3+1=...
Шрифт:
Что за цыганская магия, мать ее?! И какого хрена ты тогда выгнала меня, Мариша?
Потому что ты не одноразовая. Потому что ты пиздец какая сложная, скорее всего. Потому что я не умею понимать женщин вообще, а тебя тем более не пойму. Да и не хочу даже пытаться. Но, черт возьми, давай хотя бы еще раз повторим, а?! Я не распробовал!
Андрей похлопал себя по карманам. Пусто. Встал со скамейки, открыл машину, достал из бардачка упаковку и снова переложил пару пакетиков в карман. Повернул голову и убедился, что машина Марины стоит на своем месте.
Иногда сложные задачки
Соблазн не нажать на кнопку открытия домофона был велик. Черт побери, Андрей Лопатин, предварительно согласовывать свой визит — это вообще не про тебя?! Но пока голова возмущалась, палец все решил сам. Марина обернулась к зеркалу. Ну, хоть маски на лице нет, да и вообще, косметика еще не смыта. Так, сердце, а ну прекрати вот это все!
И все же, когда Андрей шагнул через порог, обнял ее и прижал к себе, Марина обомлела. Вот никакое другое слово, а именно — о-бо-мле-ла. А когда он поцеловал ее в губы — она отработанным движением обвила его шею руками. И на несколько секунд просто выпала из реальности — потому что целоваться Андрей Лопатин умел. Потому что она хотела с ним целоваться. А он, судя по тому, что твердо прижималось к ее животу — не только целоваться.
Чтобы прервать поцелуй, пришлось упираться в каменную мужскую грудь.
— Вон твой пакет.
Андрей шумно перевел дыхание. Какой у него темный взгляд. И какой низкий голос.
— Что?
— Вон твой пакет, — второй раз получилось это произнести почти четко и гораздо тверже. — С пледом и с футболкой.
— А я не за пакетом пришел.
Андрей шагнул к Марине, а она от него. Очень дурацки выглядит это все со стороны, скорее всего.
— Марин? Ты чего? Нам же так хорошо было.
— Нам — это тебе и твоему члену?
Она никогда не высказывала подобных претензий к мужчине. Не было повода. Оказалось, что чувствуешь себя при этом глупо. Любая претензия, в которой находится слово «член» вне контекста «коллегии присяжных заседателей», звучит глупо. Тем более, по отношению к Андрею. У него с этим все в порядке в любом контексте. А претензии Марины не к Андрею, а, по сути, к себе. К тому, что она какого-то хрена вдруг отвела Андрею очень большое место в своей жизни. Вдруг. Зачем-то. Словно это место давно было подготовлено и только его и ждало.
А это неправильно. Так быть не должно.
Марина с удивлением увидела, что, пока она устраивала себе мысленную выволочку, щеки Андрея потемнели. Как будто — от смущения.
— Если ты о том, что я чего-то не доделал — вообще-то, я собирался исправить все во второй раз. А ты меня выгнала!
— Ну да, это же у строителей принято — устранять недоделки только после заключения приемочной комиссии.
У Андрея стал совершенно беспомощный взгляд. Марина понимала, что говорит обидные вещи. Она не понимала, почему Андрей не обижается. Почему он упорно цепляется за возможность диалога?!
— Слушай, ну прояви снисхождение. Я заебан двумя пацанами, а ты такая охуенная. Дай мне еще один шанс.
—
Марина перешла все красные линии, какие только видела. И реакция Андрея могла быть любой. Но оказалась для нее все же неожиданной.
Он громко фыркнул. Выгнул бровь. Смерил ее оценивающим «по-мужски-и-вообще» взглядом. А потом развернулся, нажал на дверную ручку. И ушел.
Снова без пакета!
Желание заплакать было неожиданным и сильным. Неожиданно сильным. Но Марина смогла его побороть. Все она сделала правильно.
— Ты ее знаешь лично?
— Немного. Живем рядом.
— Но она…
— Не знаю, Серег. Непосредственно я услугами не пользовался. Но она очень прошаренный спец именно по вашему вопросу.
— Денег, наверное, много запросит.
— Ты видел юристов, которые работают бесплатно? — Сергей вздохнул, а Андрей продолжил: — Ты просил у меня совета? Вот тебе мой совет. Возвращайтесь в законное поле и пробуйте отбиться в суде. По крайней мере, Голубятникова тебе точно и сразу скажет — есть шанс или тухляк, и денег на суды тратить не стоит.
— На тебя сослаться можно?
Андрей пожал плечами.
— Можно, но вряд ли тебе это чем-то поможет. Говорю же — соседи на уровне «Здрастье-до-свиданья» и про погоду попиздеть. Скидку от того, что она моя соседка, тебе точно не сделают.
А, может быть, еще и с удовольствием на хрен пошлют при фамилии «Лопатин». Но Андрею на это было все равно.
— Ладно, понял, — еще раз вздохнул Сергей. — Буду пробовать договориться с этой твоей Голубятниковой.
— Удачи.
И не то, чтобы она прям очень-то «моя Голубятникова». Но просто так оставить в покое «Ля-ля-Марину» Андрей точно не собирался.
Она сказала — кто хочет, тот действует. Логично. Плана действий у Андрея пока не было. Ну, глобально было ясно одно — сложная Ля-ля-Марина оказалась недовольна тем, как они в первый раз подружили телами. Бывает. Вот Андрей, наоборот, остался всем доволен. И хотел повторить. То, что женщина недовольна сейчас, запросто может измениться. Женщина же очень любит вот это вот — пе-ре-ду-мать. Надо ее просто к этому подтолкнуть. А потом поменять подход к тренажеру.
В общем, глобально понятно, что делать, а вопросах тактики можно положиться на обстоятельства. Она обычно подсказывают.
Вот как с Серегой. Посмотрим, как Марина на это все отреагирует. Если ты, Мариша, ждала, что после твоего фырканья я исчезну, то тебя ждет ля-ля-ля-сюрприз.
Зачем ему эти сложности в отношениях с женщиной, Андрей не понимал. И не хотел разбираться. Впервые за больше чем два года в его жизни появилось что-то, кроме работы, бытовых проблем и разгребания последствий бурной деятельности Демы и Каси. Он почувствовал азарт — давным-давно забытый.
Да ты не знаешь, с кем связалась, деточка. Ты усомнилась в моей способности делать?! Андрей уже забыть успел, какой он был в юности азартный. Ну, а теперь все, пошла вода горячая.