13
Шрифт:
Мэри даже облегченно выдохнула, поняв свою ошибку, ведь синие волосы могут быть только у нечисти. Откуда ей взяться среди людей? Незнакомец поймал ее изучающий взгляд и криво усмехнулся, чему Мэри была возмущена до глубины души. Она привыкла, что к ней относятся с почтением в знак уважения к ее отцу. А Стив и вовсе боготворил девушку, утверждая, что она самая красивая и кроткая на свете. Мэри действительно была скромна и пуглива, ведь она привыкла, что от мужчин нельзя ждать ничего хорошего. Но до сегодняшнего дня ее никто ни разу не обидел, даже отец, который предпочитал срываться на матери.
В ответ на усмешку незнакомца Мэри
Стивен тем временем победил в девяти из десяти обещанных сражений, и Мэри уже мечтала о свадьбе. Она хотела покинуть родительский замок, пусть ей придётся со Стивеном жить всего лишь в городском доме, но слушать вечерами крики боли матери и пьяную ругань отца у нее больше не было сил.
– На последний десятый бой вызывается сэр Стивен Хорф и герцог де Фер! – объявил глашатай, и на площади повисла тишина. Кровавого жениха не видели уже давно, и тут он объявился, да еще и в турнире решил принять участие. Это стало неожиданностью, претендующей на звание новости года!
На разных концах площади появились рыцари на лошадях. Их стальные доспехи отливали холодным блеском. Стив был на прекрасном кауром жеребце, а герцог гордо восседал на гнедом. Мэри невольно залюбовалась игрой света на почти черных лоснящихся боках его лошади.
Рыцари направили коней друг к другу, опуская на ходу смертоносные копья. Сближались они стремительно. Мэри впервые за день действительно с вниманием и интересом смотрела на арену. Раздался треск ломающегося копья и грохот падающего рыцаря. Мэри с ужасом осознала, что упал Стив. В сердце девушки поселилось дурное предчувствие. Де Фер подвел лошадь ближе к поверженному сопернику и приставил к его груди свое копье. Когда он заговорил низким раскатистым басом, по телу Мэри прошла горячая волна какого-то неизвестного ей доселе томления.
– Сэр Стивен Хорф, я собираюсь взять в жену вашу прекрасную леди. Вы согласны принять поражение?
Сердце Мэри застучало испуганной птичкой. Слова незнакомца о ней были наглостью и грубой провокацией, он еще и шлем снял, открыв девушке уже знакомое лицо с синей бородой. Прекрасная леди совсем не хотела становиться женой этого наглого самоуверенного типа, но Стив жалко пробормотал:
– Да, я принимаю поражение…
И соперник тут же убрал копье от сердца юноши.
Мэри не смогла скрыть разочарованный вздох, чем вызвала новую усмешку на лице де Фера. Он легко соскочил со своей гнедой и подошел к обломку копья Стива, где все еще болтался платок Мэри. Мужчина легко отвязал платок и прижал к лицу, демонстративно глубоко вдохнув его аромат. Бросил последний насмешливый взгляд на Мэри, вскочил на свою кобылу и ускакал с площади, не дождавшись награждения победителя. Кажется, он уже получил свой приз.
Когда Мэри вернулась в замок, ее трясло от страха, а ее отца от бешенства. Он не собирался отдавать свою дочь за чужеземца с дурной репутацией. Дочь не тешила себя иллюзиями, что это из-за отеческой любви. Просто граф рассчитывал продать ее подороже, чтобы вытащить семейство из той долговой ямы, в которую сам и столкнул, постоянно проигрываясь по-крупному в карты.
Благодаря отчаянной нужде в деньгах, Мэри получила надежду избежать участи первых четырех жен герцога-чужака. Граф Иденский отказал герцогу де Феру в руке своей дочери. Только девушка вздохнула с облегчением, как грянул
Мэри с залитой солнцем площади, где радостно бегали дети, лаяли собаки и чирикали птички, сделала страшный шаг под сень центрального собора Пентрита, где в тишине и тусклом свете свечей у алтаря ее ждал ненавистный жених с синей бородой. Здесь удушливо пахло ладаном и лилиями, которые повсюду украшали храм. Мэри стало сложно дышать, в глазах поплыло, но отец держал ее под руку крепко, не давая сбиться с шага. На переднем ряду среди немногочисленных гостей слышались сдавленные всхлипы матери. Она отдавала дочь в лапы кровавого жениха, не надеясь на счастливый исход для единственного любимого человеческого существа в этом мире. Леди Иденская готова была отдать собственную жизнь, лишь бы спасти Мэри от страшного чужеземца, но это было не в ее власти, все решал ее больной азартом муж.
Церемония прошла как в тумане. Мэри только краем глаза заметила, что ее жених постоянно дергался, переминался с ноги на ногу, ерзал.
«Можно подумать, ему некомфортно здесь», – зло размышляла девушка. Как будто это его притащили сюда силой, не спросив согласия.
«А может, ему так не терпится затащить меня на брачное ложе?» – с ужасом предположила невинная невеста. Мать рассказала ей вчера, что первый раз бывает очень больно, главное, лежать тихо и не дергаться, тогда все пройдет быстро.
– Милая, смирение в исполнении супружеского долга – залог продолжения рода, а это первостепенная задача благочестивой жены, – напутствовала девушку мать.
Но говорить об этом в своей комнате с любимым человеком совсем не то же самое, что пройти через подобное. Мэри покосилась на герцога де Фера, стоящего рядом. Огромный мужчина казался гигантом даже на фоне рослого и крепкого отца невесты.
«Уж если матери все время доставалась от отца, что ждет меня от рук этого великана?» – продолжала ужасаться про себя Мэри.
Жених неожиданно развернул ее к себе лицом, обхватив за плечи, и откинул в сторону фату. Она с удивлением посмотрела на него, на священника и поняла, что так погрузилась в свои горькие мысли, что упустила тот момент, когда ее объявили женой стоящего напротив мужчины.
Сейчас в мерцающем церковном свете Мэри смогла рассмотреть своего новоявленного мужа. Его лицо с правильными чертами казалось грубоватым из-за высоких скул, красивые, но холодные серые глаза сверкнули, рассматривая испуганное лицо девушки. Было непонятно, нравится мужчине то, что он видит или нет.
Мэри знала, что еще красива, хоть и засиделась в невестах. Все из-за отца, который искал выгодную для своего кошелька партию и доискался.
Людовик обхватил подбородок девушки двумя пальцами и стал склоняться к ней для первого поцелуя. Мэри невольно обратила внимание на его тонкие четко очерченные губы. Она подумала, что они , наверно , жесткие и его поцелуй больше будет напоминать укус. Она как-то поцеловалась со Стивом пару лет назад. Он обслюнявил ее подбородок, и это показалось девушке крайне неприятным. Больше желания целоваться у нее не возникало. Но сейчас никто и не спрашивал о ее желании.