2024
Шрифт:
— Игги!!! — В этом крике вылилась сумасшедшая гамма эмоций, — сколько ещё можно ждать?!!
Но выстрела так и не было. Олег не знал, что технику всего лишь мешает одна из колонн здания… Олег бежал вперёд, и его мозг сверлила лишь одна мысль: «Когда?!». Вдруг он ощутил резкую боль в колене, словно сустав согнулся в обратную сторону. Инженер полетел вперёд. Он так и не смог ничего понять. Даже когда он звучно грохнулся об мостовую, он думал лишь о секундах. Только в следующее мгновение он оглянулся: огромная, высотой с трёхэтажный дом, фигура страйдера нависла над ним, неумолимо
— Внимание! Экстренная ситуация! Заклинены узлы два и пять! Зажатие шлейфов! Срочно прекратить работу и покинуть костюм!
Олег отчаянно пытался ползти, хотя бы согнуть ноги, но коленные суставы костюма замерли намертво. Застонав от бессилия и страха, он попытался ползти на руках, но прополз не более двух метров, когда перестала сгибаться левая рука.
— Узел номер семь не отвечает системе! — Холодный голос динамика костюма не был слышен в грохоте, царящем вокруг.
Олег, поняв, что это — конец, обернулся на тень, которая его накрыла. Страйдер, догнав, наконец, свою цель, занёс над жертвой ногу с острым концом. В ту же секунду в его бок влетела небольшая ракета, мгновенно взорвавшись. Лицо Олега обдало чем-то красноватым, посыпались искры. Синтет, потеряв равновесие, медленно рухнул набок, мелко подрагивая. Больше он не смог подняться.
Грохот ещё не стих, а Игги уже подбежал к совершенно ошалевшему Олегу.
— Что? Что с тобой?!
— Костюм заклинило…
— Ну, тогда не обижайся, — улыбнулся техник и со всей силы ударил ногой Олегу в поясницу — туда, где находился контроллер костюма.
— Эй, что за… — Попытался отскочить Олег и с удивлением понял, что ему это удалось.
Он, не веря, что снова может двигаться, поспешно вскочил и ошеломлённо смотрел то на всё ещё подрагивающего страйдера, то на техника, который уже снова отпивал из очередной бутылки.
— Что, обделался? — Игги усмехнулся и поймал на себе недовольные взгляды повстанцев.
— Ты бы ещё больше подождал! — Набросился на него Олег, — я чуть не помер, пока ты сопли жевал… Что это было? Что с костюмом?!
— Я тебе сразу говорил, что костюм после ремонта может барахлить, — пожал плечами Игги, — не говори, что не предупреждал.
— Чёрт бы побрал этот костюм и вас всех вместе с ним…
Олег минуты три отходил от пережитого, медленно прохаживаясь в стороне и полностью уйдя в себя. Повстанцы благоразумно не трогали его и о чём-то разговаривали с техником. Олег краем уха уловил их разговор: что-то о еде и будущей жизни без Правительства…
— Всё, идём, — наконец, позвал он Игги, — до Цитадели рукой подать. А Сергей нас скоро догонит.
Они оба быстро распрощались с повстанцами, которые предпочли остаться здесь — кто-то должен был держать оборону Нексуса, чтобы генераторы не восстановили. Но, как сказали они, совсем рядом тут останавливался другой, более крупный отряд, так что Олег и Игги смогли бы к ним присоединиться. Ещё раз попрощавшись, они разошлись. И только у самых ворот Игги вдруг остановился.
— Иди дальше сам, — неожиданно серьёзно сказал
— Почему? — Олег действительно удивился.
— Потому, — не слишком-то любезно буркнул техник, — потому что я так решил. Я знаю, тебе неприятно моё общество, да и мне…
— Послушай, — торопливо сказал Олег, — что бы мы там ни наговорили за всё это время друг другу, я… Ты не должен заставлять себя оставаться.
— Я вообще никому ничего не должен!
— Сергей мне рассказал про тебя, — и Олег осёкся, — про то, кем ты был.
Игги молча посмотрел на Олега, и взгляд его упёрся в серое небо.
— Тем хуже для нас обоих, — сказал он, наконец, — я хочу остаться один. Бывай…
— Может, всё-таки…
— Кто-то всё равно должен остаться у этих ворот. Их ведь могут попытаться заварить, засыпать, перекрыть. Не люблю долгие прощания. Так что давай, иди.
И он отвернулся. Олег посмотрел в спину старому технику — тому, кто был врагом, а затем незаметно стал другом. Но этот бывший палач «Госкавалерии», так привыкший к убийствам, прав. Слова тут излишни. Развернувшись, Олег пошёл вперёд, пошёл, не оглядываясь…
— Отвратительно, — поморщился офицер Элиты, оглядывая крышу Нексуса, покрытую трупами солдат, обломками штурмовика и прочими следами недавнего хаоса, царившего тут.
Его отряд подоспел слишком поздно — тупой, как пробка, десантный корабль высадил их на другой конец здания. А сейчас его солдаты лишь прохаживались среди тел, подбирая амуницию мёртвых товарищей. Никто не чувствовал ни жалости, ни грусти. Чувствовать — жалкий удел людей. Офицер Элиты чувствовал лишь досаду оттого, что опоздал на бой, злобу за то, что проклятый Нарушитель №1 перебил столько военных единиц, и презрение к мёртвым, лежащим тут. Не справиться с какими-то двумя людишками… Элитный с нерадостной улыбкой подумал, что все они правильно сделали, что умерли, ведь проступки такой тяжести президент не прощает.
— Офицер, тут несколько раненых, — сообщил подошедший солдат, — солдаты, шесть единиц. Куда их?
— Грузите в капсулу. В Цитадели их ждёт лечение и повторное обучение.
Наблюдая за погрузкой едва живых синтетов, Элитный думал о том, что хорошо бы ещё собрать с трупов всё снаряжение, броню и респираторы. В такое время нельзя разбрасываться амуницией — эти бронежилеты могут ещё не раз надеть всё новые и новые солдаты. Но его мысли прервал возглас:
— Офицер, здесь ещё один выживший! Это офицер Элитных войск.
Элитный резко обернулся и быстро пошёл к двум солдатам, поддерживающим под руки раненого офицера. Тот пытался ровно и с подобающим достоинством держать голову и одной рукой зажимал рану в боку. Похоже, пуля вошла прямо между грудной и спинной частями брони.
— Назовите себя, — строго, но без лишней жёсткости потребовал Элитный.
— Офицер Элитных войск Правительства, номер СЕ121007, — раненый держался довольно мужественно. Его голос был слаб, но не утратил прежней властности.
— Рад, что Вы живы, офицер, — ровно сказал Элитный, — уверен, Вас поправят в два счёта. Мы отвезём Вас в Цитадель, и там Вам окажут помощь.