галька Акумова сидит. А этого красавца надо заштопать и туда же, в Тверь. Ну, хоть вздохнём спокойно без этого шалмана. И ведь ничего их не берёт, уродов, — на его добродушном лице я впервые увидел гримасу отвращения.
— Что там за страсти произошли? — я вымыл руки и натянул перчатки. Все движения были доведены в этом теле до автоматизма, и я ему не сопротивлялся. Подойдя к мужику, я негромко произнёс, добавив в голос чуть-чуть демонической сущности. — Руку убрал, и не смей мне мешать, а то я её привяжу.
Мужик вздрогнул и отдёрнул руку, я же склонился над раной. Рана была рваная, шла от виска к носу. Как глаз не задели, когда её наносили, вот в чём вопрос.
— О, мы скучно живём, по сравнению с некоторыми, — протянул Саша, заряжая иглу и протягивая мне иглодержатель. — Если кратко, вот это — сожитель Галькин. Да, Юрчик?
— И что? Ну, живу я с Галькой, твоё какое дело, — огрызнулся Юрчик и зашипел, когда я наложил первый шов. Рана была уже обработана, и Саша даже обезболил, так что мне предстояло только швы наложить. Обезболил фельдшер рану, скорее всего, не из человеколюбия, а, чтобы это чучело не дёргалось, когда я его штопать начну. Саша мог бы и сам справиться, но это было лицо, поэтому правильно сделал, что меня позвал.
— Мне-то вообще до лампочки. Вот только ты, на хрена начал к Дашке приставать, да ещё у Гальки на глазах? — ехидно спросил Саша, протягивая мне второй иглодержатель с заправленной иглой. Пока я накладывал шов, он начал довольно уверенно заряжать первую иглу.