Шрифт:
За окном затрещали сухие выстрелы автоматов, пару раз бухнули гранаты из подствольников. Это "бункерные" добивали вторую волну метаморфов. Метаморф – такая тварь, которая может прикинуться любым живым существом, главное, что бы она соответствовала его немалому начальному размеру.
Загремела отборная матерщина. Крупный боец по имени Рельс, вооруженный ручным пулеметом отбивался от особо насевшей твари, сильно смахивающей на мутировавшую медоедку. Снова забухали взрывы, бой был жарким.
Печатнику не удалось пробиться к проспекту Победы, его загнала в этот постсоветский девятиэтажный дом воздушная атака шестикрылых «горгулий», когда те буквально спикировали из низко нависших свинцовых туч. Конечно, эти мутанты давно не были птицами, да и где таких птиц можно было встретить в прошлой жизни? Вот именно, что нигде. Не было раньше ничего подобного. А сейчас есть, они, эти твари и им подобные, захватили всю планету. Конкретно эти бестии, бывшими некогда птицами, при первых встречах, вызывали оторопь, желание провалиться на месте. А еще бесконтрольную панику. Старики поговаривали, что так раньше изображали ангелов в ярости – с шестью крыльями, и сияющими мечами в руках. У «горгулий» никаких мечей, ясное дело, не было, но были когтистые лапы, способные рвать металл обшивок автомобилей, и были руки…. Конечно, не совсем руки, а некие придатки, случайно выросшие в неконтролируемой трансформации несчастных существ, но которые буквально внушали благоговейный
Печатник считал себя счастливчиком – он не только сумел увернуться от атаки с неба, но и потом еще здесь, в этом темном и влажном подъезде, пока бежал вверх, сюда на седьмой этаж, в поисках открытой квартиры, не влететь в желе «Тетушки Лизы». Достаточно было один раз наступить в кипящее и булькающее желудочным соком живое существо, похожее на кисель и этого часто было достаточно, что бы лишиться ступни или вовсе ноги. И совсем не влияло то, какая в тот момент была обувь – «Тетушка Лиза» любила все блюда. Помогала в таких случаях быстрая реакция, если успеть скинуть обувь, то реально повезет отделаться лишь потерей ботинка. Хорошо, что эта тварь могла существовать только в таких заброшках и почти никогда не появлялась в других местах – на нее губительно влияло любое движение воздуха, особенно, если это движение дополняла смена температуры и солнечный свет.
Печатник аккуратно подполз вдоль стены к проему окна, в котором расползшейся паутиной оставался лопнувший грязный, в серой пыли, стеклопакет. Заглянул в него, пытаясь рассмотреть улицу. Бой сместился дальше и левее, в разрушенный квартал древних «хрущевок». Автоматные очереди стали слабо различимы и теперь раздавались реже, а взрывов гранат почти не было. И ему было не понятно, кто же в итоге победил. Отчаянно хотелось верить, что люди.
Конец ознакомительного фрагмента.