1632

Флинт Эрик

– Рыбный соевый соус, - повторил Фрэнк. При других обстоятельствах, такое явное удовольствие в его голосе было бы странным. Хотя он и души не чаял в жене, Фрэнк не относился ласковее к рыбному соусу, чем любой другой коренной американец.

Маккей, слушая их, уловил суть, не понимая точного значения слов Фрэнка.

– Вы настолько уверены в себе?
– Шотландец указал на линию встречного врага.
– Они в два раза превосходят нас в численности.

Он посмотрел налево, где собрался сброд из протестантских наемников

Эрнста Хоффмана. Где-то около пяти сотен. Их состав был настолько изменчив и недисциплинирован, что точное количество подсчитать было невозможно.

– А этих хоть и сравнительно много, но раздавят их за минуту.

Майк пожал плечами.

– Я вовсе не полагаюсь на головорезов Хоффмана. Я просто настоял на том , чтобы они были здесь, а не продолжали и дальше потихоньку грабить город.

Он осмотрелся. Войска, состоящие из американцев, шотландцев и протестантских отрядов, стояли менее чем в полумиле к северу от Баденбурга. Необычным было то, что город с населением менее шести тысяч человек, был обнесен крепостной стеной. Военно-политические планы Майка, разработанные в течение последних двух недель, учитывали это, как и многое другое. Хоффман не хотел, мягко говоря, рисковать, выводя своих наемников в открытое поле. Но Майк настаивал, и Маккей подсластил тому риск частью денег короля Швеции.

Когда Майк закончил осмотр местности, он обнаружил, что молодой шотландский офицер смотрит на него довольно странным взглядом. Ну ... Не то, чтобы странным. Маккей все еще не до конца мог осознать всю глубину намерений Майка. Победить наемников Тилли было только первой частью планов. Освобождение Баденбурга, по мнению Майка, требовало удаления оттуда и протестантских наемников также. Решительно и, при необходимости, безжалостно. Даже Леннокс, повидавший всякого, был впечатлен таким хладнокровием Майка.

– Да, Маккей, я уверен в себе.

Глаза Майка пробежались по линии его собственных войск. Силы СГА, усиленные старшеклассниками, залегли за длинным бревенчатым укрытием. Здесь было ровно 289 американцев. Все они были одеты в охотничий камуфляж, и все они были вооружены мощными винтовками.

Маккей хоть и был настроен скептически, но согласился, чтобы американцы заняли центр всех сил. Его кавалерия, поровну, выстроилась по флангам. Каждый из этих шотландцев также весьма сомневался, как и Маккей, в разумности таких предложений Майка.

Для погони? Кхм, кхм. Значит, вы думаете, что уже победили врага?

Майк улыбнулся. Через полчаса, подумал он, шотландцы отбросят свой скепсис. Его глаза обратились к врагу, который был уже менее чем в двухстах ярдах. 'Терция' ползла по открытому поле почти так же медленно, как черепаха.

– Если бы я хотел, Маккей, - тихо сказал Майк, - я мог бы закончить этот бой прямо сейчас. Ваши аркебузы не нанесут особенного вреда дальше пятидесяти ярдов даже при стрельбе залпом, а потом еще не меньше минуты на перезарядку. Я знаю, что вы думаете, что зря вся наша тактика опирается только на стрелков, но вы никогда не видели наших винтовок

в действии. С нашей точностью и скоростью стрельбы мы могли выкосить половину этой армии, как только она оказалась бы в зоне дальности нашего оружия.

Майк указал на небольшую группу шахтеров, присевших в окопе. Окоп был вырыт на левом фланге американской линии.

– Я хочу сделать больше, чем просто выиграть этот бой. Я хочу запугать их на всю жизнь - и головорезов Хоффмана вместе с ними. Так что подождем еще немного.

Маккей посмотрел на мужчин в окопе. Они поудобнее, в последнюю минуту, решили устроить оружие в центре. Это явно было совершенно не обязательным. Но эти мужчины среднего возраста, явно нервничали. Их война во Вьетнаме закончилась много лет назад. И уже много лет им не доводилось стрелять из пулемета М-60.

Краем рта Майк шепнул Фрэнку: - Я до сих пор не могу поверить, что ты украл эту чертову штуковину.

Джексон был невозмутим.

– Да что такого, черт возьми? Я полагал, что армия должна мне.
– Он пожал плечами.
– Эх, это я еще поскромничал. Я знал одного парня, который тайком вывез гаубицу из Вьетнама.

Майк усмехнулся. Франк показал ему пулемет, менее чем три недели назад. Он был явно смущен, когда привел Майка и Дэна Фроста в лес за его домом, где он много лет прятал пулемет вместе с тремя коробками боеприпасов.

– Ради Христа, Джексон, - проворчал Дэн после того, как Фрэнк вытащил тщательно завернутое оружие из своего схрона.
– Это все настолько чертовски незаконно, что мне следовало бы обклеить весь город плакатами 'Срочно разыскивается'...

Начальник полиции потер левую руку, все еще висевшую на перевязи.

– Хорошо, что для вас я официально все еще болею...

Да, тогда Фрэнк был смущен.

– Это не то, чтобы я был какой-то тупой, или боялся за свою жизнь, или что-нибудь еще, - попытался он объяснить.
– Я сделал это... О, черт. Я был как ребенок тогда. Мне это казалось какой-то шуткой в то время, даже не знаю...

Но это было тогда, а сегодня и сейчас Майк был рад, что у них есть М-60. Рад - это еще слабо сказано, по правде говоря. Он был восхищен.

До наемников Тилли сейчас уже было сто пятьдесят ярдов. Они перестраивались. Большая часть войск продолжала двигаться прямо на американцев, расположившихся перед Баденбургом. А примерно с полтыщи направились к отряду Хоффмана. Протестантские наемники, пугливые как котята, устроились на некотором расстоянии слева. Прямо рядом с дорогой, ведущей обратно в Баденбург - в безопасность, за его стены.

Майк еще раз оглядел своих. Он повернул голову, взглянув через левое плечо на небольшой холм примерно в тридцати ярдах позади. Стоящий на вершине холма Грег Феррара помахал ему рукой рукой. Недурно.

Майк отвернулся. Он надеялся, что уверенность преподавателя естественных наук, захотевшего стать артиллерийским офицером, была оправдана. Феррара и его не по годам грамотные ученики сами спроектировали и построили ракеты. Будут ли они эффективны в реальной битве, еще предстоит увидеть.