Шрифт:
1
Без всяких сомнений, это было что-то странное, я бы даже сказал, из ряда вон выходящее. Почти как у Гоголя, не меньше!
Просто не надо было покупать этот телевизор. Приобрел его по дешевке на рынке в павильоне по продаже бытовой техники, который держали китайцы. Почему нельзя было поступить, как поступают нормальные люди, и купить телевизор в каком-нибудь более-менее приличном магазине в кредит? Воистину права пословица о том, что скупой платит дважды.
Я стоял в центре своей гостиной, пребывая в полном замешательстве,
Тик-так, тик-так.
Из глубокой черноты экрана на меня смотрел… мужик. А в ответ я смотрел на него. Всего бы ничего, если бы телевизор был включен и показывал бы какую-то передачу, больше похожую на психоделический сеанс, но в том-то все и дело, что я его не успел подключить к розетке. Только-только собирался это сделать, поставив на тумбочку, но увидел лицо и замер на месте.
Были видны лишь очертания мужчины, такой же эффект был бы, если бы я смотрел через фотопленку на свет и видел на ней чье-то лицо. Его физиономия, другого слова я сюда вставить и не могу, была отталкивающая и весьма неприятная. Затрудняюсь сказать, что именно в ней было такого: то ли жирная бородавка на подбородке, то ли нос, загнутый и свисающий, как рубашка через расстегнутую ширинку. Хотя нос больше был похож на растянутую петлицу для пуговицы пальто. Или же мне были неприятны глубоко посаженные глаза, смотрящие на меня лукаво и одновременно с какой-то насмешкой надо мной.
Тик-так, тик-так.
Однако за все время он даже не пошевелился. Казалось, что это была чья-то шутка и кто-то из китайцев специально нарисовал эту физиономию, дабы подшутить надо мной в канун Нового года. Эта версия была вполне здравой, и я ее пока придерживаюсь, хотя его глаза выглядели чертовски живыми.
Я подошел поближе и, наклонившись, осторожно приблизил палец к экрану, готовый одернуть его в любой момент; я не исключал, что физиономия вдруг решит цапнуть меня зубами. Но этого, конечно же, не произошло. Прикоснувшись к экрану, я провел сверху вниз и отошел на шаг назад. Потер палец о палец, пробуя на ощупь, не осталось ли на коже какого-нибудь материала, его, естественно не было, и я пришел к выводу, что контур - все-таки не чей-то рисунок, иначе бы от моей простой манипуляции чернила тут же стерлись с экрана, или, по крайней мере, остались бы на подушечке пальца. Физиономия по-прежнему смотрела на меня в полной целости и сохранности.
Сунув руки в карманы брюк, я вздохнул и снова уставился на нее в недоумении. Я отчетливо помнил, что перед покупкой бегло изучил телевизор на наличие дефектов, и никакого мужика в экране точно не было. Наверное, не было.
Моя версия с предновогодней шуткой продавца была разбита на мелкие осколки, как китайская фарфоровая ваза. Дело начинало принимать весьма запутанный оборот.
Большинство нормальных людей этот день проводит в предновогодних хлопотах. Покупают продукты, чтобы потом нарезать салаты и сварганить горячие блюда, упаковывают подарки и затариваются шампанским. Кто-то впопыхах бежит за елкой или ищет костюм Деда Мороза, милые дамы
Я почесал затылок, и это помогло прийти к очередной версии происходящего. Ведь могло случиться так, что при транспортировке телевизора со склада в китайский павильон нерадивые грузчики уронили его на землю и образовавшиеся дефекты внутри экрана по какой-то неведомой случайности сложились в такой вот образ человеческого лица? Теоретически – могло. Поэтому я переместился поближе к телевизору и с особой тщательностью осмотрел корпус со всех сторон на наличие следов встречи с землей или с другими твердыми препятствиями. Тому, с какой тщательностью я проводил осмотр, позавидовал бы любой эксперт криминалист. Я нашел на корпусе несколько царапин, жирные отпечатки чьих-то пальцев. Пожалуй, этим и ограничились все найденные недостатки, и они никоим образом не могли испортить экран.
Закончив осмотр, я пришел к выводу, что мне не остается ничего, кроме как отвезти телевизор обратно к китайцам и поменять его на какой-нибудь другой аппарат. К тому же, вся эта история с физиономией мне совсем не нравилась. Чертовщина какая-то, ей-богу! Я достал из кармана телефон и, опустившись на край дивана, нашел в интернете номер злосчастного павильона. Бегло набив его на сенсорных кнопках, приложил к уху мобильник. Пошли длинные гудки. На четвертый сняли трубку.
– Алле, слюсаю, – ответили мне с характерным азиатским акцентом.
Я негромко кашлянул и неуверенно начал тараторить:
– Я у вас телевизор сегодня покупал… плазму… сорок три дюйма диагональ… Нашел вот дефект экрана, хочу поменять. Когда можно привезти обратно?
После пары секунд молчания, видимо, в этот момент китаец прокручивал в памяти всех клиентов за сегодня, и вспомнив меня, уточнил:
– Ааа! Это тоть, сьто за двасать тысясь?
– Да. Просто не заметил, что экран испорчен. А вот домой привез, распаковал и увидел, – я принялся придумывать причину на ходу, и это было плохим решением. Кажется, на том конце провода раскусили мой маневр:
– Надо было смотреть внимательней при покупке. Нисем не могу помось.
Его ответ поверг меня в полное недоумение. Как так можно относиться к клиентам?
– Но как же? Ведь экран испорчен!
– А нифига! При покупке дефект быль?
– Нет… ну, то есть был, я просто его не заметил…
– Надо было смотреть холосо товарь при покупке. Нисем не могу помось, – китаец твердо держал оборону.
– Послушайте, зачем мне вам врать? Я просто хочу себе нормальный телевизор. В чем проблема сделать замену?
– Мозет, ты его урониль по дороге? Откуда мне знать? А теперь хосесь поменять. Обласяйся в ремонт.
Китайца кто-то позвал, и я понял, что он вот-вот отключится.
– Постой!
– Сто есе?
Что-то во мне шевельнулось, и я ощутил небывалый прилив уверенности, замешанный на умеренном количестве злости. Хотя я никогда не имел ничего против китайцев, но этот тип меня определенно начинал бесить.
– Если вы его мне не поменяете, я буду жаловаться!
– Валяй! Удаси.