"2013"
Шрифт:
— Ничего страшного. Знаешь, я тебе тут подарок принес… — Сергей достал небольшую, обтянутую бархатом, коробочку и открыл ее.
Я охнула. Настоящее золотое кольцо!
Но это глупо. Приносить столь дорогую вещь в психбольницу…
— Сереж, это сейчас лишнее. Нам нельзя носить какие — либо украшения, пока мы находимся на лечении… — смутившись, объяснила я.
— Это ты так отказываешься от моего подарка?..
— Нет, нет, Сережа! Нет! Я не отказываюсь. И ни в коем случае не хочу тебя обидеть. Просто у меня его тут же заберут. Когда увидят. Будь добр, оставь его у себя. А когда
— Хорошо. Как скажешь. — Сергей тут же убрал коробочку.
Мы помолчали.
— Знаешь, у меня к тебе есть определенные вопросы… — начала я непростой разговор.
— Слушаю.
— Я практически ничего не знаю о тебе. Ты какой — то чересчур скрытный… Как и я. В этом мы с тобой похожи. Просто… Знаешь, твоя мама слишком уж заботится о тебе. Ничего плохого я в этом не вижу, но… Она готова отдать тебя первой встречной девушке, лишь бы ты не остался один! Ты не говорил с ней насчет своего осознанного выбора? Может, тебе и не нужны вовсе отношения? Я знаю, что в этом сложно признаться человеку, который тебя не понимает, но все же…
Сергей хмыкнул, внимательно меня выслушав.
— Мать моя из советского поколения. Сама знаешь, что было принято в те годы.
— Знаю. Только вот моя мама всегда считала, что лучше одному. Что лучше посвятить жизнь чему — то другому. Ну, у каждого свои взгляды, конечно.
— Ты не поняла. Твоя мама обижена. Ее же бросил твой папа, верно? У моей матери все иначе. Она до безумия любила моего отца. Он умер, когда я еще не появился на свет. Я видел могилу. Я страдал от того, что его родня меня не принимает. Он же выглядел не так, как я сейчас!.. Ему было сорок, когда он познакомился с моей матерью. На тот момент ей исполнилось двадцать три, и она работала учителем. С тех пор только о нем и думает. А меня она вечно толкает на этот шаг… Построение семьи, рождение детей. Все в таком духе. Я сначала сопротивлялся, а со временем понял, что одному хреново. Да, у меня куча бабла, но мне не очень — то хочется иметь рядом бабу, которая бы жила за мой счет! Почему — то именно таких тянет на легкие деньги. Это все равно, что легальная проституция. Вещь, а не человек. Вот и понял, что надувную бабу не потерплю…
— Почему надувную?
— Ты их видела?! Губищи — во, а мозгов ни на капельку! Все фальшивое, с головы до ног! Не понимаю в этом прикола! Только себя уродуют!
— Но вы же сами хотите красотку рядом с собой. Вот и идут на такие меры. Вы же не возьмете в жены, такую, как я, верно? Хотя придется жить с человеком, а не с картинкой! И терпеть характер, заморочки… Скажи, нет?
— Ты права. Есть такое… у большинства мужчин. Я же хочу человека рядом. Мне музей прикладного исскуства не нужен!
— Да кто тебя знает…
Пауза.
— Ты так и не сказал… про свои прошлые отношения. Был ли ты женат…
— Нет, не был. Ни разу. Были дамы… Но все заканчивалось грустно. Уходили к другим. И нет, я не нытик. Просто забил на это, и все. Да, раньше переживал, что умру старым, нахрен никому не нужным, но потом такой прикинул: а чего я теряю в этом случае?
— Ты про наши отношения?
— Вроде того. Все это свалилось как снежный ком на голову! И, если совсем быть честным, то… я очень сильно втюрился в тебя. Я может скажу полную хрень, но я и жизни дальнейшей без тебя не представляю!.. — Сергей взял меня за руку и крепко сжал мои пальцы. — Давай, после больницы, сразу сойдемся. Ты переедешь ко мне, и мы с тобой начнем нашу совместную жизнь. Узнаем друг друга поближе…
— Сереж, на данный момент это пока что невозможно. Вся моя семья будет против. Есть определенные риски, понимаешь? Это не шутки! Веришь ли ты в мою шизофрению или нет, это уже не мое дело. Просто знай на будущее: жизнь со мной настоящий ад. Я не думаю, что тебя надолго хватит.
— Давай ты не будешь решать за меня, хорошо? Я же мужчина! Я сам решу, хватит меня или нет.
— Ну смотри. Мое дело предупредить.
— Я тебя услышал.
— Прости… Я не хотела тебя расстраивать.
— Все нормально.
— Слушай, я хочу у тебя спросить, — после недолгой паузы продолжила я, — а у тебя какого числа день рождения? У меня — двадцать шестого апреля.
— Двадцать шестого марта.
— Ого! У нас почти месяц разницы!
— Двадцать лет, Насть.
— Да я в курсе! Я про другое! А фамилия у тебя какая? Просто интересно стало.
— Ловушкин.
— Ох ты… Необычная фамилия.
— Самая обычная. Это фамилия моего отца. А у тебя?
— Мельникова.
Сергей хмыкнул.
— Что? — спросила я.
— Как у актрисы… Анастасия Мельникова.
— Ну, бывает. С моей мамой тоже Антонина Мельникова работала. Часто путали.
— М — м.
Я прижалась к нему, чувствуя сильный аромат мужского парфюма.
Все обиды куда — то ушли, пропали, словно ничего и не было.
Я начала терять разум от внезапно вспыхнувшей любви. И забыла о возможных последствиях.
7
На следующий день мы с мамой договорились встретиться в воскресенье.
— Я буду по делам в Кемерово, и потом заеду к тебе. Договорились? — сказала она мне по телефону.
Я все — таки отдала мобильный на пост медсестры, и после обеда, когда больным разрешали звонить своим родным, давая на это всего пару часов, созвонилась со своей матерью.
— Я вот вчера ходила по городку… Решила немного прогуляться, так сказать. Вернулась уже поздно вечером, — поделилась она со мной.
— То — то я дозвониться до тебя не могла. Уже начала переживать, не дай бог что случилось! — воскликнула я.
Валентина Алексеевна, дежурившая в тот день, пристально на меня посмотрела.
— Да нет. Все в порядке. А с женихом у тебя как? Все ходит к тебе?
— Конечно. Мы вроде как… встречаемся. И он мне даже кольцо принес! Но я заставила оставить его у себя. Нельзя же.
— Ну и правильно. Потом заберешь.
— Я, надеюсь, кроме тебя, про мои отношения с Сергеем больше никто не знает? Сама же знаешь, что потом последует…
— Нет. Никто не знает. Кому какая разница, с кем ты там общаешься? А даже если узнают… Ну и пусть себе говорят, что хотят! Ты же всем рот не закроешь. Вот и живи со спокойной душой!