2048

Шелли Мерси

— Континент относительно молодой. — Марта вновь набирала скорость. — Но местные монахи построили этого Шиву по чертежам, которым не меньше, чем «Лотосовой сутре». Так все-таки: когда появилось кино?

— Не знаю.

— Ага, уже лучше.

Вот в таких уроках — вся Марта. Объяснить любую вещь на пальцах и заодно доказать, что ничего нового вообще не бывает. Штриховая голография на медных блюдах и пороховые ракеты древних китайцев, паровые машины и астрономические компьютеры древних греков, резонансная телефония африканских пигмеев… Интересные вещи, конечно — но к чему эти древности? Современные устройства гораздо сложнее, и команды для управления ими все равно не узнаешь

из таких аналогий. Разве что общие принципы…

Однако хватит кружить: пока Вэри размышляла, наставница опять унеслась далеко вперёд и всем видом показывала, что не собирается ждать.

Они снова поднялись повыше. Кое-где целые горизонты города обрывались вниз причудливыми спиральными галереями, и Вэри едва успевала нырять за Мартой в эти провалы, периодически теряя представление о том, где верх. Несколько поворотов ракушечного лабиринта — и очередной кусок неба выскакивает в самом неожиданном месте.

Да уж, это тебе не родной городок-музей, с аккуратным прямоугольником Старого Города и единственным серьёзным тоннелем в Коралловой Горе. Там даже ребёнок может обойти весь центр без искин-навигатора. А в этом ракушечнике и с навигатором не разлетаешься, если он не подключён к общей системе контроля трафика. Сразу пробка будет ого-го какая…

Вернее, была бы. На первый взгляд Калькутта-4 выглядела как зона военных действий, где распылили особо прожорливый штамм бактерии-камнееда. Хотя, если приглядеться, это больше похоже на сильный удар «комптоновской глушилкой» в сочетании с вонючими бомбами: ни людей, ни техники не видно — но и реальных разрушений практически нет. Просто многие раковины-небоскрёбы после отключения обликов оказались фальшивками. В одном случае все ограничивается парой этажей, в другом — фронтальной стеной. А остальные части зданий лишь намечены скелетными конструкциями, несущими давно отключённые голопроекторы. Вот они и выглядят как развалины.

Но и того, что осталось, хватит, чтобы сломать шею. Устав от непредсказуемых виражей наставницы, Вэри решила ориентироваться по зарослям бэтчер-баньяна — который и был настоящим виновником здешнего опустошения. За городом заросли серебристого инея можно было встретить лишь по берегам водоёмов. И по ошибке принять за органику. Но здесь, в даунтауне, бэтчер-баньян показывал своё истинное лицо индукционного паразита. Ровные дорожки блестящих кристаллов лежали вдоль линий электросети даже там, где кабели проходили в стенах. Было видно, что санитарные ливни раз за разом смывали иней с наружных стен и торчащих в небо скелетных мачт псевдонебоскребов. Однако ближе к земле, в углах и нишах, в местах ветвлений невидимых проводов по-прежнему лепились сугробы с зеленоватым отливом, и снова тянули щупальца навстречу друг другу. Весь город, как выкройка, был аккуратно размечен сверкающим пунктиром по швам. Довольно удобный ориентир, но…

Стоило приспособиться к этой разметке, она тут же сбивалась из-за «серверов» — так называла эти образования Марта во время их прошлого перелёта. Кристаллы бэтчер-баньяна в таких местах были разноцветными и формировали на стенах круги со сложным, но симметричным узором. Бегущие через весь город дорожки серебряной плесени вливались в эти круги очень плавно, издалека начиная чуть-чуть менять направление. Вэри несколько раз пропускала момент, когда блестящий пунктир, единственный признак очередной улицы, как будто забывал про улицу и сворачивал к очередному «серверу».

Изъеденные санитарными ливнями «сервера» напоминали раздавленные клумбы. Но один раз попался активный: из центра сверкающей мандалы не менее пяти метров в диаметре торчали вверх две чёрные сосульки.

Казалось, разноцветный иней, перебрав все возможные варианты калейдоскопа, не выдержал и вырвался наконец из плоскости в третье измерение. Когда Вэри пролетала над этим огромным лотосом, между его чёрными тычинками проскочила искра — и в тот же миг аэрикша потерял управление.

От падения спасла только скорость. Пролетев по инерции ещё несколько метров, она вновь ощутила работу крыльев как раз в тот момент, когда накатил страх. Вэри ойкнула, и гулкое эхо разнеслось по ракушечным галереям.

Марта обернулась, нахмурилась:

— Если зашиваешься — включи автопилот. Два раза подряд везенья не будет. Кстати, лучше всего эти серваки растут в желудке.

Вэри непроизвольно шарахнулась от ближайшей стены, хотя там не было ни пятнышка серебристого инея. Как же так? А этот весёлый толстяк из отдела биозащиты? Он ведь говорил, что прививка…

— Наши прививки, так же как респираторы местных, защищают только от спор в воздухе, где их мало. — Марта отвечала на мысли ученицы быстрее, чем они возникали. — Но если ты разуешь варежку и ввалишься прямо в зону роста, то через две минуты я уже не смогу относиться к тебе как к своей ученице. Одна местная секта называет это «обрести просветление под бэтчер-баньяном», но из соображений элементарной научной объективности мне придётся назвать тебя «органическим электролитом». Не знаю, заметила ли ты, что эта гадость уже сделала своей батарейкой целый город. А ведь не прошло и года после того, как идиоты из Санта-Фе научили рекламные логли самостоятельно отыскивать себе питание. Этих свободных фермеров соей не корми, дай только потестировать новые формы искусственной жизни на отсталых континентах….

— Неужели Артель не просчитала такой вариант развития событий?

— Не задавай глупых вопросов, шпилька. Лучше смотри, куда летишь.

Пришлось снова оставить попытки анализа окружающего мира и не спускать глаз с бордового сари наставницы. Тем более что непривычная модель аэрикши не давала расслабиться. Когда Вэри в очередной раз сбилась на повороте и чиркнула крылом по стене, Третий Глаз предложил перейти в режим дублирования ведущего. Скрепя сердце, она согласилась. В поле зрения тут же появились две бордовые и две жёлтые синусоиды, а руки сами собой начали работать так, чтобы жёлтые траектории как можно точнее накладывались на бордовые.

Увы! Чувство облегчения, принесённое аккуратными мышечными подсказками хореографа, продержалось недолго. Вспомнились гунды. А за ними — лишённый защиты, тускнеющий зрачок зеленого сада в центре мёртвого озера.

И мальчик-трион, которого она обманула.

# # # # #

Головокружительный перелёт закончился как раз тогда, когда голова уже не знала, в какую сторону ей кружиться. Вылетев из очередной винтовой галереи, Вэри увидела, что наставница приземляется на центральной площади города. Марта мягко присела, коснувшись земли — и вот уже идёт, поправляя сари, к маленькому кафе под стеной какого-то мрачного здания.

Аэрикша Вэри проделал тот же манёвр. Перед самой посадкой Третий Глаз дал команду ногам чуть согнуться в коленях — получилось точь-в-точь как у Марты. Зато после этого искину пришлось решать непростую задачу, совмещая дублирование жестов Марты с сохранением равновесия хозяйки. На втором же шаге Вэри сильно качнуло, и если бы хореограф не стимулировал взмах руками, она бы точно свалилась.

«Тоже мне, дублёр кривочипый, — злорадно пробормотала Вэри, закрывая Третий Глаз. — Ходить с головокружением — это тебе не польку плясать».