1998
Шрифт:
— Тем не менее, он именно твой сын, Сохатый. Хотя он, конечно, здорово изменился по сравнению с тем, каким я его помню.
— В этом нет ровно ничего удивительного, Блек. Мальчик и так уже был, прямо скажем, очень странным. Потом погиб ты, последний человек, которого он любил. Потом он видел, как я убил Дамблдора…
— Ты убил Дамблдора?
— Профессор был сильно ранен на исходе того лета, когда ты погиб, Сириус. Он бы умер сразу, если бы профессору Снейпу не удалось продлить ему жизнь на год. Но Гарри-то про это не знал.
— Так что я оказал Альбусу
— Он рассказывал, что вполне научился непростительным еще до падения Волдеморта. Использовал Империус, когда грабил Гринготтс, Круциатус — уже в Хогвартсе.
— Господи, наш сын Темный Маг и преступник! Что ему понадобилось в Гринготтсе?
— Один из крестражей Волдеморта.
— Ладно вам, Лили, Джеймс! Гарри сам все расскажет, но позже. Дайте ему отдохнуть с семьей, а? Ему всегда не хватало родных — вы умерли, я сидел в Азкабане. Дурсли никогда его не любили, потому что он Поттер и волшебник. А вы сразу хотите, чтобы он вам все рассказал.
Едва Сириус закончил говорить, как из камина вывалился Рон, за ним — Гермиона, Билл, Флер, Чарли, Фред, Джордж, Молли, Артур, Грозный Глаз, Люпины, Тонксы, последним пришел сам Гарри. Он довольно оглядел собравшуюся в гостиной толпу. Здесь были его друзья и родственники, его семья. Те, кто плечом к плечу сражался против Зла, оставаясь хорошими людьми. Пока все приветствовали друг друга, он спустился в кухню. Кикимер доложил, что ужин уже готов и только эльфы только ждут приказа.
— Накроете большой стол в гостиной. Вы отлично потрудились, я очень вами доволен. И вот еще что, Кикимер. По-моему, я видел в Хогвартсе Регулуса. Найди и его, ладно? Не знаю, захочет ли он прийти сюда, но ты расскажи ему все, о чем он спросит, и проведи с ним ближайшие сутки.
— Спасибо, мастер Гарри, — Кикимер низко поклонился и исчез.
Гарри поднялся в гостиную. Эльфы уже установили стол и сейчас суетились, накрывая праздничный ужин.
— Гарри, а где Кикимер? — спросила Гермиона, как и все ожидавшая, когда эльфы закончат.
— Я отправил его к старому хозяину.
— Это к кому же?
— К твоему брату Регулусу Аркутурусу Блеку, разумеется.
— К Регулусу? Он же никчемный пожиратель!
— Он узнал про крестражи и даже добыл один из них ценой своей жизни. Акцио, прощальное письмо Регулуса Волдеморту! — Гарри схватил прилетевший из его комнаты листок, и протянул его Сириусу.
— Р. А. Б. Кто бы мог подумать…как он умер?
— Его разорвали инферналы. Кикимер принес крестраж сюда, но ему запретили говорить про смерть твоего брата. Он пробовал уничтожить его, но что может эльф против магии Волдеморта? Помнишь медальон со змеей на крышке? Он лежал в комоде.
— Господи, и мы выкинули крестраж?
— Ага, его стянул Кикимер, а у него — Флетчер. Кикимер по моему приказу нашел Назема, но тому уже пришлось отдать медальон Амбридж.
— В итоге мы втроем влезли в министерство именно тогда, когда за голову
— Да просто для Гарри нет ничего невозможного, — пожала плечами Гермиона. — Это единственное разумное объяснение.
— Вы ошибаетесь, мисс Грейнджер. Для Поттера совершенно невозможно не влипать в приключения хотя бы полгода, — язвительно отозвался Снейп. Гарри рассмеялся и признал правоту профессора. Снейп на него как-то странно поглядел.
— Какой-то вы странный сегодня, Поттер. То, что вас раньше выводило из себя, теперь только смешит.
— Просто я наконец-то научился ценить ваш сарказм. Ладно, прошу к столу, наконец-то.
Потек пир горой! Особенно весело было, когда за десертом гости вдруг стали превращаться в различных животных, у них изменялся голос и цвет волос, отрастали то грива, то слоновий хобот, то небольшие крылышки.
— Что это за чертовщина, Поттер? — в бешенстве заорал Снейп, когда у него перед глазами возникла надпись: «Помой, наконец, голову, профессор!»
— Не имею понятия. Это, наверное, работа Джорджа, больше некому. Вот только как он умудрился…
— Нет, ну чуть что — сразу Джордж!
— Ну я, по крайней мере, такого в еду не подкладывал, а у Фреда пока нет волшебной палочки.
— Да ладно, ладно, это я. Считайте это моей местью за отрубленное ухо.
— Мне жаль, что я промахнулся так мало и попал только по уху. Так как это убрать, рыжий дьявол?
— Она исчезнет только после того, как вы выполните ее требование, — ехидно заулыбался рыжий. — Последняя новинка для родителей, огромный спрос, между прочим. Однажды съеденный комплекс сладостей «Чудо-ребенок» действует год, но на всю жизнь приучает к чистоте и аккуратности.
Бешеная ругань Снейпа потонула в хохоте.
— Что ж, мне придется смириться. Что меня поражает, так это то, что вы так отвратительно учились. Ладно, видимо, мне пора вернуться домой. Увидимся еще, к моему сожалению, — и он, мрачный, исчез в камине.
Пир продолжился…Поттеры-старшие (на целых четыре года, о да!) пытались добиться от кого-нибудь подробностей жизни своего сына; спрашивать самого Гарри они так и не решились пока, так что насели на Джинни. Та была не слишком против…
— В том кратком брифинге, который он вам прочитал, нет и половины его приключений, — говорила она.
— Мерлин с ними, с приключениями! — отозвалась Лили. — Мы же про него ничего не знаем, Джиневра! Ну, вот только то, что вы помолвлены…то, что он герой, Избранный и все такое. А что-нибудь простое, не героическое, из нормальной жизни?
Джинни на мгновение задумалась, потом широко улыбнулась и подмигнула Джеймсу.
— Ну, он самый молодой ловец столетия, просто обожал квиддич.
— Обожал? — Поттер нахмурился.
— Ну, в последний год у нас тут война была, а после нее он скрывался, так что играть не мог. Да и вообще он сильно изменился…так что не знаю.